Трунов: «Забота «Лукойла» о дочери погибшей — отчасти признание вины»
Адвокат Игорь Трунов, представляющий в суде родственников Ольги Александриной, погибшей в ДТП на Ленинском проспекте в Москве, прокомментировал «Известиям» заявление президента «Лукойла» Вагита Алекперова о том, что дочь погибшей до совершеннолетия будет получать ежемесячно по 45 тыс. рублей, а после совершеннолетия получит грант.
— Подобное заявление — это благотворительность, а это вещь правильная и нужная. Особенно в случае, когда ребенок сирота. Однако благотворительность ненадежна там, где есть основания для судебной перспективы, — сказал Трунов.
— Отчасти это признание «Лукойлом» вины. Мы платим, если виновны. Кроме того, нельзя исключать, что «Лукойл» может передумать. Данная инициатива — этот тот самый «дареный конь», которому в зубы не смотрят. Было бы благородно со стороны «Лукойла» подсчитать сумму, которая, если верить заявлению Алекперова, будет выплачена дочери Александриной до совершеннолетия, и перечислить ее единовременно. Чтобы не получилось так, что, грубо говоря, через пару месяцев выплаты будут прекращены. А выплаченные деньги через суд будут возвращены владельцу, — отметил Игорь Трунов. — Именно поэтому защита погибших пытается добиться решения суда, которое обяжет выплачивать деньги вне зависимости от чьей-то доброты. По закону ребенок Александриной должен получать пенсию по утрате кормильца, которая не зависит от кого-то.
ДТП с участием автомобиля Mercedes S500, в котором ехал вице-президент нефтяной компании Анатолий Барков, произошло 25 февраля 2010 года. В аварии погибли врачи Вера Сидельникова и Ольга Александрина. Барков получил незначительные травмы. Следствие пришло к выводу, что виновницей аварии была Александрина. После этого защита погибших предоставила следствию свидетелей, которые сказали, что на встречную полосу выехал именно автомобиль топ-менеджера «Лукойла». Ряд независимых экспертиз также показал, что столкновение произошло по вине водителя Mercedes S500. Барков утверждал, что за рулем был его водитель, в то время как защита обвиняемых приводила заключение экспертизы, указывавшей, что на передней панели была кровь Баркова. Впоследствии топ-менеджер «Лукойла» отказался проходить допрос по обстоятельствам аварии на детекторе лжи.