Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Число пострадавших при атаке ВСУ на Ростовскую область возросло до пяти
Общество
На Крымском мосту устранили очереди из сотен автомобилей
Мир
ЦАХАЛ ликвидировала высокопоставленного командира ХАМАС в Рафахе
Мир
Умер бас-вокалист The Oak Ridge Boys Ричард Стербан
Здоровье
В Роспотребнадзоре назвали самый надежный способ защиты от пневмонии
Мир
Байден в своих мемуарах назвал Зеленского капризным и упрямым
Происшествия
При атаке БПЛА на Нижнекамск пострадали люди
Мир
Певец Александр Буйнов попал в антироссийскую базу данных ГУР Украины
Общество
В деле об убийстве самбиста в Махачкале не выявлено давнего конфликта
Общество
Мошенники начали красть паспортные данные россиян под видом коммунальщиков
Спорт
«Вашингтон» проиграл «Нью-Джерси» в матче НХЛ
Мир
Аналитик заявил о приближении Франции к гражданской войне
Мир
Россия начала формировать делегацию на саммит G20 в Майами
Происшествия
Тело мужчины с перерезанным горлом нашли в подмосковных Люберцах
Мир
В Шотландии около 6 тыс. человек вышли на протест против дата-центров
Армия
Московские призывники получили право проходить службу в войсках БпС
Общество
Мошенники начали использовать СМС-бомбинг для хищения денег у граждан
Армия
Силы ПВО за сутки сбили 1065 украинских дронов в зоне СВО

«Вышибая двери» в Германию

В свет вышел «эмигрантский» роман бойца-романтика
0
«Вышибая двери» в Германию
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Максиму Цхаю под 40. В прошлом — родной Симферополь и друзья детства, переезд в Германию, первые годы эмиграции. Позади также описываемые в книге приключения в качестве тюрштеера (по-нашему — вышибалы) в «Ангаре» — главном танцхаусе местечка Кобленц. Название заведения можно не адаптировать, оно универсально. Всё, что в итоге превратилось в «Вышибая двери», поначалу было постами в LiveJournal, который Максим вел на протяжении нескольких лет. Новое имя в блогер-литературе? Безусловно.

Похождения русских за рубежом — тема неновая. Здесь непривычен главный герой, лишенный слюнявой рефлексии лимоновского Эдички и заскорузлой псевдоблатной романтики «пАдонков» Спайкера и Собаки из «Больше Бена». Тюрштеер Макс — гроза единственной на все окрестности танцплощадки, устраивающий гонки на полуразбитом скутере «Скимко», друг-собеседник местных проституток и желанный гость в ночных турецких забегаловках — куда ближе к романтическим героям ремарковских «Трех товарищей».

Тем более что Германия, невзирая на все этнические изменения, остается неизменной. «Людей, которые меня не любят, набьется небольшой поезд. Любящие поместятся в минивэн. И то кто-нибудь того и гляди выйдет по дороге», — пишет о себе огромный кореец, которого никто там не принимает за выходца из России. Именуют то корейским полицейским, то бешеным японцем, не замечая рвущейся наружу извечной русской тоски — штуки, в тех широтах нетипичной. В тоске этой нет ни капли ностальгии. Лирические переживания идут не от страданий по покинутой Родине, а скорее от взросления в стране, ставшей новой родиной, даже несмотря на легкие нападки коренного населения. 

Тюрштеер Макс работает в клубе во времена, когда «этнических бандитов в Германии выше крыши и они защищены немецкой конституцией, ведь многие из них формально такие же граждане, как все. Их нельзя просто так взять и выдворить. Сроки и меры наказания смехотворны и не рассчитаны на нынешнюю действительность».

Контингент, с которым приходится работать и в меру сил дружить, а точнее, договариваться, — соответствующий: турецкая и албанская шпана, беспредельщики и бандиты в законе. Выдавая приват-карту на вход в клуб, Макс выдает пропуск в некое подобие цивилизации, в небольшой оазис провинциальной культуры, где правила пока еще устанавливает немецкий хозяин. 

Повествование Цхая жесткое, практически лишенное толерантных реверансов. А что делать, если персонажи, пытающиеся погостить на твоей территории, не только уверены в собственной безнаказанности, но порой еще и находятся под воздействием психотропных препаратов. И кому как не клубному вышибале лучше знать и «помнить, что в любую секунду их подобострастный и даже дружеский оскал может превратиться в бешеный хлопок по плечу, а затем в удар по голове». 

Максим Цхай, внешне напоминающий Роберта Трухильо, музыканта неукротимой группы Metallica, очень схож с ним в творческой подаче. Трухильо мастерски совмещает плетение медленных, витиеватых басовых кружев и скоростные, бетонированные пассажи. Цхай, жестко растащив очередную потасовку, внимательно вслушивается в пронзительный эмигрантский рассказ соотечественника. Отмахивается от веселых стриптизерш. И в легком пассаже-флешбэке — вспоминает, вспоминает, вспоминает.  

Знакомство в Москве с главой управления Минобороны, ночь с девушкой в Симферополе, голод и серые «рожки» без масла в Караганде, случайный фильм «Пушкин» Безрукова — тот же Есенин и тот же Саша Белый в одном лице» — прошлое. Немецкий педантизм, прагматизм, бессилие закона в раздираемой мигрантами стране и четкое следование жестоким законам бизнеса, даже если это идет вразрез с понятиями мужской дружбы — объективное настоящее.

Максим Цхай, в преддверии 40-летия четко и без сантиментов воспринимающий действительность, — яркий тип современного бродяги, бойца, романтика. Рюкзак и паспорт с «шенгеном» легко заменит чемоданы и долгие сборы. Собственно, «бродяга» — это и его прозвище, и когда он утверждает, что «счастье, когда весь мир вокруг — твой дом», он знает, о чем говорит.

Максим Цхай нашел свой дом, а вскоре в нем наверняка появится и дочь, которая будет сидеть в рюкзаке за спиной или на заднем сиденье его мотоцикла, а потом и помчится рядом. Всё получится. Потому что «любить» у Максима Цхая идет впереди «драться» и «мечтать». Не заметить это невозможно.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир