Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
В МИД РФ подтвердили готовность содействовать урегулированию конфликта в Газе
Общество
Новак призвал продолжить работу по импорту нефтепродуктов в РФ
Мир
Песков указал на стремление России достигнуть целей СВО мирными средствами
Мир
В посольстве России заявили о намерении сохранить партнерство с Монголией
Мир
Председатели Верховных судов РФ и Казахстана подписали программу сотрудничества
Мир
В МИД РФ назвали безусловно полезной трехстороннюю встречу на саммите АТЭС
Мир
Лавров заявил об открытом переходе Запада к пиратским практикам колониализма
Армия
Фрегат «Адмирал Головко» с ракетами «Циркон» вошел в Средиземное море
Мир
Минфин США продлил разрешение венгерской MOL на сделки с российской нефтью
Общество
В Минэнерго России отметили готовность энергосистемы к зимним пиковым нагрузкам
Мир
Рябков сообщил об отсутствии понимания параметров переговоров по Украине
Общество
ГД в I чтении приняла проект о предельном возрасте военной службы женщин
Общество
В Роспотребнадзоре предложили повторно тестировать работников после саннарушений
Общество
Соцфонд назвал некорректным утверждение о невозможности выхода на пенсию в 2027 году
Общество
В 50 регионах России запустили общественный контроль за экологией
Спорт
Российские фигуристы не смогли попасть на этап Гран-при в Финляндии
Мир
Байден назвал расширение НАТО одной из причин ухудшения отношений с Россией
Общество
На Чукотке спрогнозировали мощный циклон с ветром до 28 м/с 18 ноября

«Критики сказали, что я снял картину в духе экспрессионизма»

Сценарист Александр Миндадзе — о своей третьей режиссерской работе «Милый Ханс, дорогой Петр», попавшей в основной конкурс Московского кинофестиваля
0
«Критики сказали, что я снял картину в духе экспрессионизма»
Фото: kinopoisk.ru
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

На Московском кинофестивале показали «Милый Ханс, дорогой Петр» Александра Миндадзе — медленную, напряженную драму о дружбе русского и немца накануне Великой Отечественной. Ханс с товарищами приехал в Советский Союз разрабатывать новую, усовершенствованную линзу и случайно вызвал аварию на производстве. И хотя виноват Ханс, статью за «вредительство», скорее всего, получит кочегар Петр, ставший свидетелем происшедшего. Корреспондент «Известий» встретился со сценаристом Александром Миндадзе, для которого «Милый Ханс, дорогой Петр» стал третьей режиссерской работой.

— У этой истории была какая-то реальная основа?

— Конечно, нашего конкретного Ханса никогда не было — это плод моего воображения. Но за всем этим вымыслом стоит реальная жизнь — я писал  сценарий, опираясь на исторические источники, дневники в том числе. Мы старались  максимально приблизиться ко времени, даже строили декорации по оригинальным чертежам.

— Почему вы выбрали для сюжета именно оптику — поиски формулы новой линзы?

— Потому что это было на самом деле. Я был на заводе ЛОМО (Ленинградское оптико-механическое объединение им. В.И. Ленина), где с 1937 года и до сих пор работают привезенные и установленные немцами станки. Я даже познакомился с одним очень пожилым человеком, который пацаном работал с приехавшими немецкими специалистами. А кроме того, история об оптике интересна в сюжетном плане. Русские и немцы делают линзы в мирное время и не думают, что их потом вставят в бинокли и прицелы.

«Критики сказали, что я снял картину в духе экспрессионизма»










— Практически все главные роли у вас играют немецкие актеры, да и сам фильм почти полностью снят на немецком языке. Были какие-то сложности?

— Нет, совершенно никаких. Во-первых, все актеры скрупулезно изучали сценарий и прониклись замыслом. Во-вторых, традиционная российская сценарная форма — с ремарками — хоть и была им в новинку, позволила легко войти в материал. Актер в этом случае — как самонастраивающийся инструмент. Еще Олег Борисов любил ремарки и говорил, что ему достаточно написанного и больше ничего пояснять не надо. Конечно, во время съемок какие-то коррекции были, но незначительные.

