Тамара Рохо: «Сергей Полунин очень эмоционален, но он не врет»
На исторической сцене Большого театра пройдут церемония награждения лауреатов 21-й балетной премии «Бенуа де ла Данс» (21 мая) и концерт лауреатов (22 мая). Среди членов жюри — прима-балерина, арт-директор Английского национального балета Тамара Рохо. С артисткой встретилась корреспондент «Известий».
— Что для вас как судьи является главным критерием?
— Важно, чтобы артист был универсальным и умел делать всё. Чтобы одинаково качественно танцевал классику, современных хореографов и при этом не забывал про драматическую игру.
— Почти год вы возглавляете труппу Английского национального балета. Как вы на это решились?
— У меня перед глазами были примеры бывших танцовщиков, которые затем стали прекрасными директорами. Например, Михаил Барышников. В Англии процесс назначения арт-директора — демократическая процедура. Когда эта должность освободилась, руководство объявило конкурс, в котором любой мог принять участие. Я предложила свою кандидатуру, и меня поддержали. Теперь я решаю, каких хореографов приглашать, в каком направлении должны развиваться наши танцовщики и кого нужно как-то раскрутить.
— А также вы боретесь с анорексией среди танцовщиц.
— Да. К сожалению, бороться с этой болезнью приходится не только в Английском национальном балете. Эта тема актуальна во всем мире. И это огромная работа. Анорексия — очень коварная болезнь. Самое главное, что я пытаюсь донести, — если артист приходит работать ко мне, ему не нужно страдать анорексией, чтобы быть успешным. Мне нужны не только прекрасные артисты, но в первую очередь здоровые, счастливые люди.
— Удалось ли вам достичь каких-либо результатов?
— Пока трудно сказать. Самое сложное в этой работе — объяснить, что они не должны делать. Важно, чтобы танцовщицы не находились в состоянии прессинга и понимали, что активно худеть нельзя и не нужно. Прежде всего артистам нужна поддержка, когда у них есть какие-либо проблемы. Тогда это работает.
— К слову о прессинге. Вы также танцуете в Королевском балете Великобритании. Когда его покидал Сергей Полунин, он жестко критиковал психологический климат в труппе.
— Сергей еще очень молод и темпераментен и воспринимает всё очень эмоционально, но он не врет. Думаю, каждый может понять что-то для себя, заглянув в историю.
— А что вы думаете о Наталье Осиповой, пришедшей туда в качестве примы-балерины?
— Я желаю ей удачи и надеюсь, что ей там будет комфортно. Иногда это очень сложно — сказать нет собственной мечте. Мы все мечтаем и на что-то надеемся, и когда кто-то предлагает тебе твою мечту, отказаться от нее очень сложно. Подчас только спустя время ты вдруг осознаешь, что реальность — не совсем то, о чем мечталось.
— У Английского национального балета есть преимущества перед Королевским балетом?
— Самое важное, что мы — гастролирующая компания. Мы даем гастроли как внутри страны, так и за ее пределами.
— А что происходит с теми, кто заканчивает карьеру? Существует ли у вас программа поддержки артистов?
— Заботиться о том моменте, когда танцовщик перестанет выступать, очень важно. Мы даем людям возможность работать, но при этом обязательно предлагаем альтернативу. Когда танцовщик заканчивает карьеру, он еще очень молод, впереди целая жизнь. Нужно иметь навыки, подготовку и перспективу дальнейшей деятельности. В Англии существует специальный фонд, куда профессиональные балетные компании перечисляют деньги. Танцовщик должен сперва проработать шесть лет. Далее, если он хочет закончить карьеру, фонд выделяет ему средства на обучение в университете или помогает найти работу учителем балета, физиотерапевтом и др.
— На гала-концерте «Бенуа...» вы снова выступите с Сергеем Полуниным в балете «Маргарита и Арман». Есть ли дальнейшие совместные планы?
— Сергей — потрясающий артист, танцовщик, партнер. Так что я планирую пригласить его в Лондон в следующем сезоне. Быть может, Игорь Зеленский (худрук балетной труппы Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко. — «Известия») пригласит меня выступить с ним здесь? Пока не знаю.
— Бытует мнение, что русские танцовщики — лучшие в мире. Вы согласны?
— В первую очередь в России очень богатая балетная школа с многолетней традицией. На Западе часто говорят про Большой и Мариинский театры как об образцах высокого искусства. А когда узнали про происшествие с Сергеем Филиным, все были потрясены. То, что с ним произошло, — ужасно. И ужасно, что это произошло с Большим театром. Вдруг фильм «Черный лебедь» стал реальностью. Но я была одной из тех, кто до конца не верил, что это правда. Несмотря на это, в России танцовщиков уважают. У вас быть артистом — почетно. В других странах гораздо почетнее быть футболистом, политиком или бизнесменом. Именно поэтому русские артисты счастливы больше других.
— То есть в других странах артисты несчастны?
— По-разному. В Испании вообще нет балетных компаний, так что танцовщики несчастны. Правительство не понимает, насколько культура важна для общества. Они думают, что балет — это искусство для избранных, для тех нескольких людей, кто может за него заплатить. Правительство Испании не хочет понимать, что культура — это то, что определяет человеческое существование. То, что отличает существование человека от жизни животных: наша способность создавать что-либо, воображать, общаться друг с другом и любить друг друга.