Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
В Европарламенте заявили о попытках ЕС помешать переговорам по Украине
Происшествия
Силы ПВО уничтожили семь беспилотников на подлете к Москве
Мир
FT узнала о планах Хуанга вернуться на пост главы Nvidia
Происшествия
ВСУ заминировали один из центральных кварталов Рыльска с помощью дронов
Экономика
В Москве маткапитала хватает лишь на 2,5 м жилья
Общество
Адвокат Лерчек рассказал о сохранении ее статуса потерпевшей по уголовному делу
Мир
В Москве установили контакты со спецпредставителем Грузии по связям с РФ
Мир
Россия продолжит работу по возвращению атлетов из РФ на мировую арену
Общество
Михалков назвал страны Запада «дворовой шпаной» без генетической памяти о войне
Происшествия
Мужчина пострадал при падении обломков беспилотника в Белгородской области
Мир
В Европарламенте допустили новые санкции против российского дизеля
Мир
В Польше зафиксировали рекордное число нападений на украинцев
Экономика
За чем следить инвестору на этой неделе
Мир
Захарова назвала приступом русофобии возможное закрытие Эстонией границы с РФ
Армия
Младший сержант Исаев уничтожил два БПЛА при доставке топлива на позиции
Спорт
Дегтярев призвал МОК дать оценку действиям IIHF и властей Канады
Происшествия
Силы ПВО сбили еще 15 дронов на подлете к Москве
Общество
Алексей Чумаков и Юлия Ковальчук стали родителями в третий раз

Святой на линии фронта

В фильме Мэла Гибсона «По соображениям совести» живые люди горят под аккомпанемент слов о любви к ближнему
0
Святой на линии фронта
Фото: WDSSPR
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Мэл Гибсон возвращается на большие экраны с новой режиссерской работой — драмой о Второй мировой войне «По соображениям совести». Крови и натурализма в ней не меньше, чем в знаменитых «Страстях Христовых» или «Апокалипсисе», но явно чувствуется зрелая сентиментальность. 60-летний Гибсон показывает героя, живущего по заповеди «не убий», но совершающего подвиги в самом пекле сражения.

Отношения с религией у Гибсона самые серьезные, и он всегда утверждал, что на съемках им руководит Бог. На этот раз темой фильма стало то, что Лев Толстой называл «непротивлением злу насилием»: в центре сюжета уклонист, вступивший в ряды армии США, чтобы воевать с фашизмом в Японии, но отказывающийся взять в руки винтовку.

Святой на линии фронта











В основу сценария положена подлинная история героя войны Десмонта Досса, принадлежавшего к адвентистам седьмого дня (одно из направлений протестантизма). Сыграл его роль актер Эндрю Гарфит, известный по картинам «Новый человек-паук» студии Marvel и работе Дэвида Финчера «Социальная сеть».

Созданный Гарфитом образ слащав и пасторален, словно взят с иллюстрации к религиозной брошюре. Гибсон показывает зрителям предысторию Досса с обязательной семейной драмой и конфликтом между пьяницей-отцом и сыновьями, но всё это выглядит картинкой в стиле пропагандистских плакатов с комиксным Капитаном Америкой. Живого человеческого начала в этом фактически байопике нет.

Святой на линии фронта











Даже сцены военных баталий в Окинаве смотрятся искусственно — манекены в роли трупов, умирающие под пулеметным огнем статисты... К тому же из-за плохого качества визуальных эффектов происходящее на экране больше напоминает компьютерную игру, чем художественный фильм.

Гибсону явно не хватило бюджетных средств. $55 млн по меркам современных военных картин Голливуда — сумма довольно скудная: с графикой и спецэффектами не разбежишься, а масштаб в таких случаях — едва ли обязательный критерий успеха. Чем еще заманить зрителей, если не визуальными ужасами и потоками огня?

Святой на линии фронта











Впрочем, и Гибсон временами дает героям в руки огнеметы, но показывает только один конкретный бой: битву за Окинаву, когда американские войска заняли этот японский остров при поддержке флотов США и Британии.

Однако на участие в битве британского флота нет и намека, равно как и отсылки к полной картине Второй мировой. После просмотра фильма складывается четкое ощущение, что война случилась между Америкой и Японией и первая ее выиграла собственными силами и ценой больших потерь.

Конечно, режиссер хотел через историю Досса утвердить ценность отдельно взятой человеческой жизни и подчеркнуть, что моральные убеждения — не пустой звук и даже в самых страшных обстоятельствах можно не уронить принципов. Но такая тонкая тема плохо уживается в одном кадре с военной мясорубкой. Невозможно верить в слова про любовь к ближнему, когда на экране горят живые люди. 

Читайте также
Прямой эфир