«Когда спектакль готов, его снимают с репертуара» | Статьи

Миндаугас Карбаускис поставил на сцене Театра имени Маяковского пьесу Бертольда Брехта «Господин Пунтила и его слуга Матти». Накануне премьеры режиссер, он же художественный руководитель театра, ответил на вопросы корреспондента «Известий».

— Как вы выбирали пьесу? «Господина Пунтилу и его слугу Матти» Брехта у нас почти не знают. Или это настолько хорошая комедия?

— Пьесы находятся по-разному. Вообще, рассказывать, почему ты что-то делаешь, самое последнее дело. Конечно, это комедия. Но всякое бывает: серьезная вещь бывает смешнее комедии, а комедия оборачивается серьезной вещью.

— Кое-кто обратил внимание на созвучие имени-фамилии главного персонажа с фамилией президента Путина. Из-за этого запретили плакат к спектаклю?

— Плакат не запретили. Он висит и в театре, и на сайте. Нас просто попросили не размещать его в рамках социальной рекламы в городе. Хотя плакат, нарисованный Андреем Бондаренко, довольно хороший, очень брехтовский. Но, может, слишком умный и несколько агрессивный, по мнению чиновников.

— Расскажите о режиссерской кухне. Когда становится понятно, что спектакль готов?

— Первые спектакли — это еще притирка со зрителем, артисты где-то медлят, осторожничают. Выставлять первые шаги на суд критиков несправедливо по отношению к театру: все, что происходит в спешке, приводит к ненужной приблизительности суждений. Получается такой злой или добрый, но мыльный пузырь, напечатанный в газете или выложенный в Facebook. А готов спектакль тогда, когда его снимают с репертуара. Это же театр все-таки. Он никогда не бывает завершенным, все время развивается. Иногда он прекрасен именно в своих незапланированных проявлениях.

— «Таланты и поклонники» в вашей постановке идут на большой сцене и интересны как продвинутым театралам, так и неофитам. Каждый в силу своего опыта и знаний считывает свое. «Господин Пунтила» тоже универсален?

— Любой спектакль большой формы должен быть универсален. После предпремьерных показов я слышал мнение, что спектакль не для всех. Меня это настораживает. По мне, так прямо наоборот.

— Недавно Театру имени Маяковского исполнилось 90 лет. Юбилей отметили неформально — и в историю углубились, и внутреннюю жизнь театра зрителям приоткрыли. А что из сделанного вам самому больше всего понравилось?

— По сути все понравилось. Даже родился новый спектакль «Девятьподесять» в постановке режиссера Никиты Кобелева и драматурга Саши Денисовой. Но главная задача была — сплотить театр, и она удалась. А самая лучшая часть юбилея была после юбилея, на праздничном ужине для всего театра. Его атмосфера была идеальной. Значит, и все остальное прошло хорошо.

— Как худрук, вы уже одержали ряд побед. Какая была самой трудной?

— Моя позиция — обходиться без резких движений, вести диалог. Я поставил себе задачу не предъявлять людям свою мерку. Может, они мне в будущем тоже зададут планку, которой я не смогу соответствовать. Было бы хорошо, если бы меня подстегивали. У каждого человека есть свойство останавливаться. Но мы ставим перед собой все новые, более серьезные задачи, движемся в любви к работе и, надеюсь, растем.

— Что бы вам хотелось сохранить из прошлого Театра Маяковского, от чего, по-вашему, необходимо избавиться?

— Никто мне театр не дал. Его невозможно ни взять, ни получить, ни подарить кому-то. Он даже департаменту не принадлежит. У департамента есть только ответственность. Так должно быть. Это определенная работа, которую надо делать. Я здесь работаю. Пробую делиться тем, что умею, пробую соответствовать. Каждый в своем деле должен быть профессионалом. Художественный руководитель — тоже профессия, довольно сложная, надо привыкать к планированию, чего я до сих пор не освоил. Учусь думать на несколько лет вперед, выходить из рамок только своего творчества и проникаться работой других.

Что касается творческой программы — это само время и, наверное, личность руководителя, эстетические взгляды, которые он проповедует в театре. Некоторые идут напролом, думая, что главное — это программа. Я же считаю иначе. Самое главное — все, что не от головы.

— Насколько вперед вы планируете жизнь театра?

— На два сезона. Уже планируем третий. Учимся понемножку, обрастаем будущим. На большой сцене будет «Враг народа» Генрика Ибсена — ставит Никита Кобелев. Будут играть Игорь Костолевский и Игорь Миркурбанов, уходивший из Театра Маяковского в израильский «Гешер», а теперь думающий о возвращении. Пьесу «Чудаки» Горького ставит Юрий Иоффе, уже идут предпремьерные показы спектакля «Цена» Миллера в постановке Леонида Хейфеца с замечательным Ефимом Байковским в главной роли. Их тандем дал очень достойный результат. В январе выпускаем премьеру с латышской постановочной командой по пьесе Трейси Леттса «Август. Графство Осейдж», режиссер Гиртс Эцис. Туфан Имамутдинов приступает к постановке «Танца Дели» Ивана Вырыпаева. А в следующем сезоне, надеюсь, представим вниманию зрителей сказку Вырыпаева, которую он пишет специально для Театра Маяковского. Я буду ставить веселый спектакль о Канте по пьесе Ивашкявичюса. Ведем переговоры о постановке с Евгением Арье. Кстати, в июле театр «Гешер» приедет к нам в гости с двумя спектаклями театра. Лев Эренбург уже приезжал, смотрит труппу. В сентябре откроется сцена на Сретенке. После капитального ремонта там появится зал-трансформер, подвижный, меняющийся. В зависимости от спектаклей количество мест сможет варьироваться от 100 до 250. Ну и так далее, и так далее. Планы есть.