Кристоф Марталер примерил KING SIZE
Фестиваль Нового европейского театра в этом году проходит уже в 15-й раз. Однако никаких юбилейных мероприятий не ожидается — лучшим подарком зрителям, как обычно, будут постановки, отражающие последние тенденции развития европейской сцены.
Девиз нынешнего смотра — «от спектакля к перформансу», и все его участники так или иначе работают на стыке жанров: драмы и музыки, танца и видео, оперы и современного арта.
В программе нынешнего NET два мультимедийных спектакля в исполнении Студии новой музыки, танцевальные перформансы итальянской компании ricci/forte и Паскаля Рамбера, один из которых, Memento mori, проходит в полной темноте, социальный проект Liquid Theatre «Старость» и технологичная инсталляция Филиппа Кена «Эффект Сержа».
Но, конечно, и драматические спектакли тоже будут. В очередной раз в Москве выступит эстонский театр NO99 со своей «Педагогической поэмой», иронически осмысляющей заветы Макаренко и Станиславского. Из Голландии приедут «Сцены из супружеской жизни» Иво ван Хове, поставленные, как вы правильно догадались, по сценарию Ингмара Бергмана. В рамках фестиваля состоится премьера «Гамлета» Давида Бобе в «Гоголь-центре».
NET всегда стремится знакомить публику с новыми режиссерами — именно он открыл для нас имена Алвиса Херманиса, Виктора Бодо, Яна Фабра. Но в честь юбилея не грех привезти и постановки мэтров — например, «Волшебную флейту» Питера Брука, очистившего моцартовскую оперу от штампов и условностей большого стиля. Или новый спектакль швейцарского режиссера Кристофа Марталера KING SIZE, который и открыл этот фестиваль на сцене Центра имени Мейерхольда.
«Он поет по утрам в клозете», — писал о герое своего романа «Зависть» Юрий Олеша. Персонажи Марталера тоже поют всегда и везде — в душе, в кровати, во время утреннего туалета. Но не от избытка здоровья и жизненных сил, как директор треста пищевой промышленности Андрей Бабичев, а оттого, что собственных слов у них нет. Вместо мыслей, чувств, эмоций — сплошная музыкальная жвачка, сборник разнообразных шлягеров всех времен и народов от романсов Шуберта до Майкла Джексона, от Баха до песен «Битлз».
Место действия — гостиничный номер в бирюзовых тонах, с кроватью, размер которой и дал название спектаклю. Мужчина и женщина, которые сначала выглядят обслуживающим персоналом, но потом превращаются в постояльцев, проводят на этой кровати большую часть времени. Они постоянно поют о любви, но даже не пытаются дотронуться друг до друга.
Градус некоторой абсурдности этому спектаклю-концерту добавляет старушка с ридикюлем, которая бродит по чужому номеру туда-сюда, изрекает философские сентенции и поедает макароны прямо из сумки с помощью рожка для обуви. Так что герои, выходящие из шкафов, или мини-бар, разместившийся под самым потолком, уже не особенно удивляют.
Марталер последовательно отказывается от приемов традиционного театра, от сюжета, характеров, конфликта, диалогов, и строит свои спектакли на столкновении актерской игры и музыкального ряда.
Музыкант по образованию, Марталер поставил хорошо темперированную шутку. Если его первый знаменитый спектакль назывался жестко — «Убей европейца», то 20 лет спустя режиссер сменил гнев на легкую иронию.
Он смотрит на своих героев как на разноцветных рыбок в аквариуме, чье назначение — украшение интерьера. Они лишь приложение к стильным нарядам и дорогой мебели, обезличенные обитатели пятизвездочных отелей, чья жизнь насколько красива, настолько и бессмысленна.
А заезженный музыкальный репертуарчик в данном случае должен свидетельствовать о клишированном сознании героев, об их погруженности в реальность, создаваемую масс-медиа. Но у нас далеко не все мелодии считывались зрителями, и вместо того чтобы хохотать, зал сидел с почтенным благоговением.
