Хочу вернуться на Красную площадь. От нее не устаешь
На столичном кинофестивале «2morrow/Завтра» знаменитая актриса Сандрин Боннер («Восток-Запад», «Роковая женщина», «Под солнцем сатаны») дебютировала в качестве режиссера игрового кино. Корреспондент «Известий» встретился с гостьей из Франции после показа ее фильма «Разъярена его отсутствием».
— Снимая эту семейную мелодраму, вы хотели сделать кассовое, зрительское кино или фестивальное, которое хвалят критики? Я, честно говоря, не совсем понял сверхзадачу.
— Я хочу снимать для как можно большего числа людей. Да, здесь есть интеллектуальная составляющая, но мой фильм не является интеллектуальным кино в узком смысле этого слова. В то же время это и не развлекательный фильм. Он заставляет почувствовать, испытать эмоции. Поэтому я хочу, чтобы его посмотрели все — и интеллектуалы, и широкая публика. Каждый почерпнет в нем что-то для себя. Что касается кассовых сборов, то они очень сильно зависят от того, как фильм раскручивается. Если хорошо — то и касса будет.
— Вы снялись у многих великих режиссеров — Клода Шаброля, Режиса Варнье. Чему вы у них научились?
— Эти люди вдохновили меня на создание моего фильма. Для меня это был своего рода вызов: создать картину на уровне режиссеров, которые подарили мне желание заняться этой профессией. Я, тем не менее, не делала никаких отсылок к их фильмам. Для меня главное, чтобы в фильме присутствовала душа, сердце. В «Разъярена его отсутствием» все это есть.
— Кого из мастеров вы бы могли назвать своими предшественниками?
— Предшественников очень много. Когда я была ребенком, я вошла в мир кино через телевидение. Конечно же, это была эпоха великого Трюффо, также я смотрела вестерны. Были очень качественные вещи, которые показывались по телевидению. Это то, что меня питало, давало мне аналитическое понимание кинематографа.
— Ваши фильм очень серьезный. Но французские режиссеры всегда считались мастерами комедий. Не планируете снять что-то легкомысленное?
— Может быть. У меня есть идея, которая находится на стадии вызревания. Это будет история трех поколений женщин из одной семьи. Но это не комедия.
— Будете сочетать режиссуру и актерскую карьеру?
— Мне хотелось бы это чередовать.
— Почему вы сами не сыграли в своем фильме?
— Хотелось быть по ту сторону камеры. Мне так комфортней. Но не исключаю возможности, что когда-нибудь снимусь в собственном кино.
— Молодых режиссеров обычно вдохновляет участие в их фильмах маститых актеров. У кого из молодых хотели бы сняться вы?
— Все будет зависеть от сценария и от истории, которая будет в нем предложена. Когда я соглашаюсь на ту или иную роль, я ориентируюсь не столько на имя режиссера, сколько на сюжет.
— Что вы уже посмотрели или собираетесь посмотреть в Москве?
— Хочу еще раз вернуться на Красную площадь, потому что от нее не устаешь, можно ею любоваться бесконечно. Еще я хочу снова увидеть одну картину Филиппа Малявина (речь идет о полотне «Вихрь» из коллекции Третьяковской галереи. — «Известия»). Эта картина произвела на меня очень сильное впечатление, я о ней часто думаю. На ней изображены женщины, которые танцуют, держась за руки. У них очень яркие красочные платки. Для меня эта картина — символ силы женщины, в этом есть какая-то суровость, и в то же время это очень радостная картина.
Второй папа
В фильме Сандрин Боннер «Разъярена его отсутствием» рассказывается история семьи, пережившей гибель ребенка. Не в силах справиться с несчастьем, пара расходится. Муж уезжает в Америку, жена остается во Франции, заводит новую семью, у нее рождается сын.
Когда ее бывший муж через семь лет приезжает из Америки, чтобы похоронить отца, он просит о встрече с сыном бывшей супруги, проникается отцовскими чувствами к ребенку и ищет любые возможности общения. Мальчик же, чувствуя надлом в его душе, дает ему такую возможность и хранит это в тайне от матери, которая совсем не рада «второму папе» своего ребенка.
В своем режиссерском дебюте Боннер рассказывает автобиографическую историю. Причем сделано это в максимально реалистичном ключе: все психологические характеристики очень точны, жизнь простой французской семьи и трагического гостя из Америки показана настолько правдиво, что не поверить этому невозможно. Но убийственная серьезность и некоторая слезливость режиссерской интонации мешают увидеть в этом сюжете нечто большее, чем просто трогательную жизненную историю.