Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Товарооборот России и Вьетнама вырос более чем на 12% за восемь месяцев
Мир
Путин проинформировал Си Цзиньпина о ситуации в зоне СВО
Общество
Глава Минтруда сообщил о повышении соцвыплат в 2027 году по уровню инфляции
Мир
Лукашенко призвал Белоруссию и Латвию преодолеть политические разногласия
Общество
ГД приняла закон об увеличении лимита страхования по долгосрочным вкладам
Общество
Правительство распространит выплаты земским врачам на три приграничных региона
Мир
Лидеры народа сето потребовали от Эстонии компенсаций при закрытии границ с РФ
Мир
Посол РФ предложил Молдавии регулярно проводить встречи на уровне МИДа
Общество
Правительство РФ приняло меры по обеспечению грузами жителей Крыма
Общество
Глава Рособрнадзора заявил о проработке ограничения продажи микронаушников
Мир
Bloomberg сообщило о рекордном падении рейтинга партии премьера Финляндии
Общество
Чекунков спрогнозировал рост инвестиций в Дальний Восток и Арктику в 2027 году
Мир
У властей США нет доказательств связи между масштабными сбоями в стране
Мир
Стубб усомнился в завершении конфликта на Украине до конца 2026 года
Мир
Краснов обсудил с генпрокурором Казахстана укрепление правовых систем двух стран
Мир
NBC узнал о разногласиях из-за помощи Киеву при утверждении военного бюджета США
Мир
Путин отметил взаимный рост интереса к изучению языков в России и КНР
Общество
Минпромторг предложил эксперимент по цифровой маркировке детской мебели

Алексей Волин: «Зачастую у ведомств нет понимания, что блокировать»

Замминистра связи и массовых коммуникаций — о черных списках в Сети, изменениях в этой сфере и будущем законе об интернете
0
Алексей Волин: «Зачастую у ведомств нет понимания, что блокировать»
Фото: РИА НОВОСТИ/Александр Вильф
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

С 1 ноября прошлого года в Рунете заработал черный список. Все российские провайдеры должны блокировать доступ к сайтам с противоправной информацией. Спустя 4,5 месяца Минкомсвязи решило внести в закон ряд изменений, которые опубликовали у себя на сайте 22 марта. Новые поправки предусматривает ряд радикальных изменений — в частности, теперь в черный список будут вносить и владельцев ресурсов. Замглавы Минкомсвязи Алексей Волин пояснил «Известиям» позицию министерства в отношении нововведений, а также рассказал о том, сколько сайтов успели попасть в этот реестр, как обеспечить саморегулирование отрасли и каким должно быть законодательство об интернете

— На сайте Минкомсвязи обнародован проект изменений в законодательство о черных списках. В проекте указано, что в реестр будут вносить данные о владельцах сайтов. Зачем? 

— Необходимо связаться с владельцами сайта и решить вопросы. Задача — не блокировать сайт, а удалить незаконный контент. Важно, что когда в реестре появятся записи о владельцах сайтов, конфиденциальная информация не должна уйти в открытый доступ.

— Откуда вы будете брать информацию о владельце сайта?

— У тех, у кого она есть. Если она есть у хостеров, возьмем у хостеров, если сайт зарегистрирован как СМИ, всё еще проще.

— Согласно проекту, предполагается создание Федеральной экспертной комиссии при Роскомнадзоре для решения спорных ситуаций. Кто в нее войдет? Список этих людей будет известен всем?

— Думаю, что перечень людей, вошедших в комиссию, будет открытым. Это должны быть эксперты, пользующиеся авторитетом. Мы сталкиваемся с проблемой: зачастую у ведомств нет понимания, что блокировать, а что нет, что опасно для жизни и здоровья, а что нет. Зачастую нет единой позиции. Любое внесение в реестр приводит к широкому общественному резонансу, поэтому мы хотим сделать процедуру максимально комфортной и минимальной спорной. Для чего и создаем такую комиссию.

— На днях Госдума приняла закон, который предписывает дополнить черный список четвертым видом противоправного контента: информация о несовершеннолетнем, пострадавшем в результате противоправных действий (бездействия), распространение которой запрещено федеральными законами.

— Мы в курсе, что Госдума приняла этот закон. Он теперь должен поступить в Совет Федерации, затем — на подпись президенту. Когда он будет принят, если ничего не изменится, мы будем смотреть, как его можно выполнить. Это вызывает большие вопросы. Когда закон готовился, никто это направление не прорабатывал. К примеру, неясно, какое ведомство может стать уполномоченным по этому направлению. На днях мы общались с сенаторами, некоторые из них высказали мнение, что до принятия закона было бы неплохо продумать этот вопрос.

— Известно, что Twitter пошел на сотрудничество по работе с черным списком, «В Контакте», YouTube, Google... С кем еще удалось договориться?

— С Livejournal тоже. Вообще у нас нет проблем ни с одним из крупных международных игроков. Ни одна зарубежная компания, которая дорожит своей репутацией, не хочет иметь ничего общего с порнографией, самоубийствами и наркоманией.

— Много ли сайтов на сегодня в черном списке?

— Мы исходим из того, что система состоялась. С начала работы к оператору реестра поступило более 30 тыс. обращений. Многое было удалено до включения в черные списки. В итоге в них попало порядка 5 тыс. записей, причем более 2 тыс. удалили опасный контент и были исключены из реестра. На сегодня в реестре насчитывается 2,2 тыс. записей — более 1,5 тыс. про наркотики, порядка 500 — самоубийства, остальные — детская порнография. Из 2,2 тыс. адресов только 500 с небольшим заблокированы по IP. Это показатель того, что блокировка производится максимально комфортным для индустрии способом.

— Ваше министерство решило создать отраслевую организацию — некоммерческое партнерство «Чистый интернет». В частности, вы туда приглашали «МегаФон», «ВымпелКом», МТС. Для чего Минкомсвязи нужна эта организация?

— Когда возникла идея черных списков, мы собрали представителей отрасли, в частности РАЭК, рассказали о реестре и о том, что по нему будет возникать много вопросов. Мы хотели бы возложить на отрасль ведение реестра, согласительные процедуры и обсуждение всего, что там происходит. Представители РАЭК ответили, что они против самой идеи и не хотят участвовать в том, что связано с черными списками. Но мы понимали, что необходима некая площадка для обсуждения вопроса, саморегулирования отрасли, решения конфликтов. С нашей точки зрения, имеет смысл создать общественную организацию, в которую бы вошли представители не только интернет-индустрии, но и операторов связи и организаций, которые занимаются защитой детства и вопросами безопасности граждан в интернете. В результате группа энтузиастов образовала ПН «Чистый интернет». Мы уведомили о его создании крупных игроков рынка.

— Кого вы приглашали, кроме операторов «большой тройки»?

— Достаточно широкий круг уведомили.

— Сколько сейчас членов в «Чистом интернете»?

— Это надо их спрашивать. Это общественная организация, мы не занимаемся управлением ею и организацией ее деятельности.

— Письма операторам связи приходили с вашей подписью.

— Да, я их информировал о том, что такая организация создана, и передал им приглашение в НП «Чистый интернет». В момент создания организация еще не была известна и не вела переписку. И дальше они сами живут.

— А почему в качестве этой организации не могла выступить, скажем, «Лига безопасного интернета»?

— Потому что у многих в отрасли к ней весьма негативное отношение. «Лиге» было предложено стать одним из членов НП, но не быть единственной площадкой. Мы хотели, чтобы всё велось на площадке, которая будет вызывать одобрение всей отрасли.

— Решено создать альтернативу РАЭК?

— Это не альтернатива. У РАЭК есть своя задача, связанная с развитием интернет-бизнеса. И в этих вопросах мы по-прежнему рассматриваем РАЭК как нашего основного партнера по диалогу. Но в конкретном вопросе безопасности граждан и очищения интернета РАЭК не пошла нам навстречу, хотя это было предложено. А незаменимых у нас нет.

— По какому принципу выбирались учредители организации?

— Кто пожелал, тот и вошел. Туда никто никого палкой и ломом не загонял. Если бы загоняли, там бы уже все были.

— Но когда оператор связи получает приглашение в какую-то организацию за подписью заместителя министра Минкомсвязи, сложно отказать, не так ли?

— Но тем не менее. Мы порекомендовали обратить внимание, а дальше каждый руководствуется своими представлениями о прекрасном.

— Есть ли принципиальные моменты, которые Минкомсвязи хочет видеть в будущем законе об интернете, над которым сейчас работает Роберт Шлегель?

— Речь не идет о законе об интернете. Интернет — это не более чем среда. Писать о нем закон — всё равно что писать закон о бумаге. Или о заборах, на них тоже размещают информацию. Идет большая кропотливая работа, связанная с большим количеством актов, как законных, так и подзаконных, которые в той или иной степени затрагивают интернет. 

Много моментов необходимо отрегулировать. Говорить, что важнее, а что нет, пока рано.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир