Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Число пострадавших при атаке ВСУ на Ростовскую область возросло до пяти
Мир
Макрон назвал возможное членство Украины в НАТО ее законным правом
Мир
ЦАХАЛ ликвидировала высокопоставленного командира ХАМАС в Рафахе
Общество
Материнский капитал на второго ребенка превысит 1 млн рублей в 2027 году
Здоровье
В Роспотребнадзоре назвали самый надежный способ защиты от пневмонии
Армия
Операторы Южной группировки войск уничтожили пункт управления БПЛА ВСУ
Происшествия
При атаке БПЛА на Нижнекамск пострадали люди
Здоровье
Ученые создали карту мозга для изучения болезни Паркинсона и шизофрении
Общество
В деле об убийстве самбиста в Махачкале не выявлено давнего конфликта
Спорт
Мирра Андреева сыграет с украинкой Свитолиной в финале итогового турнира WTA
Спорт
«Вашингтон» проиграл «Нью-Джерси» в матче НХЛ
Мир
Немецкий политик назвал реальную причину участия ФРГ в переговорах по Украине
Мир
Россия начала формировать делегацию на саммит G20 в Майами
Общество
Российские спортсмены вернулись в Москву после юношеских Олимпийских игр
Мир
В Шотландии около 6 тыс. человек вышли на протест против дата-центров
Здоровье
Психологи назвали семь повседневных привычек для снижения тревожности
Общество
Мошенники начали использовать СМС-бомбинг для хищения денег у граждан
Мир
Политолог Хаммер назвал вторым принципом НАТО «держать немцев в узде»

Стояние на Угре

Журналист Максим Соколов — о том, почему написание истории пишущему обходится всегда дорого
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Если бы переписка последних дней между Кремлем и Белым домом велась в жанре дидактической поэмы, получилось бы что-нибудь в таком роде: «А еще островерхий колпак свой вдави // В знак покорности хану Ахмету, // А не то потоплю твою землю в крови, // По хребтам по боярским проеду» — «Государь прочитал и, спокоен и строг, // Повернулся к ахметовым (вар.: обаминым) людям, // Бросил наземь ярлык под сафьянный сапог // И сказал: Дань платить мы не будем».

И по смыслу, и по драматизму происходящее начинает напоминать 1480 год с топтанием ханского ярлыка и последующим стоянием двух войск — русского и ордынского — на р. Угре с испытанием, у кого первого сдадут нервы. Тогда сдали нервы у Ахмета, Орда ушла, а Иван III получил прозвание Великого.

Конечно, аналогия со стоянием на Угре окажется действенной — сейчас войска только выдвигаются на берега реки, — лишь в том случае, если по итогам стояния хан удалится туда, откуда пришел. И сейчас гарантию может дать только страховой полис.

Если, ритуально погрозив, Орда уйдет восвояси, В.В. Путин повторит достижения Ивана III. Если Орда покажет, что она еще очень сильна и всякий ослушник будет безжалостно наказан, В.В. Путин уподобится тверским князьям первой половины XIV века, пытавшимся предвосхитить успех Ивана, но делавших это с недостаточными средствами и без учета того, что Орда еще слишком сильна.

Какой век у нас действительно на дворе — начало XIV или конец XV — покажет ближайшее будущее. Ибо разговоры про небывалый XXI век, новое политическое мышление, благодетельную глобализацию и пр. тут следует спокойно оставить. Речь идет о выступлении против ослабевшего (или недостаточно ослабевшего) сюзерена и утверждения в новом, самодержавном статусе. А сюзерены слабеют — и будут слабеть — на всем протяжении истории.

Причем Ивану III в известном смысле было легче потоптать ярлык, поскольку он сам выбирал время для топтания, выбрав наиболее благоприятный момент и стравив союзников Ахмета: крымский хан Менгли-Гирей, вместо того чтобы рука об руку с польским королем Казимиром маршировать на Москву, предпочел под шумок пограбить владения Казимира, оставив Ахмета разбираться с Иваном, как знает.

У В.В. Путина особого выбора не было, руина на Украине настала без его участия, темпы и формы развития украинской смуты от него не зависели. Зависел от него только выбор — расслабиться и получить удовольствие, как то и подобает государству, находящемуся в вассальной зависимости, или попытаться отбить земли предков, несмотря на все великие риски такого решения. Потому что окончательно закрепление сил Запада в Крыму и под Харьковом означало бы окончательное же поражение России, и никакие сладкие речи про XXI век тут ни Россию, ни ее правителя не утешили бы.

Поэтому триумф В.В. Путина в Кремле при оглашении послания о воссоединении Крыма, а фактически, по общему смыслу, — о восстановлении самодержавной империи был, может быть, неслыханным, но отнюдь не безмятежным. Ликующее собрание, возможно, не вполне осознавало, что за такой заявкой последует, но сам новоявленный самодержец осознавал это хорошо — не первый год замужем.

Речи, выдержанные в духе блоковских «Скифов»: «В последний раз — опомнись, старый мир! // На братский пир труда и мира, // В последний раз — на светлый братский пир // Сзывает варварская лира!» обыкновенно произносятся без особой надежды на дружеский отклик, но скорее для очистки совести.

Началось стоянье на Угре, которое, Бог даст, решится в пользу России, но легким в любом случае оно не будет. Легким — до поры до времени — бывает только постисторическое бытие, оно же — историческая эвтаназия, а написание страниц истории всегда обходится пишущему довольно дорого.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир