Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
AP узнало о сокращении встреч лидеров НАТО из-за внутренних разногласий
Происшествия
Собянин сообщил об уничтожении еще 10 летевших на Москву беспилотников
Происшествия
В Волгограде возбудили дело после угроз пассажира захватить самолет
Происшествия
В Брянской области три человека пострадали при ударе дрона по автомобилю
Происшествия
Силы ПВО перехватили еще 19 дронов на пути к Москве
Мир
В Грузии высмеяли отказ Молдавии от российского газа
Мир
Президент Приднестровья прибыл в Кишинев на фоне угроз властей Молдавии
Армия
Силы ПВО за день сбили 230 беспилотников ВСУ над регионами России
Происшествия
Средства ПВО уничтожили еще 16 летевших на Москву дронов
Происшествия
Красноярская пятиклассница сломала позвоночник после кувырка в школе
Происшествия
Девушка спрыгнула с Благовещенского моста в Санкт-Петербурге
Происшествия
Четыре беспилотника сбиты на подлете к Москве
Общество
В Петербурге могут установить бюст любившего Россию черногорского правителя
Мир
Что произошло за неделю с 9 по 15 ноября. Главное
Общество
Открытое горение ликвидировано в автоцентре Омска
Мир
Турецкая партия обвинила Зеленского в посягательстве на суверенитет страны
Армия
В ДНР уничтожили расчет БПЛА батальона ГУР Украины
Мир
Советник Зеленского посетовал на невозможность заменить мосты в Киеве паромами

«Скороход» — не для тех, кто приходит в театр погреметь бриллиантами»

Худрук петербургской свободной площадки Таня Прияткина — о том, как приучить зрителя к современному искусству
0
«Скороход» — не для тех, кто приходит в театр погреметь бриллиантами»
Фото из личного архива Тани Прияткиной
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

«Скороход — Скоро год» — такими заголовками пестреют афиши вблизи Московских ворот, где расположена свободная площадка «Скороход», ставшая в Санкт-Петербурге приютом для различных проектов. Годовщина с момента основания уникальной платформы современного искусства отмечена театральным марафоном, открывшимся спектаклем «Пена дней» по Виану. С Таней Прияткиной — режиссером, а также художественным руководителем «Скорохода» — встретился корреспондент «Известий» Евгений Авраменко.

— Как возникла идея создания «Скорохода»?

— Нас трое во главе «Скорохода»: я, директор по развитию Саша Вайнштейн и финансовый директор Саша Кондратенко. Мы поняли, что в Петербурге давно созрела необходимость в свободной площадке, куда люди могут приходить с  готовыми художественными проектами. В Европе такого рода платформы существуют почти в каждом населенном пункте — от мегаполиса до городка и даже деревни. В России сложнее, а в Петербурге такой площадки вообще не было. Да, существует лаборатория «ON.ТЕАТР», но у нее другой формат. Там играют спектакли молодых режиссеров, родившиеся в недрах лаборатории. Мы же не ставим подобных ограничений. Как и не ограничиваемся каким-то узким направлением, как вербатим или физический театр.

— В названии «Скороход» — мощный действенный заряд. Куда же вы движетесь этими семимильными шагами?

— Пожалуй, главная наша цель — популяризация современного искусства и, в частности, театра. Того театра, который имеет отношение к современным исканиям, а не к интересам наших прабабушек. Смотря в каком-нибудь репертуарном театре спектакль, который мог бы появиться и 30, и 40 лет назад, я не могу не возмутиться. Почему я должна смотреть то, что не имеет отношения ни ко мне, ни к вопросам, важным сегодня?

— Как готовый проект может оказаться под вашей крышей? 

— Необходимы заявка и полная видеозапись. Я смотрю и понимаю, наш ли это формат. Если да, то мы даем коллективу репетиционные дни и помогаем ему собрать зрителей. В этом одно из наших отличий. Здесь артисты не предоставлены сами себе. Мы помогаем с пиаром и рекламой, печатаем афиши и прочую рекламную продукцию. Если проект проходит успешно, собирая залы, мы начинаем сотрудничать на постоянной основе: так с «Этюд-театром», с «Крепостным балетом».

