Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Посол Ирана назвал особым послание Хаменеи президенту России
Мир
В Европарламенте заявили о признаках несостоявшегося государства на Украине
Здоровье
Ученые выявили маскирующееся под аллергию заболевание пищевода
Общество
В Верховном суде обжаловали приговор экс-генералу Попову
Общество
Историк рассказал о роли дивизии Панфилова в битве за Москву в 1941 году
Общество
Защита сестер Хачатурян потребовала прекратить уголовное преследование
Мир
UnHerd оценил последствия отказа ЕС от договоренностей с Россией
Мир
В Венгрии заявили об отсутствии информации о владельце найденных миллионов долларов
Общество
В 2027 году в России вырастут доплаты к пенсиям и детские пособия
Общество
В ОП предложили ввести устный экзамен по обществознанию для девятиклассников
Спорт
Трусова завоевала серебро на этапе Гран-при по фигурному катанию в США
Мир
Хуситы заявили об атаке на нефтепровод в районе Эр-Рияда
Здоровье
Ученые связали нерегулярный сон с ухудшением психического здоровья
Экономика
Китай заменяет людей роботами на фоне угрозы сырьевого суперцикла. Что может пойти не так
Происшествия
Жителя Камчатки приговорили к 14 годам колонии за госизмену
Здоровье
Ученые связали повышенную чувствительность к холоду с изменениями жировой ткани
Общество
Россиянам рассказали о количестве рабочих и выходных дней в декабре
Мир
Юрист оценил перспективы допуска молодежной сборной России на ЧМ по хоккею

Без синтезаторов, без гитаристов

Писатель Игорь Мальцев — о новом концерте Инны Желанной
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

По набережной шли семьи с детьми. Женщины были в платках, мужчины подчеркивали свою мужественность. В большом зале Дома музыки продолжали праздновать Пророка и по этому поводу обыскивали машины даже на парковке. Дом музыки вообще заповедник совка в московском мире шоу-бизнеса — от хамоватых охранников до буфетного набора бутербродов. 

Но в минувшую субботу он стал центром собственно русской культуры — и потому что в одном зале радовались магометане России, а в другом — Инна Желанная показывала программу своего нового альбома, по сути, авангард русского фольклора. Огромный плюс Дома музыки — его акустика, и тут не поспорить: это именно то, что нужно, чтобы слышать каждое слово и каждую ноту. 

«Как можно слушать музыку сидя», — сказал у меня за спиной кто-то из «олдовых». 

Аудитория в субботу была смесью старых хиппи и целевой аудитории «Эха Москвы». Обошлись без записных интеллектуалов, а заодно без «музкритиков» и коллег — Дмитрий Шумилов из «Вежливого Отказа» представлял весь остальной музыкальный цех. А зря. Это надо слушать всем. Минувший концерт был демонстрацией того, чем бы мог стать русский рок, если бы его не делали дети советских номенклатурщиков и мажоров. Или не рок. 

Начиная с уважения к зрителю. Мало кто озадачен так качеством звука, как небольшая команда Желанной. И если у вас на сцене стеклянная выгородка для барабанщика, значит, что вам важно, чтобы аудитория не убилась медью с первого такта. На сцене нет ничего лишнего — группа предлагает обходиться без батареи синтезаторов, без гитаристов. 

Современная технология и мастерство позволяют использовать саксофоны, бас и голос для создания звукового ландшафта любой сложности. Поэтому на сегодня то, что делает Инна и музыканты, которые, безусловно, не являются «сопровождающей группой при певице», — это самое пригодное для настоящего саундтрека к грядущему отечественному блокбастеру, если таковой вдруг появится. Без скидок. Без сравнений. 

Ведь мы все, кто в какой-то момент поверил, что может существовать местный рок и просто местная качественная музыка, все равно нет-нет и проговариваемся «а-а-а, это местный Брюс Спрингстин», «а это местный Дилан с примесью Болана», априори ставя «явления» на их реальное место. Желанную, Калачева, Маряхина, Фролова можно поставить на сцену в любой стране, перед знатоками и ценителями современной музыки и не делать идиотских пояснений типа «А это наш Dead Can Dance», хотя бы потому, что Лиза Джеррард поет ею сочиненные песни на выдуманном ею языке. 

А Желанная обрушивает на голову зрителя всю жуть и экзистенциальность старой русской песни и посконной-домотканой жизни. Сколько ни говори о «красоте русской народной песни», красивостей там не больше, чем у Мингуса. Малые интервалы, странные гармонии, рваные размеры, всё то, что советские культурные  и идеологические деятели называли сумбуром вместо музыки и что никак не может схавать пипл, для которого выдумали сладость псевдонародной шняги. 

Потому как реальная русская история и реальная русская жизнь в узкий мозг не вмещаются. Даже через развесистые уши. Конечно — если уж колыбельная «У кота колыбелька золота», так ее нельзя петь полный текст, потому что дальше будет и смерть, и могилка, и завывания над нею. 

Действительно — разве можно травмировать тонкую душу населения? Беломоро-Балтийским каналом и Бабьим Яром — можно, а трупиком кошечки в детской колыбельной нельзя. 

Никакого форсажа, Желанная поет тихим голосом. Слышно каждое слово — «забрали во солдаты… сестра утопилася… у меня молодой  муж — старый… ветерочки — разбойны голосочки… недоросок-недоносок… пойду с горя в чисто поле… наша Манечка работать не умеет» — народная песня не обязана «воспитывать», она вообще никому ничего не должна. Она не «милая» и не «красивая». Она просто прекрасна, даже когда она — отпечаток тяжкой жизни поколений. И этот простенький посыл — главное завоевание Желанной как артиста. 

Всё, что было заложено, то, собственно, музыканты и вытаскивают наружу подручными средствами XXI века, когда уже все эксперименты с технологиями и со звучанием — за плечами и выдумывать-то и нечего — знай, пользуйся. Тут нет места «новым аранжировкам» — тому, что под давлением музыковедов в штатском практиковали прекрасные и такие наивные «Ариэль» с «Песнярами». 

При всем уважении к инвалидам рока — пошлей, чем «обработки» народных песен, что-то придумать сложно. Дальше — только кабак и ближневосточный шансон. Или бесконечная погоня за быстроразвивающимся роком англо-саксов, как вариант существования. Всё равно не догонишь. 

Эти музыканты понимают танцевальную составляющую материала, и никого не волнуют эти секунды и прочие неприятные для уха интервалы. Они ткут из них полотно, которое можно уже называть как угодно — хоть джазом, хоть поздним Фриппом, всё равно — как пишется, так и слышится. И не один раз аудитория начинала физически ощущать, что сидеть в советских креслах этого зала уже невозможно — драйв и ритм тебя выкидывают из комфорта. Правы были старые хиппи — нельзя слушать эту музыку сидя. 

Концерт в Доме музыки показал, что у нас есть свои варианты. Мощные драматургически, технологически, артистически. 

На месте какого-нибудь Минкульта я бы на последние деньги посылал бы Желанную с ее музыкантами по всему миру, конечно, если бы был так уж озабочен современным и культурным имиджем страны, как они нам рассказывают. Чтобы люди сидели с открытыми ртами или танцевали где-нибудь в Глазго, Кейптауне и Осло, а потом выходили на улицу и спрашивали друг друга — а это, что и есть русская музыка и русские музыканты? 

И, не веря сами себе, шли пить свой эль. 

Но этого не будет, потому что одновременно с концертом Инны Желанной, с весельем Курбан-байрама под той же крышей, неподалеку, под другой крышей и тоже в Москве распоясавшиеся подонки срывали концерт группы Cannibal Corpse.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир