ММКФ предпочел «Моего мужчину» из Японии
Жюри 36-го Московского международного кинофестиваля сделало действительно не очевидный выбор — «Золотой святой Георгий» нежданно-негаданно отправляется в Японию. «Мой мужчина» Кадзуеси Кумакири — инцестуозная драма о любви опекуна и дальней родственницы — не числилась в фаворитах, а в зрительском голосовании заняла предпоследнюю строчку. В то время как несомненный хит конкурсной программы — шпионский триллер «Самый опасный человек» Антона Корбейна с Филиппом Сеймуром Хоффманом в главной роли — вообще выпал из призового расклада.
Программный директор Московского кинофестиваля Кирилл Разлогов считает решение жюри полностью обоснованным:
— «Мой мужчина» чрезвычайно интересен, в первую очередь углубленным анализом очень сложных противоречивых отношений между героями. Великолепно прописана психология, особенно впечатляет финал: кажется, что всё сломано и надежды нет, но чувства оказались сильнее всех превратностей судьбы.

Стоит отметить, что картина попала в основной конкурс с определенными трудностями, и отнюдь не из-за скандального содержания, а из-за тривиального начала. Она стартует с кадров природной катастрофы: родители 10-летней Ханы погибают в цунами, и девочку забирает дальний родственник. Отборочная комиссия ММКФ не хотела продолжать просмотр, ожидая очередное высказывание по мотивам катаклизма 2011 года, однако программный директор Кирилл Разлогов настоял.
— Фильм основан на скандальном бестселлере и уже стал сенсацией у себя на родине, так как нарушает многие запреты и условности, — отметил Кирилл Эмильевич. — «Мой мужчина» представляет собой продолжение тенденции, начатой «Лолитой» Набокова. Она периодически проявляется в мировом кино, однако не в такой экстремальной форме.
Команде, работавшей над японским фильмом, досталась еще одна награда: приз за лучшую мужскую роль получил актер Таданобу Асано (в России его знают по ролям в картинах «Затойчи» Такеши Китано, «Тор» Кеннета Браны и «Монгол» Сергея Бодрова-старшего).
«Серебряный святой Георгий» за лучшую женскую роль присудили Наталке Половинке, сыгравшей в украинской драме-притче «Братья. Последняя исповедь» Виктории Трофименко последнего свидетеля многолетней и беспощадной вражды двух братьев-гуцулов, сведшей их обоих в могилу. Половинка — непрофессиональная актриса, исполнитель и пропагандист традиционного пения, художественный руководитель львовского центра искусств «Майстерня пісні».
Два других мощных фильма получили менее значимые и фактически утешительные награды. «Свет моих очей» турецких режиссеров Мелика Сарачоглу и Хакки Куртулуша удостоился специального приза жюри. Самая жизнерадостная картина конкурса повествует о борьбе молодого студента киновуза с коварной болезнью, которая грозит лишить его и зрения, и мечты снимать кино. Уникальность картины в том, что она основана на реальных событиях и исполнитель главной роли (он же сорежиссер) Мелик Сарачоглу играет самого себя; съемки проходили в его собственной квартире с участием членов его семьи.
Валерия Гай Германика получила статуэтку за лучшую режиссуру, хотя часть критиков прочила победу именно ей. Не случайно ее фильм «Да и да» получил приз ФИПРЕССИ (Международной федерация кинопрессы). Отечественные картины нередко бывают самыми сильными в конкурсе ММКФ, однако в ближайшей перспективе вряд ли могут рассчитывать на «Золотого святого Георгия» — слишком уж часто побеждали в 2000-х (четыре раза!).

Президент фестиваля Никита Михалков отвергает вмешательство в решение жюри каких-либо иных соображений, кроме чисто профессиональных.
— Мы (организаторы фестиваля) никогда не пытались повлиять на решение жюри. С их стороны это совершенно объективное решение, — подчеркнул Никита Михалков.
Возможно, адекватно оценить новый фильм Германики помешала и пресловутая сцена уринотерапии (которую теперь постоянно будут вспоминать в связи с картиной), и завышенные ожидания. Спустя 6 лет после громкого «Все умрут, а я останусь», отмеченного призом на Каннском фестивале, и двух резонансных телепроектов поневоле ждешь программного заявления, тогда как на деле мы имеем скромный камерный фильм, снятый быстро, за небольшие деньги и явно о чем-то личном.
В то же время «Да и да» достоин главного приза хотя бы по тому, что он едва ли не единственный фильм во всей программе, которой гуляет сам по себе и ни на кого не похож. Большая часть конкурсных картин с разной долей мастерства копируют или подражают общепринятым образцам, даже японский «Мой мужчина» вызывает определенное ощущение дежавю. «Да и да» несомненно наследует прошлым фильмам скандального режиссера, здесь отчетливо чувствуется школа Марины Разбежкиной, однако это совершенно точно новый этап развития.
Московский фестиваль призывал к солидарности
— Вправо, пожалуйста. А теперь шаг влево! На нас, на нас посмотрите! — фотографы обступили Валерию Гай Германику со всех сторон. Та натужно улыбается, сжимая серебряную статуэтку. Усилий хватает ненадолго — не простояв и пары минут, Германика стремительно покидает брифинг. Петр Шепотинник, директор по связям с общественностью фестиваля и модератор брифинга, извиняется и объясняет, что «режиссер очень волнуется и не может говорить».
Несмотря на агрессивный имидж, Германика остро переживает профессиональные неудачи. 4 года назад на вручении телевизионной премии «ТЭФИ», когда «Школа» и «Адмирал» соревновались в номинации за лучшую режиссуру и приз ушел Андрею Кравчуку, дело даже дошло до скандала. По-видимому, и «Серебряный святой Георгий» на ММКФ, по мнению Валерии, — это все-таки неудача.
А к журналистам уже спешит улыбчивый японец с двумя статуэтками в руках — золотая (Гран-при) и серебряная (лучшая мужская роль). Ни режиссер Кадзуеси Кумакири, ни актер Таданобу Асано не смогли приехать на церемонию, за них награды получил представитель посольства.
На закрытии фестиваля в кинотеатре «Россия» много кого не досчитались. Дождь лил с самого утра, и на размокшую красную дорожку вышли самые стойкие. Вверх по лестнице поднимались быстро, с журналистами разговаривали мало. За исключением разве что Владимира Жириновского, который опять же, как и на открытии, комментировал политическую ситуацию, однако признался, что сумел посмотреть несколько фильмов.
— Видел много хороших фильмов. Наших. Например? «Обыкновенный фашизм»! (известный документальный фильм Михаила Ромма, показанный в рамках спецпоказов. — «Известия»). Что, Германика? Да, ерунда это всё! — безапелляционно заявил политик.
Едва ли не главной звездой красной дорожки стала вечно молодая Инна Чурикова, которая не часто появляется на подобных светских мероприятиях. На сцене художественный руководитель театра «Ленком» Марк Захаров вручил ей спецприз фестиваля «За покорение вершин актерского мастерства и верность принципам школы К.С. Станиславского» — эту награду в свое время получали Хелен Мирен, Эммануель Беар, Олег Янковский, Жерар Депардье, Жанна Моро, Мерил Стрип и другие выдающие артисты.
На закрывающий фестиваль фильм «Планета обезьян. Революция» отправились немногие — большая часть гостей осталась в фойе обсудить выбор жюри и не только.
Получать награду за Наталку Половинку, ставшей лучшей актрисой фестиваля (и тоже не присутствовавшую в зале), вышел председатель Союза кинематографистов Украины Сергей Трымбач, который во время благодарственной речи обратился к президенту РФ с просьбой отпустить из-под стражи Олега Сенцова, украинского режиссера, арестованного в Крыму по подозрению в подготовке терактов.
Просьбу коллеги неожиданно поддержал Никита Михалков.
— Надеюсь, что Трымбача услышали, и надеюсь, что меня услышат тоже. Я присоединяюсь к обращению председателя Союза кинематографистов Украины и прошу освободить Олега Сенцова. Я выражаю солидарность с украинскими деятелями культуры, которые из-за диктата политиков не смогли приехать в Москву. Мы не политики — мы художники, мы должны быть независимы. Надеюсь, в следующем году выразить свою солидарность лично.
На этой гуманистической ноте 36-ой Московский кинофестиваль закончил свою работу.