— Кто же заполняет залы? 

— Я не могу как маркетолог ткнуть пальцем и сказать: вот это наш зритель, а это нет. Можно предположить, что это человек от 20 до 40 лет с образованием, интересующийся театром, танцем, выставками. Но ведь и молодой человек с высшим образованием может приходить в театр, что называется, бриллиантами погреметь. «Зачем я должен сидеть на жестких стульях? — скажет он. — Где мое бархатное кресло?».

Лично я загорелась идеей «Скорохода», держа перед глазами друзей из университета, которым неинтересен театр, потому что он якобы отстал от современности. Иногда так действительно кажется: развиваются музеи, меняется искусство дизайна, перформативное искусство, а вот во многих театрах как будто не меняется ничего. Хотелось доказать, что это не так. 

— Даже если вам трудно охарактеризовать своего зрителя, вы ведь наверняка интуитивно ощущаете его, отбирая проекты? 

— Конечно. И это объясняет, почему мы не можем отдавать предпочтение тотальному авангарду. Мы ведь живем, в общем, за счет продаж билетов. В зале  «Скорохода» около 200 мест. И отбирая тот или иной спектакль, мы должны понимать, что найдутся 200 зрителей, которым это может быть интересно. 

— Неужели вы существуете без какой-либо господдержки?

— В общем, да. Правда, на постановку моего спектакля комитет по культуре Санкт-Петербурга выделил средства. Это первый случай за год существования «Скорохода». Помимо денег от продаж мы выживаем за счет бартерной взаимопомощи. Скажем, крупная авиакомпания может оплатить пару авиабилетов, чтобы к нам приехал какой-то французский артист. Некоторые консульства очень охотно идут навстречу. Мы планируем привезти в Петербург коллектив из Южной Кореи, а вы догадываетесь, сколько это стоит. Со всей этой исполинской работой (каждый месяц в «Скороход» приезжал какой-нибудь заграничный коллектив) справляется наш международный отдел. Также каждый из руководителей «Скорохода» взял на себя кредиты.

— И как? Судя по продажам, есть надежда, что вы эти кредиты когда-нибудь выплатите?

— Конечно (смеется). Надежда всегда должна быть.

— Что сложнее всего продвигать?

— Современную академическую музыку. Как оказалось, это еще более странное явление, чем современный театр. В прошедшем году у нас выступали музыканты, и иногда на сцене людей было больше, чем в зале. Собирал зал только МАСМ — Московский ансамбль современной музыки. В остальных случаях в зале иногда сидели 3–4 слушателя. Это невыносимо и для музыкантов, и для нас как организаторов.

— Как же изменить эту ситуацию?

— Отчасти для этого мы и ввели лекционную программу. Специалисты различных областей читают лекции, учат понимать современное искусство, разбираться в его тенденциях. Также проводятся творческие встречи и мастер-классы. Мы стремимся не то чтобы воспитать зрителя, но расширить его представление о театре. 

Вообще «Скороход» представляет довольно широкий спектр театра. Для начала необходимо снять барьер между публикой и сценой. Зрителю, который недавно начал интересоваться театром, начинать, наверное, лучше со спектаклей «Этюд-театра». В основе их работы —  психологический метод, а значит, это более доступный сценический язык. Потом зритель может придти на что-то радикальное: например, на спектакль «Синяя Борода. Надежда женщин». Авторы проекта — Павел Семченко из  русского инженерного театра АХЕ, Максим Диденко и Алиса Олейник из «Русской школы физического театра».

— Что вы считаете главным достижением «Скорохода» за этот год?

— Главное — что мы выжили. Представьте, как это сложно сделать в первый год. Тем более летом, когда в театр не ходят, а под твоей ответственностью люди, получающие зарплату.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир