Драматургия прямолинейного действа, вероятно, в самом деле требует перемежать макрокосм, то есть проблемы глобальные и общезначимые, микрокосмом, то есть проблемами сугубо частными, но эмоционально утепляющими общение правителя с народом. К числу проблем микрокосма на последней линии явилась, например, проблема кобеля, которого желает завести жена некоего полковника, тогда как штаб-офицер, будучи мужчиной властным, кобеля заводить категорически не желает. В этой коллизии В.В. Путин, подобно мудрому раввину, разрешает проблему кобеля ко всеобщему удовольствию, после чего вновь возвращается к макрокосмическим проблемам.
С одной стороны, сам отбор подобных вопросов, конечно, делается режиссерами прямой линии — при 3 млн поступивших вопросов без режиссера обойтись в принципе невозможно. Но, с другой стороны, какая-то же кавалерственная дама действительно задавала вопрос про кобеля, не смущаясь его недостаточной общественной значимостью.
Кроме того что любовь к собачкам вообще чувство хорошее, с дамы спрос невелик, поскольку она в любом случае не претендует на роль крупного общественно-политического деятеля, вступающего с верховным правителем в содержательный спор.
Бывший многолетний (и даже лучший в мире) министр финансов, а ныне глава Комитета гражданских инициатив А.Л. Кудрин и многолетний же главный редактор радиостанции «Эхо Москвы» А.А. Венедиктов на такую роль явно претендовали, притом что их выступления показали, что практическое понимание того, что есть политика, у них примерно на уровне простодушной дамы с собачкой.
А.Л. Кудрин в энный раз попытался вступить в одну и ту же реку, практически открытым текстом предлагая В.В. Путину вновь приблизить его к сердцу и вручить важный правительственный пост, на котором А.Л. Кудрин будет делать то единственное, к чему он способен, то есть накапливать сокровища и всем говорить: «И кроватей не дам, и умывальников», а В.В. Путин будет обеспечивать ему полное политическое прикрытие.
Энное повторение одного и того же пожелания могло бы истощить и ангельское терпение, и В.В. Путин кротко, но не без твердости указал А.Л. Кудрину, что политическое творчество происходит не в безвоздушном пространстве, но в пространстве, населенном людьми — обстоятельство, всегда вызывавшее у А.Л. Кудрина искреннее удивление и недоумение. Правитель объяснил былому сотруднику, что кроме постигаемого умом идеального монетаристского учения есть еще постигаемое сердцем мнение народное, не учитывать которое политик не может. А.Л. Кудрин опять ничего не понял — дама, желающая завести кобеля, была, пожалуй, более понятлива — и с горечью сообщил прессе, «что не почувствовал готовность президента к изменению управления экономикой и страной». Тогда как В.В. Путин именно что пытается, к добру или к худу, но отменить кудринскую политику накопления сокровищ, заведшую хозяйство в тупик.
А.А. Венедиктов, в свою очередь, решил смело и отважно коснуться темы дерзкого убийства Б.Е. Немцова и обустройства мемориала на Немцовом (Б. Москворецком) мосту. «Всегда, везде во всем я влеве, отрежу правду хоть царю». Расчет был бы основателен, когда бы резание правды-матки прозвучало хотя бы полутора часами раньше. Но дозволенные речи А.А. Венедиктова прозвучали в 14.40, тогда как в 14.15 ведущий прямой линии К.А. Клейменов сообщил об экстренной новости из Киева, где только что был убит журналист О.А. Бузина. Вслед за убитым накануне бывшим депутатом О.И. Калашниковым. При таком сгущении киевских жертв — как бы к ним не относиться — тему Немцова моста оставалось только сдавать в архив. Вещь, понятная всякому политику. Надо было или спешно придумывать другой вопрос, или отказаться от выступления вовсе. А.А. Венедиктов не сделал ни того ни другого, чем продемонстрировал, что он — в отличие от своего совопросника — является кем угодно, но только не политическим животным.
В том и беда современной русской политики, что политическое животное, то есть деятель, остро чувствующий нерв текущего момента и с ним сообразующийся в режиме реального времени, представлено в России только в одном экземпляре. В образе В.В. Путина. Прочие сегодня предстали перед публикой в образе штаб-офицерской жены, озабоченной проблемой приобретения собачки.
А между тем, чтобы конкурировать с нынешним правителем, выдвигать встречные программы etc., для начала необходимо принадлежать, как и он, к виду политических животных. Прочие различия и достоинства — это уже потом. Пока что политиков не видно, отчего и все качества текущего момента.
