Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Военные ЕС высадились на борт танкера MV MIDAG в Средиземном море
Происшествия
Три человека пострадали при атаках ВСУ в Белгородской области
Спорт
Российская лыжница Непряева заняла шестое место на соревнованиях в Финляндии
Армия
Снайпер рассказал о ликвидации ВСУ и помощи жителей Красноармейска
Мир
Компания Megaspeed открестилась от связей с любовницей экс-главы Nvidia
Культура
Любимова оценила представленный в Китае трейлер фильма «Черный шелк»
Мир
Зеленский пожаловался на последствия от ограничений Starshield для ВСУ
Экономика
Эксперт спрогнозировал приток капитала на российский рынок криптовалют
Общество
В России купили рекордное за пять лет количество антипохмельных средств
Мир
Каллас анонсировала новые санкции ЕС против покупателей российской нефти
Мир
Ульянов предупредил об ответе при возобновлении ядерных испытаний другими странами
Мир
Принц Гарри в четвертый раз за два года приехал на Украину
Мир
Кушнер сообщил о новых идеях для прорыва в переговорах по Украине
Армия
В Запорожье ВС РФ поразили логистический центр с военными грузами для ВСУ
Спорт
Коростелев занял четвертое место в гонке на 10 км свободным стилем в Финляндии
Мир
Эстония закроет все пункты пересечения границы с РФ с 1 декабря
Происшествия
В Лисичанске извлекли тело женщины из-под завалов после удара БПЛА
Происшествия
Четыре человека пострадали при пожаре в автоцентре в Омске

Физика высших сил

Журналист Леонид Злотин — о том, для чего в МИФИ нужна кафедра теологии
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Есть известная, рожденная из старого анекдота, одесская присказка универсального спектра применения: наконец-то они нашли время и место. Напряжение между существенной частью общества и Церковью (речь, разумеется, только об институте) нарастает в неприятной прогрессии. Скандал с золотой пылью в Доме на Набережной, реституция церковных земель, сопровождаемая выселением больниц и других социальных учреждений, и, наконец, история с уголовным наказанием за дурацкие (дурацкие, дурацкие), но никак не тяжелопреступные танцы. Труды по внесению раскола в различные социальные и культурные слои общества идут достаточно успешно, правда, с поздравлениями стоит немного подождать. Потому хотя бы, что история расколов на Руси мало дает поводов для оптимистических прогнозов.

В общем, весьма полезно было бы как-то остановиться, отдышаться и немного подумать. Оставив подлинным верующим их необсуждаемое право получать в храмах то, что они идут там получить, а художникам — в также специально отведенных помещениях — самовыражаться в силу своих представлений о прекрасном. Идиотов, спиливающих кресты, поджигающих религиозные предметы, равно как разоряющих кладбища, надо судить, благо УК РФ и без скандальных новаций было достаточно, чтобы справится с этой проблемой. Источающих избыточную энергию погромщиков любой идеологии и формы, включая носящих невесть каким законом утвержденную казачью форму, — знакомить с Административным кодексом, начиная сразу с практического применения.

В общем, остановка на этом неумном пути могла бы пойти на пользу всем, что называется, участникам процесса.

Но — как уже упомянуто выше — наконец-то они нашли время и место.

Кафедра теологии украсит собой одно из лучших за всю историю СССР и России высших учебных заведений — МИФИ (Национальный исследовательский ядерный университет).

Ректор НИЯУ МИФИ профессор Михаил Стриханов выразил надежду, что новая кафедра может стать ведущей в системе светского высшего образования в России.

При желании можно, конечно, предположить, почему выбор для глубоко светской кафедры выпал именно на этот вуз. Физики, как говорят, чаще других представителей академической науки склонны интересоваться тем, что не описано в материальной системе координат, поскольку дальше других продвинулись в область необъяснимых физических явлений. В МИФИ действует православный храм, а в знаменитом филиале — Арзмасе-16, он же Саров — есть и православное учебное заведение, и аналогичная кафедра.

Но Саров имеет совсем другую историю и, если угодно, контекст.  История — это пребывание в местном монастыре русского святого преподобного Серафима Саровского. Контекст — в советское время там, как известно, делали атомную бомбу. Стоит заметить очевидное: эти события сильно не совпадали по времени, но, возможно, объединены некоторым единым сакральным смыслом.

Можно, впрочем, с другой стороны заметить, что ситуация с МИФИ, находящимся на Каширском шоссе, и исторически, и контекстно совсем иная. И что одновременное создание с кафедрой теологии, например, кафедры теоретической или квантовой физики в Духовной академии в Москве пока не предусматривается. Что для взаимодействия выглядит как-то односторонне.

Но существенно еще и другое: тема взаимодействия науки и религии входит, как принято сейчас высказываться, в дискурс. Именующий себя православным экспертом простодушный мужчина по имени Кирилл Фролов, всячески поприветствовав создание кафедры, пошел дальше и предложил создать в «Сколково» православный инновационный центр, заметив, что Церковь — опора модернизации, а не помеха. Тема Церкви как опоры модернизации, видимо, найдет своих сторонников, особенно с учетом богатых перспектив медийного отражения.

Проблема в том, что идея Церкви как опоры всего, включая светское образование и модернизацию, находится немного в стороне от пока еще действующей Конституции РФ. Государство, удачно отделив себя от общества, в том числе с помощью фактической отмены института представительной демократии, теперь не склонно отделять себя от Церкви, предлагая, видимо, ей роль идеологического посредника между властью и гражданами. Как говаривал персонаж О’Генри, песок — неважная замена овсу. При всем уважении к церковной идеологии она никак не может компенсировать отсутствие государственной. Потому что общественный договор «деньги за лояльность» — во-первых, не идеология, а только некоторый механизм, а во-вторых, и это искусственное замещение уже не очень работает: денег всё меньше, а лояльности требуется всё больше. Срастание государства и Церкви, возможно, и решит какие-то тактические задачи, но это временные и уж точно не системные решения.

И вот еще что существенно. Российская фундаментальная наука, вне всякого сомнения, нуждается в серьезной государственной поддержке: финансовой, административной и организационной. В какой части она нуждается в церковной помощи — пока неведомо. И если стимулирование академической науки (а вузовская наука должна быть частью этого процесса, что давно доказано мировым опытом) осуществляется путем создания в серьезном вузе кафедры теологии и ожиданием от этого решения какого-то научного прорыва в некоторой области, тогда действительно, кроме как на высшие силы, уповать не на кого.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир