Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Военные ЕС высадились на борт танкера MV MIDAG в Средиземном море
Происшествия
Три человека пострадали при атаках ВСУ в Белгородской области
Спорт
Российская лыжница Непряева заняла шестое место на соревнованиях в Финляндии
Армия
Снайпер рассказал о ликвидации ВСУ и помощи жителей Красноармейска
Мир
Компания Megaspeed открестилась от связей с любовницей экс-главы Nvidia
Культура
Любимова оценила представленный в Китае трейлер фильма «Черный шелк»
Мир
Зеленский пожаловался на последствия от ограничений Starshield для ВСУ
Экономика
Эксперт спрогнозировал приток капитала на российский рынок криптовалют
Общество
В России купили рекордное за пять лет количество антипохмельных средств
Мир
Каллас анонсировала новые санкции ЕС против покупателей российской нефти
Мир
Ульянов предупредил об ответе при возобновлении ядерных испытаний другими странами
Мир
Принц Гарри в четвертый раз за два года приехал на Украину
Мир
Кушнер сообщил о новых идеях для прорыва в переговорах по Украине
Армия
В Запорожье ВС РФ поразили логистический центр с военными грузами для ВСУ
Спорт
Коростелев занял четвертое место в гонке на 10 км свободным стилем в Финляндии
Мир
Эстония закроет все пункты пересечения границы с РФ с 1 декабря
Происшествия
В Лисичанске извлекли тело женщины из-под завалов после удара БПЛА
Происшествия
Четыре человека пострадали при пожаре в автоцентре в Омске

Игра — одно, акция — другое

Юрист Карин Беше-Головко — о том, как реагировать на ловлю покемонов и подрыв общественных устоев
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Кировский районный суд Екатеринбурга 3 сентября заключил под стражу блогера Руслана Соколовского за «возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства» и «нарушение права на свободу совести и вероисповедания». Во французских и российских СМИ активно циркулирует информация, что его задержали за то, что он ловил покемонов в храме. На самом деле это не совсем так.

Да, он действительно «ловил» покемонов в Храме-на-Крови в Екатеринбурге, но арестовали его за то, что он опубликовал в интернете несколько видеороликов, оскорбляющих чувства верующих. Юридически это далеко не одно и то же.

Во всех обществах существуют определенные границы, установленные законодательством. Во всех демократических обществах любой человек, конечно, волен их сознательно нарушать. Но тогда государство обязано реагировать на такого рода нарушения общественного порядка и принимать правовые меры. Спорить с этим сложно. Поэтому вопрос не в том, должны или не должны реагировать на подобные нарушения правоохранительные органы. Ответ очевиден, поскольку основное назначение судебно-правовой системы государства заключается в защите общества и людей, то есть того, что юристы называют общественными интересами. Вопрос — в адекватности (соразмерности) ответа.

На первый взгляд ловля покемонов, конечно, просто игра. Играя, на первый взгляд, оскорбить никого невозможно. Точно так же одежда буркини на пляже — просто одежда, которой оскорбить также никого невозможно.

На самом же деле все сложнее. В случае с буркини несколько мэров запретили их из-за потенциального нарушения общественного порядка. Государственный совет аннулировал одно из решений, суд второй инстанции подтвердил законность другого. Всем понятно, что здесь что-то не то. В данном контексте (причем только в данном) буркини — это не просто одежда, как покемоны — это не просто игра.

За ними стоит вопрос: что позволено в обществе, в котором мы хотим жить? Речь идет о трудноуловимых границах дозволенного и недозволенного, на которых строится любое общество и которые нуждаются в особой правовой защите. Причем в каждом обществе эти границы свои. Проблема буркини часто вызывает улыбку в России, но для Франции она необыкновенно остра. Поэтому власти заняли здесь жесткую позицию, пытаясь защитить общественные интересы и десятилетиями формировавшиеся общественные границы.

Вернемся к покемонам. Ни этим летом во Франции, ни в России на пляже, в кафе, в банке и т. п. я нигде не видела людей с телефоном в руках, бешено бегущих или ходящих как зомби, ползающих под столиками ресторанов, входящих в офисы и выходящих из них в поисках покемонов. Почему-то об этом пишет только пресса, причем во всех случаях покемоны появляются в особенных местах: в храме, в школе, в жандармерии и пограничных пунктах, военных частях... Например, некие игроки ночью вошли в здание жандармерии во французском городе Сент-Илэр, а один человек перешел границу между Канадой и США. Можно найти очень много таких примеров.

Во всех случаях покемоны выбирают исключительно здания, связанные с церковью, школой, государством. Эдакие политически подкованные покемоны, знающие все о современных интеллектуальных течениях, антиэтатизме, антиклерикализме и т. п. Как все чаще поговаривают на Западе, иногда даже в респектабельной прессе, все это напоминает глобальную медийную «джинсу»: сочетание бизнес-раскрутки товара с очередными попытками пошатнуть общественные устои.

Как на это реагировать юридически? Опять-таки в зависимости от того, защищаем ли мы устои или пытаемся двигать их вместе с инициаторами соответствующих акций.

В нормальной ситуации право защищает общественный порядок, наказывая тех, кто его нарушает, а не наоборот. При этом, конечно, должны учитываться и индивидуальные свободы, также представляющие собой фундаментальную ценность. В теории судья должен найти компромисс и баланс между личными правами человека.

Право на свободу слова одних и право на свободу совести и вероисповедания других. Право самовыражения и общественный порядок. Где поставить границу?

Чтобы ответить на этот вопрос, судья должен учитывать личность и мотивацию нарушителя. В деле Руслана Соколовского не все так просто. Наш блогер, кажется, не просто блогер, а политический (общественный) активист с очень активной гражданской позицией, направленной против Церкви.

Можно, конечно, называть его позицию атеизмом, но тогда уже добавляя прилагательное «воинственный». На его сайте можно увидеть разные видеоролики, в одном из которых он объясняет, почему он не только антиклерикалист, но расист и почему это правильно. Все это судья обязан учесть и понять.

Если перед ним «случайный игрок» — это одно, если профессиональный политический активист, организовавший свою акцию в той организации, против которой он борется, да еще заранее выложивший ролик о том, что собирается сделать, — совершенно другое.

Вопрос ведь не в храме, а в чем-то большем. Если сегодня блогер-антиклерикалист отправился в храм, и мы закроем на это глаза, то завтра этот же блогер (он же и расист) отправится еще куда-то, где много афроамериканцев. Антисемиты начнут ловить покемонов в синагогах, а феминистки в воскресных семейных школах или наоборот. Мы хотим жить в таком обществе?

Если нет, то единственным средством является жесткая правовая реакция на такого рода поведение. Она и последовала. Или вы думаете, что если бы в США Соколовский, мнимый или реальный «расист», ловил покемонов в местах собраний афроамериканцев, а затем выкладывал бы публично ролики с соответствующими комментариями в своем блоге, то реакция американского судьи была бы мягче? Если вы так думаете, то заблуждаетесь.

Автор — доктор публичного права Университета Монпелье (Франция), приглашенный профессор МГУ им. М.В. Ломоносова

Все мнения>>

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир