Россия отстает от Китая по торговле с Африкой
На саммите БРИКС в южноафриканском Дурбане (26–27 марта) Россия обсуждала с ЮАР возможности сотрудничества, в первую очередь в экономической сфере. Это ремонт и сборка вертолетов, поставки самолетов SSJ-100, сотрудничество в добывающей и атомной отраслях. Однако связи России со всем Черным континентом, процветавшие в советское время, в последние два десятка лет ослаблены.
— Среди причин спада — «черная дыра» 1990-х, когда ради экономии наши власти стали даже закрывать здесь российские посольства, — сказал «Известиям» спецпредставитель президента РФ по сотрудничеству со странами Африки, глава международного комитета Совета Федерации Михаил Маргелов. — Мы чуть не превратились там в стороннего наблюдателя чужих игр — Евросоюза, США и Китая.
Тем временем Китай увеличил объем торговли с Африкой до $200 млрд. Индия — до $33 млрд. Глава КНР Си Цзиньпин после России в ходе своего первого заграничного турне посетил Танзанию, ЮАР и Республику Конго. А премьер-министр Индии Манмохан Сингх в прошлом году пообещал «новую эру в африкано-индийских отношениях».
Российский товарооборот на этом фоне выглядит скромно. По словам исполнительного секретаря Координационного комитета по экономическому сотрудничеству со странами Африки Дмитрия Сучкова, вся нынешняя торговля умещается в $3 млрд. Правда, есть еще инвестиции, но их сложно подсчитать, ведь многие деньги поступают из третьих стран. Всего, по словам Сучкова, российские компании вложили в Африку до $10 млрд.
Владимир Путин еще три года назад объявил о «курсе на возвращение в Африку». Но отношения развиваются медленно, хотя процесс поддерживают дипломаты, обсуждающие порядок списания и реструктуризации долгов африканских стран.
Со времени вступления в 1997 году в Парижский клуб стран-кредиторов Россия уже списала им $20 млрд, рассказали «Известиям» в МИД РФ. Очень много долгов было аннулировано за последние годы. Только Алжиру и Ливии простили порядка $9 млрд.
Сейчас прорабатываются соглашения о списании еще примерно $500 млн. Речь идет о Бенине, Мадагаскаре, Замбии. Задействована схема — «долг в обмен на развитие». То есть российские компании оказывают помощь странам-должникам на сумму списания. Хотя, рассказывают в МИДе, конкретные объекты согласовывать очень сложно. В Мозамбике, который должен нам примерно $90 млн, Москва предлагает построить больницы, а его власти отвечают, что они им не нужны.
— Сейчас происходит возвращение в Африку с довольно низкого старта, — говорит Маргелов. — И российские компании там нуждаются в государственной поддержке по опыту не только Китая, но и стран с рыночной экономикой.
У россиян, по его мнению, есть преимущество — нас помнят. Высшее образование в СССР получили более 100 тыс. африканцев. К началу 1990-х годов примерно 75% танков, половина самолетов и треть вертолетов по всему континенту были советского производства.
— У Москвы остался с советских времен репутационный ресурс, им надо пользоваться, — полагает глава Российско-Суданского делового совета при ТПП Николай Эверстов. — Но нашим бизнесменам не стоит рассчитывать, что получится «сесть на госбюджет» какой-либо африканской страны и проталкивать свои проекты за чужие деньги. Надо инвестировать самим, искать возможности для бизнеса.
Что касается Китая, то в его лице Россия может получить партнера, а не конкурента, считает Эверстов. В частности, в Судане уже идут переговоры о совместном строительстве двух тепловых электростанций.
Однако, по словам Маргелова, потенциал Африки столь велик, что, несмотря на экономическую экспансию Китая и Индии, возможности для российского бизнеса есть.
— По опыту своей работы в Африке могу сказать, что дело за нашими инвесторами, — отметил сенатор. — Если они станут вкладывать в создание инфраструктуры, электроэнергетику, медицину, транспорт, то окажутся равноправными партнерами.
Российские компании работают в ЮАР, Намибии, Гвинее, Анголе, Танзании, Либерии, Кот-д'Ивуаре. Перспективными выглядят Судан и Мозамбик.