Турки собрались в Европу через Таксим
Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил 12 июня, что судьба парка Гези в Стамбуле, ставшего символом турецкого протестного движения, может быть предметом референдума. Такое решение было представлено после его встречи с представителями оппозиции.
— Я обращаюсь к моим молодым братьям, которые спят, едят и пьют, расположившись в палатках в парке Гези. Теперь, когда появилась возможность провести референдум, власти рассчитывают, что вы добровольно покинете парк, — заявил вице-председатель правящей Партии справедливости и развития (ПСР) Хусейн Челик.
«Молодые братья», обосновавшиеся в Гези, тут же ответили, что никуда не уйдут и никакие дискуссии не дадут результата, пока полиция нарушает права человека, обстреливая собравшихся на Таксиме слезоточивым газом, пытаясь вытеснить их оттуда.
Официально причиной возникновения протестного движения в Турции считается недовольство намерениями властей срубить деревья в парке Гези — небольшом сквере в центре города. На его месте предполагается возвести копию здания казарм XIX века, в которой разместится торговый комплекс, и мечеть.
Но происшествие районного масштаба не может объяснить, почему протесты перекинулись на другие крупные города Турции, включая Анкару, Измир, Анталью, Самсун. Причина, конечно, не в парке, но она не менее банальна — общее недовольство властью. Всё сводится к этому, какими бы ни были частности: ужесточение дресс-кода, новые правила продажи алкоголя или что-то другое. Просто, хотя правящая с 2003 года Партия справедливости и развития во главе с Эрдоганом считается умеренно исламистской, в последние годы стиль правления премьера стал заметно жестче.
— Турецкое общество недовольно авторитарностью премьер-министра, — пояснил эксперт Института Ближнего Востока Сергей Серегичев. — Отходя от светской модели государства, созданной Ататюрком, он переходит к исламизму. Это и разрешения на ношение хиджабов в учебных заведениях, и возрастание роли Управления по делам религии, чье влияние сегодня сравнимо с авторитетом армии в прежние времена.
Кроме того, по словам Серегичева, большинство противников Эрдогана хотят в Европу, стремятся жить по европейским меркам. Но правящая партия не придает значения таким вздорным пожеланиям, ведь все высшие посты занимают члены ПСР и мнение оппозиционеров можно не учитывать. Присоединиться к ЕС Эрдоган и его сторонники не против, но вот западные ценности насаждать нечего.
В первые дни протестов, как это часто случается, была популярной и конспирологическая версия происходящего — главным обвиняемым наряду с социальными сетями стали США. По мнению некоторых турецких политиков, Вашингтон, поддерживая беспорядки в Турции, якобы пытается наказать Анкару за то, что та недостаточно жестка с соседней Сирией. Эксперты, однако, считают это маловероятным.
— Это попытка реанимировать «американскую теорию», — считает эксперт-востоковед Института стратегических оценок и анализа Сергей Демиденко. — Мир изменился, и сейчас вполне можно объяснить происходящее без «руки Вашингтона». В самой Турции есть множество недовольных Эрдоганом.
Вне зависимости от первопричин беспорядков Эрдоган в сложившейся ситуации в очередной раз показал себя жестким политиком. По информации Турецкой медицинской ассоциации, минимум четыре человека из числа оппозиционеров погибли в столкновениях, и более 4 тыс. вынуждены были обратиться за помощью в больницы. А по словам министра внутренних дел Муаммера Гюлера, пострадало более 600 полицейских, 40 из них до сих пор находятся на лечении.
Пока Таксим освобожден от баррикад, а рабочие счищают со стен граффити и лозунги «Тайип, в отставку». Надписей много, благо баллончики с краской все последние дни продавались прямо на площади за 5 лир (примерно $3) штука.
Вопрос в том, что будет дальше. Требования протестующих остаются невыполненными, никто им не пообещал, что не будут вырубать парк Гези, что прекратят сооружения самого большого в Европе аэропорта и сооружение третьего моста через Босфор, что дадут больше свобод. А ведь именно они перечислены в 11 пунктах на листочках, развешанных по всему району. На бумажках написано «Почему я здесь», а дальше идет список причин, причем первой — «Я не хочу, чтобы мне указывали, как одеваться, что пить и сколько детей иметь».
Может ли смягчить свою позицию Эрдоган, которого на Таксиме называют «надутым и угрожающим»? Вроде бы власть намекает, что готова к неким компромиссам.
— Эрдоган перехватил инициативу у протестующих, — говорит член научного совета московского Центра Карнеги Алексей Малашенко. — Предложив референдум, он расколол оппозицию. Часть согласится на это, а остальных он будет медленно додавливать, используя полицию и другие способы.
Премьер не может продемонстрировать слабость. Только-только сдвинулся с мертвой точки мирный процесс с курдами, в стране намечены масштабные реформы, в частности — переход к президентской республике (сейчас она — парламентско-президентская). Для этого необходим пересмотр конституции, но ПСР необходимо сначала получить 2/3 голосов в парламенте, а сейчас не хватает примерно 40. Дел много, так что лишние волнения ни к чему.