ООН сравнила сирийский кризис с геноцидом в Руанде
Гуманитарную катастрофу, к которой привел сирийский конфликт, ООН сравнила с геноцидом в Руанде 1994 года. Ежемесячно здесь погибает более 5 тыс. человек. 6 тыс. сирийцев ежедневно бегут из страны, и за два года гражданской войны их число уже перевалило за 1,8 млн. На этом фоне вновь обрела актуальность тема реформирования Совета безопасности ООН (СБ), где обсуждение сирийского вопроса зашло в тупик.
Во время выступления в Москве по случаю выхода своей книги A life in War and Peace бывший генсек ООН Кофи Аннан, который впоследствии являлся спецпосланником ООН и ЛАГ по Сирии, обвинил СБ в неэффективности. Он назвал нынешний его состав устаревшим и выступил за его расширение и присоединение к нему новых постоянных членов — развивающихся стран.
— ООН не удается реально участвовать в разрешении сирийского кризиса, потому что работа Совбеза постоянно блокируется очень сильным политическим противостоянием России и Китая, с одной стороны, и Запада — с другой, — говорит профессор по международному праву из бельгийского Католического университета Лувена Пьер Д’Аржан. — К тому же состав постоянных членов СБ, которые получили свой высокий статус еще в 1945-м, не совсем соответствует реалиям современного мира.
Однако, хотя вопрос расширения СБ поднимается с 1990-х годов, до сих пор ни один проект реформы не нашел необходимой поддержки в две трети голосов Генассамблеи ООН. Профессор Д’Аржан уверен, что даже если большинству государств все-таки удастся договориться, «большая пятерка» постоянных членов СБ обречет любой проект реформы на провал. По его мнению, все упирается в их нежелание «делиться». В особенности — правом вето.
— Прямого интереса в появлении новых членов с правом наложить вето у них нет — это бы сильно разбавило их власть, — говорит Д’Аржан. — И на фоне декларируемого равенства суверенных государств нынешних постоянных членов СБ вполне устраивает их в действительности более высокий статус.
В соответствии с Уставом ООН для прохождения реформы необходима еще и ратификация документа двумя третями государств. И шансы, что хоть один из постоянных членов на это не пойдет ради сохранения собственного влияния, довольно высоки. По мнению эксперта, провести давно назревшую реформу и поправить ситуацию с блокировкой решений, в том числе и по сирийскому вопросу, в ближайшие 10–15 лет не удастся.
Однако с подобными заявлениями не согласен постоянный представитель России при ООН Виталий Чуркин. Он не усматривает связи между сирийским кризисом и проблемой реформы СБ. При этом он полагает, что расширение его состава, наоборот, осложнит работу этого органа.
— Совбез в своем нынешнем виде способен исполнять свои уставные прерогативы в полном объеме, — сказал Виталий Чуркин «Известиям». — Сегодня в условиях кризисных ситуаций очень востребована оперативность решений. И очевидно: чем меньше участников обсуждения, тем легче их принимать.
Как отметил Чуркин, сейчас даже на обсуждение не слишком трудного вопроса уходит как минимум 1,5–2 часа. При этом в дискуссиях участвуют только 15 членов. При росте числа постоянных членов СБ неизбежно увеличится и необходимое для дискуссии время. Поэтому Россия выступает за то, чтобы этот орган оставался компактным.
Кроме того, по словам постпреда, реформу надо проводить так, чтобы она в конечном итоге не расколола организацию. Ведь даже если бы удалось собрать нужные для ее прохождения 129 голосов, целая треть государств оказалась бы отчужденной, отметил Чуркин.
— Россия готова поддержать реформу, но только если ее проект заручится поддержкой подавляющего большинства стран — членов ООН, — заявил он. — Что касается нынешнего Совбеза, то он правильно отражает политический баланс сил, существующий в мире. А географическая представленность в нем обеспечивается присутствием непостоянных членов.
Так, в СБ три места непостоянных членов закреплены за Африкой (сейчас это Руанда, Того, Марокко) и два — за Латинской Америкой (Аргентина, Гватемала). Они избираются сроком на два года.
При этом выбор постоянного члена от этих регионов вызвал бы большие трудности. Например, свои проблемы есть у африканцев. Они претендуют на два постоянных места, но не называют конкретные «имена». Здесь есть объективные трудности. Сильные претенденты — ЮАР, Нигерия. Но подобные амбиции и у Египета — государства одновременно арабского и африканского, отмечает Чуркин.
— Однако эта страна переживает такие глубокие изменения, что непонятно, как сложится ее внешняя политика в дальнейшем, — говорит он. — В условиях, когда мир находится в процессе очень крутых перемен, совсем непросто определиться в отношении новых постоянных членов.
Да и в других регионах всё не так просто. Целый ряд влиятельных государств (Италия, Пакистан, Мексика, Канада) вообще выступает против создания новых мест постоянных членов.