«Не получу премию — ладно, жизнь не кончится»

1 июля в Москве назовут лауреатов XV Международного конкурса имени Чайковского — жюри огласит свои последние решения, а конкурсанты попробуют их достойно принять. В разгаре дискуссий корреспондент «Известий» спросила у шести финалистов самой спорной специальности — «фортепиано», что значит для них участвовать в конкурсе этого года, как жить, если получишь золотую медаль и первую премию в $30 тыс., а главное — что делать, если ее не вручат.

Даниил Харитонов (Россия):

— Участвовать в любом конкурсе — это огромная честь и ответственность. Участвовать в конкурсе Чайковского — мечта любого пианиста, поскольку это музыкальный праздник, потрясающая атмосфера. Это непередаваемые ощущения! У меня никогда в жизни не было ничего подобного.

Понятно, что каждый финалист — лауреат, и это очень приятное чувство. Любая премия для меня — победа и огромное счастье. Я даже не думал, что смогу пройти на первый тур.

Не знаю, как поступлю, если получу первую премию. Если не получу, то сначала отдохну, а потом буду заниматься. Теперь я должен держать марку и продолжать совершенствоваться, поднимаясь всё выше. Пока не могу сказать, в каких конкурсах буду принимать участие. Сейчас мой гастрольный план расписан до 2018 года.

Дмитрий Маслеев (Россия):

— Конкурс Чайковского — это итог моей учебы, всего того, что делаю. Пока я не понял, как прошел в финал и насколько хорошо я сыграл. Чувствую только, что очень устал.

Наверное, лучше не думать и о том, дадут ли тебе первую премию или нет, — дождаться объявления результатов. Слышал, что музыкант, ставший первым, не принадлежит себе. Но это могут быть слухи.

Будет премия — хорошо. Не будет — ладно, жизнь не кончится. Произведений масса и планов много. Я очень надеюсь, что после конкурса у меня появится возможность сыграть то, что хочу.

Сергей Редькин (Россия):

— Участие в этом конкурсе — это в первую очередь ментальный пинок для самого себя: на что я способен и действительно ли так хорош, как сам себя перед сном успокаиваю. Во-вторых, это важный информационный повод, потому что обо мне резко узнала огромная аудитория и сразу нашлись люди, которым я могу быть интересен как артист.

Мне кажется, что безопаснее всего было бы не пройти в финал и остаться в разряде непризнанных людей, но так получилось, что я прошел и сыграл прилично. Теперь хочется позаниматься и иметь больше свободного времени, нежели если окажусь в концертном конвейере. Ведь забравшись высоко, сложно остаться самим собой и в здравом уме.

Чем я займусь без первой премии? Как и предполагалось до конкурса, поеду в Санкт-Петербург. Мне нужно будет поступить в аспирантуру, а затем сыграть концерт в Москве. Плюс есть еще много планов, о которых пока рассказывать не хочется. Я боюсь сглазить.

Джордж Ли (США):

— Для меня этот конкурс — возможность подарить миру свое представление о музыке. На протяжении трех конкурсных туров я не думал, что это соревнование. Мне просто хотелось сыграть так хорошо, как умею и могу.

Сейчас для меня неважно, выиграю или проиграю. Важно то, что я передал эмоции, радость, страсть, трагедию, благодарность и смирение в музыке. Я чувствовал, что со мной разделили эти ощущения слушатели. Наверное, это и называется счастьем пианиста, если оно, конечно, есть у них (смеется).

Стану первым? Прекрасно. Но если этого не будет, не расстроюсь. Только догадываюсь, насколько трудно выбрать одного победителя, а восприятие музыки субъективно. Авторитетное жюри чувствуют ее по-своему. Все финалисты — талантливые музыканты. Я буду рад за каждого из тех, кто получит первую премию и золотую медаль.

Лукас Генюшас (Россия-Литва):

— Я думаю, что участие в этом конкурсе — это борьба с самим собой, борьба со сложностью ситуации и радость ее преодоления.

Конечно, сейчас сложно говорить о какой-то премии, потому что пока нет никакого результата. Сам факт прохода в финал — победа, и я очень рад, что мне это удалось. То, что мне было ниспослано достаточно сил и дали возможность сыграть до конца всю программу, для меня важно и приятно. В любом случае это знаковое событие. Для моей бабушки, моего учителя Веры Горностаевой было педагогически важным, чтобы я сыграл именно на конкурсе Чайковского; в некотором смысле все свои выступления я посвятил именно ей, ее светлой памяти.

Как я поступлю, если получу первую премию? Я поблагодарю членов жюри, раскланяюсь и пойду домой. Если не получу, то мое поведение не изменится. Другой вопрос, что будет происходить со мной внутри. Но это другая история. Пока я спокоен. Мне кажется, что трагедии не случится.

Люка Дебарг (Франция):

— Участие в конкурсе Чайковского для меня — это вызов. Очень хотелось воссоздать великую музыку, а не просто сыграть на рояле для публики и членов жюри. Конечно, это чудесная возможность послушать музыкантов высокого уровня и самому быть услышанным. Считается, что сыграть на конкурсе Чайковского — большая удача. Мне повезло быть в финале. Раньше я мог об этом только мечтать!

Наверное, хорошо было бы почувствовать себя победителем, но первая премия — это лишь возможность для частых выступлений. Любые награды, как мне кажется, не имеют отношения к звучанию твоего рояля. Будет она, нет — я продолжу искать правду в музыке и открывать ее для публики, которая захочет меня услышать.