Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Армия
Силы ПВО сбили за ночь более 1,3 тыс. беспилотников над регионами России
Мир
США сократили помощь Грузии в 27 раз после возвращения Трампа в Белый дом
Происшествия
На Камчатке за несколько часов произошло три землетрясения
Мир
Войска Йемена отошли от Баб-эль-Мандебского пролива для защиты Адена
Мир
В Европарламенте заявили о признаках несостоявшегося государства на Украине
Общество
Защита сестер Хачатурян потребовала прекратить уголовное преследование
Мир
UnHerd оценил последствия отказа ЕС от договоренностей с Россией
Мир
В Венгрии заявили об отсутствии информации о владельце найденных миллионов долларов
Общество
В 2027 году в России вырастут доплаты к пенсиям и детские пособия
Общество
В ОП предложили ввести устный экзамен по обществознанию для девятиклассников
Спорт
Трусова завоевала серебро на этапе Гран-при по фигурному катанию в США
Мир
Хуситы заявили об атаке на нефтепровод в районе Эр-Рияда
Здоровье
Ученые связали нерегулярный сон с ухудшением психического здоровья
Экономика
Китай заменяет людей роботами на фоне угрозы сырьевого суперцикла. Что может пойти не так
Происшествия
Жителя Камчатки приговорили к 14 годам колонии за госизмену
Здоровье
Ученые связали повышенную чувствительность к холоду с изменениями жировой ткани
Общество
Россиянам рассказали о количестве рабочих и выходных дней в декабре
Мир
Юрист оценил перспективы допуска молодежной сборной России на ЧМ по хоккею

Феминизм для террористок

Журналист Арина Холина — о том, откуда берутся «белые вдовы»
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Вчера в международный розыск объявили 29-летнюю англичанку Саманту Луизу Льютуайт — как ее сейчас называют, Белую Вдову. Женщину подозревают в соорганизации кенийского теракта, в котором погибли 72 и были ранены 200 человек.

Саманта — вдова Гермейна Линдси (так же известного, как Абдулла Шахиид Джамал), террориста, который взорвал себя и убил 26 человек в лондонском метро 7 июля 2005-го. Теракт 7/7. Всего тогда погибло 56 человек, 700 были ранены. Потом вдова Линдси переехала на север Англии, а полтора года назад исчезла с радаров.

На сегодняшний день утверждать можно только то, что Интерпол объявил Белую Вдову в розыск. Заложники и некоторые солдаты говорят, что видели похожую белую женщину в чадре. Власти Кении отрицают, что в расследовании замешана Льютуайт.

Разумеется, это версия всколыхнула прессу. Белая Вдова. Простая британская девушка, принявшая ислам и ставшая террористкой. Костры пылают. The Daily Mail пишет, что дети Саманты (мальчик от Линдси и девочки от «неизвестного отца») обучались джихаду. А The Telegraph еще в 2012 году ссылалась на сайт мусульманского молодежного центра (радикального проджихадского движения в Кении), где писали, что Белая Сестра Саманта сейчас в Сомали, где создала свой женский моджахедский террористический отряд.

Все это, конечно, звучит очень лихо.

И какими бы толерантными не были европейцы и американцы, но они не без труда скрывают страх перед мусульманами. И не особенно поощряют смешанные браки — особенно в тех случаях, когда жена принимает религию мужа.

Хотя Саманта перешла в ислам еще до встречи с Линдси. Ей было 17 лет. Родители развелись — и она, по словам друзей, приняла это с большим трудом.

И это типично.

В 2008-м американский журнал «Мэри Клэр» опубликовал эксклюзивное интервью с 24-летней бельгийкой Морин, чей муж сидел за соучастие в терактах в Мадриде. Морин, как и Саманта, была оправдана. Она уверяла, что понятия не имела, чем занимается ее муж.

Родители Морин тоже развелись, и она чувствовала, что ей не во что больше верить. В ночном клубе встретила выходца из Марокко, Рашида. Он был обычным парнем. Никогда не ходил в мечеть. А потом Морин заинтересовалась исламом, стала читать книги, приняла новую веру. И увлекла этим мужа. По ее словам. Так он оказался в группе, которая исповедовала радикальную и фундаменталистскую версию ислама. Морин по своей воле стала носить хиджаб. Потом ей захотелось надеть бурку. Муж был против. Но она попробовала и столкнулась с неприязнью, которую эта одежда вызывала у местных. В ее городе мэр вскоре даже установил штраф в €200 за ношение этой традиционной одежды.

А муж со временем стал настаивать на том, чтобы другие мужчины не видели Морин вовсе — даже в бурке. Она оказалась почти под домашним арестом. Дальше Рашид стал ездить в Сирию «помогать друзьям». И однажды в дом Морин ворвалась полиция. Точно так же, как и Саманта, — она тоже отрицала, что ее муж террорист, пока ей не сказали, что тело смертника опознали по ДНК.

Есть и еще совпадения в жизни этих девушек. Еще во время следствия Морин встретила другого выходца из Марокко, светского мусульманина, в которого влюбилась. Сейчас они живут вместе, завели детей.

А Саманта еще в Британии стала встречаться с Сабибом Салехом Гани, которого власти Кении в 2012 году обвиняли в изготовлении химических бомб для терактов в дорогих отелях (на суд он не явился). Саманта же в бегах с декабря 2011-го, когда против Сабиба только выдвинули обвинение.

Газета The Telegraph уже сегодня пишет, что источники в полиции Момбаса подтверждают, что Саманта скрывалась в южном Сомали и ее защищала радикальная исламистская группировка «Аш-Шабаб».

Все эти факты, к сожалению, создают чрезмерный ажиотаж и гонят новую волну этнической нетерпимости. Такой отличный повод — белая девушка приняла ислам, вышла замуж за смертника, скрывается в Сомали у исламистов и, возможно, лично убивала людей в торговом центре Найроби.

Но Луиза Ричардсон, исполнительный декан Института перспективных исследований Рэдклиффа Гарвардского университета в своей лекции «Женщины и война» напоминает, что терроризм — совсем не прерогатива исламистов. Одной из самых жестоких террористок (и среди мужчин, и среди женщин) за всю историю была Фусуко Шигенобу, лидер японской Красной армии. В 1970-е годы в Италии очень много женщин-террористок было и в левом крыле марксистско-ленинистских группировок.

Однако внимание западного мира привлекли, конечно, палестинские террористки- смертницы. В радикальных исламских группировках женщин почти нет — их используют только как живое оружие. Это объясняется взглядом на женщин, как на собственность, что мешает сделать ее солдатом (равным мужчине). Ко всему прочему нет такого понятия, как женщина-мученица, а это значит, что в загробной жизни смертница не получит награду в виде 72 девственниц. Не говоря уже о том, что семья террориста-смертника получает пожизненное пособие (от соответствующих групп) в два раза больше, чем семья смертницы.

Конечно, в наши дни самое горячее место — это Ближний Восток, и террор ожидается именно оттуда. Ричардсон уверяет, что анонимность интернета позволит многим женщинам найти там группы вроде «Аль-Каиды», где до последнего времени не было женщин, — и вступить в них. Женский терроризм становится все более популярным — это такой странный изгиб феминизма, его трактовка через ислам и джихад. Это чуть ли не единственная возможность внутри фундаментального устройства почувствовать себя равной мужчине. 

Но в этом есть, безусловно, нечто еще более чудовищное. Чтобы доказать, что она не хуже, женщина должна умереть. 

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир