Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Число пострадавших при атаке ВСУ на Ростовскую область возросло до пяти
Общество
На Крымском мосту устранили очереди из сотен автомобилей
Мир
ЦАХАЛ ликвидировала высокопоставленного командира ХАМАС в Рафахе
Мир
Умер бас-вокалист The Oak Ridge Boys Ричард Стербан
Здоровье
В Роспотребнадзоре назвали самый надежный способ защиты от пневмонии
Мир
Байден в своих мемуарах назвал Зеленского капризным и упрямым
Происшествия
При атаке БПЛА на Нижнекамск пострадали люди
Мир
Певец Александр Буйнов попал в антироссийскую базу данных ГУР Украины
Общество
В деле об убийстве самбиста в Махачкале не выявлено давнего конфликта
Общество
Мошенники начали красть паспортные данные россиян под видом коммунальщиков
Спорт
«Вашингтон» проиграл «Нью-Джерси» в матче НХЛ
Мир
Аналитик заявил о приближении Франции к гражданской войне
Мир
Россия начала формировать делегацию на саммит G20 в Майами
Происшествия
Тело мужчины с перерезанным горлом нашли в подмосковных Люберцах
Мир
В Шотландии около 6 тыс. человек вышли на протест против дата-центров
Армия
Московские призывники получили право проходить службу в войсках БпС
Общество
Мошенники начали использовать СМС-бомбинг для хищения денег у граждан
Армия
Силы ПВО за сутки сбили 1065 украинских дронов в зоне СВО

Дети или дьяволы?

Писатель Виктор Топоров — о том, кто должен решать межцивилизационные конфликты
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Бремя белого человека, воспетое и заранее оплаканное «империалистом» Редьярдом Киплингом — информационным поводом к чему послужил захват Соединенными Штатами Америки островных Филиппин,  —  обернулось в последние 50–60 лет бумерангом.

Пришедшие на окраины постоянно расширяющихся империй (как океанических, так и континентальных) — с благородной вроде бы целью «править тупой толпою то дьяволов, то детей» — и по-разному преуспевшие в этой трудном деле «белые люди» мало-помалу устали и, взяв на вооружение доктрину неоколониализма, не предусматривающую обязательного внешнего управления покоренными или, как минимум, замиренными племенами и территориями, мало-помалу вернулись восвояси — когда с шумом, как из Индокитая, Алжира или Конго, когда в отсутствие такового, как с тех же Филиппин.

Но тут-то как раз и выяснилось: ты уходишь от «толпы то дьяволов, то детей», а она тянется за тобой следом. Ты перестаешь править ею «по месту пребывания», а она меняет место пребывания, она переселяется к тебе домой — на задворки больших городов, в чайна-тауны, в бидонвили, в национальные или племенные гетто.

Она не признает, а часто просто не понимает твоих законов (и живет по собственным правилам и обычаям), она не разумеет твоего языка и, естественно, не владеет изощренными знаниями и искусными ремеслами; перспективы у нее — в первом-втором поколении — незавидны: либо унизительный «черный» труд, либо откровенно преступный промысел, либо незаконная торговля как симбиоз первого со вторым. Она не дорожит отдельной человеческой жизнью — ни собственной, ни, подавно, чужой, — она держится племенем, кланом, общиной. И в этом ее колоссальное конкурентное преимущество.

Одни, настроенные благодушно, воспринимают вернувшихся бумерангом диких мигрантов из бывших колоний как «детей», которым рано или поздно суждено повзрослеть (тогда как нынешним «взрослым» надо всего-навсего набраться терпения). Другие (пусть и пассивно) — как «дьяволов», которых лучше всего было бы изгнать, а то и истребить. Третьи, оседлав национального, а в отдельных случаях и чисто этнического конька, провоцируют «местных» на превентивную агрессию по отношению к «неместным», загодя объявляя эту агрессию уже запоздалой.

Государство же — «единственный европеец», по памятному пушкинскому слову; «единственный европеец» не только у нас, но и в Западной Европе, но и в США — провозглашает закон и порядок одинаковыми для всех и неукоснительно поддерживает его, как с неизбежностью считаясь со всеми издержками и жертвами в ходе этого, по сути дела, межцивилизационного внутреннего конфликта, хотя постоянно стараясь и те и другие минимизировать. Оно — буржуазно-демократическое государство — становится в этом аспекте (как и еще в одном — в аспекте борьбы с международным терроризмом) государством полицейским и постепенно, но неукоснительно перебирает и пропалывает «детскую» пшеницу, вычищая из нее «дьявольские» плевелы. Хотя процесс это длительный, болезненный, в разных странах (и в разные десятилетия) по-разному эффективный.

Цивилизационное «бремя белого человека» несла и царская Россия, а потом нес СССР (не в расовом смысле, разумеется). Россия (а потом СССР) приходила на окраины, живущие на основе общинно-племенных отношений, и добивалась законопослушания — хотя бы чисто формального, хотя бы чисто поверхностного. Вернее, в разное время и в разных местах — по-разному формального и по-разному поверхностного. Хотя и кровная месть, и многоженство, и публичные телесные наказания, и рабский труд никогда не исчезали полностью — они были загнаны в подполье. А с распадом СССР (точнее, за несколько лет до распада СССР) мы со своих цивилизационных окраин начали уходить — и они (точь-в-точь как на Западе, да, кстати, и по тем же причинам) потянулись за нами следом.

Дети или дьяволы? Киплинг выразился точнее: то дети, то дьяволы или, если угодно, то дьяволы, то дети... Важно, на мой взгляд, осознать три вещи.

1. Это ни в коем случае не межнациональный конфликт — нет такой нации «кавказцы» (или «среднеазиаты»), как нет и такой нации «москвичи», — а межцивилизационный.

2. Ликвидация такого конфликта — это задача, подлежащая разрешению силами не  общества (которое в попытке решить ее силовым путем само неизбежно скатилось бы по цивилизационной лестнице на несколько ступеней вниз), а государства и сильной государственной полиции, то есть сильного полицейского государства — и если его у нас еще нет (а его нет), то его необходимо создать.

3. Процесс этот в любом случае будет чрезвычайно длительным и болезненным. «Дети» еще не раз покажут себя «дьяволами», но нельзя допустить, чтобы в «дьяволов» превратились мы сами.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир