Цветущие красавицы Третьяковки
Экспозиция «Образы Флоры», с которой Третьяковская галерея начала 2017 год, выстроена вокруг одной картины. Неизвестный живописец XVI века из мастерской Леонардо да Винчи изобразил девушку в образе античной богини, повторив известный сюжет другого ученика гения — Франческо Мельци. Шедевр эпохи Возрождения демонстрируют московской публике впервые. А в качестве оправы для заморского бриллианта музей представил полотна и скульптуры отечественных художников XVIII–XIX веков, объединенные темами женской красоты и цветов.
С главным экспонатом связано немало загадок. Работа была продана на лондонском аукционе Christie’s в 2012 году как копия с произведения Мельци (оно хранится в Эрмитаже). Однако в отличие от эрмитажного экспоната «Флора» безымянного автора сохранила оригинальные материалы, которые указывают на ее французское, а не итальянское происхождение.
Скорее всего, Мельци, сопровождая Леонардо в поездке во Францию, взял с собой «Флору», где она и стала образцом для местных учеников гения. Но главная интрига заключается в степени участия да Винчи в ее написании. Опубликованные результаты исследований (рентгенографии, инфракрасной съемки, искусствоведческого анализа) позволяют предположить, что к созданию полотна мог приложить руку и сам Леонардо.
— «Флора» из частной коллекции сохранила стилистические особенности гения, несмотря на подновления и реставрационные вмешательства, выявленные в процессе диагностических исследований, — считает президент Российской академии художеств Зураб Церетели.
Впрочем, вне зависимости от истинного авторства картина пленяет сдержанной изысканностью цветовой гаммы, прелестными деталями (узор листьев папоротника перекликается с прической девушки) и, конечно, образом героини. На ее губах блуждает полуулыбка — такая же загадочная, как у знаменитой Джоконды.
В российской части экспозиции отражено преломление цветочных мотивов в искусстве более позднего времени. «Портрет великой княжны Александры Павловны» Владимира Боровиковского (1790-е) изображает дочь Павла I в парадном наряде, но официальность смягчена розами, вплетенными в пышную прическу. На картине «Андалузянка» русско-французского живописца Карла Штейбена (1834) запечатлена девушка в национальном испанском костюме. Она игриво смотрит на зрителя и отрывает лепестки от ромашки: способы гадания «любит – не любит» за два века мало изменились.
В «Мечтании» Тимофея Неффа (1840-е) — томная красавица с плющом, обвивающим распущенные волосы, напоминает образы прерафаэлитов, а «Богоматерь с Младенцем в розах» Федора Бруни (1843) и «Благовещение» Якова Капкова (1852) демонстрируют использование цветов в религиозных сюжетах. Дополняют экспозицию два мраморных бюста с изображением дам, чьи прически украшены розами и пшеничными колосьями.
— Это первый пример камерных, фокусных выставок, которые мы планируем регулярно устраивать в рамках постоянной экспозиции, — сообщила директор музея Зельфира Трегулова. — В нескольких залах будут демонстрироваться работы из наших фондов, которые расширяют представления о русском и мировом искусстве, но в ином контексте вряд ли были бы извлечены из запасников.
Составить собственное представление о загадочном шедевре и погрузиться в атмосферу природной красоты и благоухания посетители Третьяковской галереи смогут до 26 марта.