— Это правда, что актера Якоба Диля, исполнителя роли Ханса, вам порекомендовал Кирилл Серебренников?

— Было так — мне дали знать, что у популярного артиста Аугуста Диля есть младший брат, и тоже актер. Показали фотографию, сказали, что его знает Кирилл (актер участвовал в постановке Серебренникова «Гамлет-машина» в МХТ имени Чехова. — «Известия»). Я ему позвонил, и он посоветовал внимательно присмотреться к Якобу Дилю. За этот совет Кириллу я очень благодарен.

«Критики сказали, что я снял картину в духе экспрессионизма»













— Вы примерно представляете, как «Милый Ханс, дорогой Петр» будет смотреться в немецком контексте?

— У меня нет ответа на этот вопрос. Мне здесь критики наговорили, что я снял вполне немецкую картину в духе экспрессионизма (смеется). Но я доверяю людям, с которыми работаю. Им этот фильм был действительно важен. Один актер специально прочитал «Благоволительниц» Джонатана Литтелла. Другой, северный немец из Гамбурга, прямо сказал, что «вся эта история — она про меня, я ее понимаю». Насколько она будет близка немецкому зрителю — предсказать трудно.

— В вашем фильме удалось почти половину бюджета собрать за счет иностранных средств. Нельзя сказать, что копродукция у нас редкость, но все же происходит это не так часто. Сложно было найти финансирование за рубежом?

— Если ты снимаешь не комедию или у тебя нет сверхпопулярного артиста, деньги везде найти очень сложно — и у нас, и в Европе. Мы очень благодарны Фонду кино, что поддержал нас, так же как и английским и немецким продюсерам.

— Многие помнят историю с питчингом Министерства культуры, когда ваш сценарий вызвал нарекания со стороны экспертов Российского военно-исторического общества (РВИО). Многое ли пришлось поменять, чтобы получить финансирование?

— У меня не было никаких ультимативных требований от экспертного совета. Да, была беседа, но никаких кардинальных изменений меня сделать не просили. Часть замечаний непринципиального характера я принял, и это только пошло на пользу. Сам конфликт продолжался ровно один день и затем был исчерпан. И никаких ощутимых изменений делать не пришлось. Сценарий был запущен в том виде, в каком был написан.

— В титрах выражена благодарность режиссеру Сергею Лознице. Каков его вклад в картину? Просто нетрудно заметить, что вы работаете с одной и той же командой — оператором Олегом Муту и художником-постановщиком Кириллом Шуваловым.

— Я чисто человечески признателен Сергею за то, что он был одним из первых зрителей фильма за самом раннем этапе и смог найти правильные слова. Что касается Олега Муту, я познакомился с ним перед картиной «В субботу», и оказалось, что мы очень близки творчески. Он большой художник, но человек не формы, а сути и смысла. То же самое я могу сказать и о Кирилле Шувалове. Это не то чтобы совсем редкие качества, но действительно дефицитные.

— И по прошлым сценариям и по режиссерским работам было видно, что вас интересуют прежде всего ситуации после непоправимой катастрофы. «Милый Ханс, дорогой Петр», наоборот, — фильм про предчувствие катастрофы. Что-то изменилось в вас или в мире?

— Замысел всё решил за меня. Я это придумал еще в 2012 году — историю про немца, который приезжает в Советский Союз как друг, чтобы через пару лет вернуться врагом. Мы знаем, в преддверии чего находятся герои фильма, и это уже само по себе драматично.

«Критики сказали, что я снял картину в духе экспрессионизма»










— «Милый Ханс, дорогой Петр» можно назвать антивоенным фильмом?

— Я надеюсь, что да. В широком смысле это так — герой фактически идет на самоубийство, чтобы переменить свою участь. Здесь нет войны как таковой, но есть ее дух. И фильм вполне можно было озаглавить словами Ремарка — «Время жить и время умирать». 

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир