Анастасия Рыбаченко: «Никакого прошения об амнистии не было»
В пятницу, 10 января, стало известно о том, что российские власти приняли решение амнистировать фигурантку «болотного дела» Анастасию Рыбаченко, которая скрывается от уголовного преследования в Эстонии. В интервью «Известиям» Рыбаченко рассказала, что она ожидала это событие и теперь собирается вернуться в Россию.
— Знали ли вы о грядущей амнистии или это решение стало для вас полной неожиданностью?
— Это было ожидаемо. Ранее мы подали ходатайство, мой адвокат (Владимир Самохин. — «Известия») передал его. От него же я, собственно, узнала, что вчера это решение в отношении меня было принято.
— Получили ли вы уже подтверждающие документы?
— Документы имеются у адвоката и моей мамы, мне их еще не переслали. Уже передан запрос в полицию, чтобы они вычеркнули меня из федерального и международного розыска, а также вернули все изъятые при обыске вещи.
— Существует мнение о том, что прошение об амнистии подразумевает признание своей вины. Что вы об этом думаете?
— Это как раз очень важно, что не было никакого прошения. Есть два документа, которые я написала собственноручно и заверила в российском посольстве. Это ходатайство и заявление. Я заявила, что хочу получить амнистию и ходатайство о снятии меня с розыска. Слова «прошу» там не было, я никого ни о чем не просила, разве что эстонского премьера. И я очень признательна тем людям, кто всё это время требовал свободы для «узников Болотной», и тем депутатам, кто поддержал эту поправку, согласно которой уголовное дело должно быть прекращено до решения суда. Ну а тем людям, которые сами нас подвесили в эту дурацкую ситуацию, начали это уголовное преследование, сами эту яму раскопали и теперь закопали, сложно быть благодарной. Тем более что многие ребята до сих пор находятся в тюрьме.
— Собираетесь ли возвращаться в Россию?
— На данный момент мы работаем над тем, чтобы проверить, действительно ли я более не нахожусь в розыске. Если это так, то я буду рада вернуться в Россию.
— В последнее время те, кто избежал уголовного преследования или вышел досрочно по амнистии, заявили о намерении заняться правозащитной деятельностью — это учитель Илья Фарбер, активистки Pussy Riot. Не собираетесь ли последовать их примеру?
— Я не считаю это правозащитной деятельностью, это солидарность с людьми, которые со мной проходят или проходили по одному делу. Я и здесь пыталась привлечь внимание европейских политиков и медиа к этой проблеме. И в целом успешно. И я продолжу этим заниматься.
— А делать это на базе какой-то вновь созданной или уже существующей правозащитной организации нет желания?
— Не могу сказать, что готова это делать.
— Нет ли опасений, что, когда вы вернетесь, со стороны силовиков будет еще одна попытка привлечь вас к уголовной ответственности?
— Такие риски всегда есть в нашей стране, но я буду очень счастлива вернуться в Россию и готова рискнуть, потому что мне очень сложно было бы смириться с мыслью, что я буду пожизненно находиться в другой стране.
Напомним, что Рыбаченко была заочно арестована и объявлена в международный розыск как обвиняемая по «болотному делу» (обвинялась по ст. 212.2 УК — «Участие в массовых беспорядках»), возбужденному после беспорядков на Болотной площади в мае 2012 года. Тогда согласованные с властями шествие по Якиманке и митинг вылились в беспорядки и столкновения с полицией. Пострадали десятки человек, более 400 демонстрантов были задержаны. Ранее были амнистированы еще пять фигурантов «болотного дела».
