Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Лихачев заявил о продолжении атомного сотрудничества с Европой
Общество
Путин поручил правительству поддержать семьи с детьми в транспортной отрасли
Общество
ЦБ РФ сообщил о сокращении числа выявленных поддельных банкнот на 21%
Мир
Лантратова сообщила о подготовке крупного обмена пленными Россией и Украиной
Мир
ЕС ввел санкции против генерального директора Wildberries Татьяны Ким
Общество
На строительство самолетов Ил-114-300 направят еще 3 млрд рублей
Интернет и технологии
В МИД РФ предупредили об угрозах для молодежи в цифровой среде
Мир
Минтранс сообщил о переходе под флаг России более 130 судов с начала лета
Общество
Орешкин назвал санкции против Татьяны Ким признанием ее успеха
Мир
Мишустин отметил открытость России к экономическому сотрудничеству
Происшествия
ФСБ задержала в Крыму собиравшего данные о Черноморском флоте и ПВО агента СБУ
Армия
Глава ДНР сообщил о наступлении российских войск на дружковском направлении
Мир
Путин назвал недопустимым проявление неоколониализма и санкционного давления
Мир
Токаев назначил Марата Ирменова новым главой КНБ Казахстана
Общество
Минтранс России сообщил о штатном железнодорожном сообщении по Крымскому мосту
Мир
Восемь стран АТЭС поддержали кандидатуру России на председательство
Происшествия
Хуснуллин заявил о скором понимании сроков восстановления Крымского моста
Общество
Ущерб по делу экс-продюсера «Комбинации» превысил 4,8 млн рублей

Весна тревоги нашей

Писатель Игорь Мальцев — о больной памяти детей войны и о бомбежках нашего времени
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

«Как твоя спина? — пишет мне мама. — Еще не вылечил? Тебе надо срочно к врачу».

Она умудряется каждую фразу составить самым тревожным образом. И сколько я себя помню, она всегда так делает. Потом я узнал, что это какой-то бич их поколения — повышенная тревожность, которой они наградили своих детей.

То есть нас. Потом, через много лет, я понял, не без помощи специалистов, что ее тревожность — это следствие ленинградской блокады. Тогда же я понял, почему жертвы холокоста — это не только непосредственные жертвы, но также их дети и даже их внуки. Потому что этот ужас передается в семьях совершенно неосознанно.

Ее отец умер прямо в цеху завода, собиравшего танки. И маленькие дети семьи. И потом вся так называемая мирная жизнь — по дальневосточным гарнизонам — тоже нервы не лечит. И это я тоже понимаю.

И поэтому давно уже перестал взвиваться в ответ на классическое «Надо показаться врачу».

И тем более сегодня, потому что она мне пишет из Донецка. «Мы уже неделю не ходим на работу. В городе большая напряженка. Очень жаль разбомбленный прекрасный аэропорт и спортивный комплекс «Дружба». Всё время бои возле вокзала. Сегодня летали истребители, стреляли по СБУ. Дороги перекрыты. Пиши иногда».

У вас вообще укладывается в голове фраза «разбомбленный аэропорт Донецка» в 2014 год. Не в 41-м, не в 42-м и даже не в 43-м — когда никакого Донецка не было, а был город под названием Сталино во время немецкой оккупации.

У вас не смещается сознание, не бегут мурашки, не едет крыша, не возникает ощущения, что это не может происходить в реальности? Донецк и атака украинской авиации. Нет? Ничего странного не кажется? Заблокированные дороги вокруг Донецка? Блокада?

Кто сказал «блокада» человеку, который уже был в блокаде? В ленинградской блокаде? «Не беспокойся. Обычная война. На работу опять не ходили. Утром немного полетали истребители. Ходила по делам. А сейчас сильнейшая гроза. Не будут же они тут 900 дней, как тогда».

Чем могут напугать истребители, которые были еще буквально вчера советскими и только лет 20 как замазали красные звезды на крыльях, человека, который начал свою жизнь с того, что держался другой стороны улицы при фашистском артобстреле?

С того, что вокруг себя видел трупы на саночках? Выжженный и вымороженный город?

Интересно — что это за территория такая, на которой человек детство проводит на войне, всю жизнь перемещается по военным гарнизонам, а потом в старости опять сидит под бомбежками? Вы уверены, что это правильно?

«Сейчас Донецк практически окружен. Правильно было уехать, когда папа умер. А теперь будь что будет. Ты не волнуйся. Я ничего не боюсь. Мне как-то все равно».

И куда только делась тревожность. А куда бы она уехала? Здесь похоронен отец, офицер русского флота. Он родился в этом городе в семье, чей герб составляет герб крымского города Симеиз. Здесь родня работала на заводе валлийца Юза, отсюда родню угоняли в Германию.

СССР отправил их сюда на пенсию, потому что отец отсюда призывался на флот. Он здесь работал до самой смерти — учил детей радиоделу. С какой стати они должны были вообще представлять себе, когда им, не спросив желания, всучивали местные паспорта, что не пройдет и 20 лет, а их шахтерский город будут обстреливать украинские самолеты?

А по городу будут бродить бородатые люди с невесть откуда взявшимися «калашами»? Кто мог такое представить — покажите мне этого человека, у меня к нему будет небольшое дело.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир