Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Общество
В фонде «Право на чудо» рассказали о сложностях ухода за недоношенными детьми
Происшествия
Три человека пострадали при атаках ВСУ в Белгородской области
Происшествия
Три человека пострадали в результате атаки БПЛА на Нижнекамск
Армия
Снайпер рассказал о ликвидации ВСУ и помощи жителей Красноармейска
Мир
Компания Megaspeed открестилась от связей с любовницей экс-главы Nvidia
Культура
Любимова оценила представленный в Китае трейлер фильма «Черный шелк»
Мир
Зеленский пожаловался на последствия от ограничений Starshield для ВСУ
Экономика
Эксперт спрогнозировал приток капитала на российский рынок криптовалют
Общество
В России купили рекордное за пять лет количество антипохмельных средств
Мир
Каллас анонсировала новые санкции ЕС против покупателей российской нефти
Мир
Ульянов предупредил об ответе при возобновлении ядерных испытаний другими странами
Мир
Принц Гарри в четвертый раз за два года приехал на Украину
Мир
Кушнер сообщил о новых идеях для прорыва в переговорах по Украине
Армия
В Запорожье ВС РФ поразили логистический центр с военными грузами для ВСУ
Спорт
Коростелев занял четвертое место в гонке на 10 км свободным стилем в Финляндии
Мир
Эстония закроет все пункты пересечения границы с РФ с 1 декабря
Происшествия
В Лисичанске извлекли тело женщины из-под завалов после удара БПЛА
Происшествия
Четыре человека пострадали при пожаре в автоцентре в Омске

«Русский Букер» undead

Писатель Вадим Левенталь — о целесообразности возрождения литературной премии
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Два года назад приказала долго жить премия «Русский Букер». Проводили как дорогого покойника: над гробом старейшей литературной награды написали с десяток сочувственных колонок (хороший, мол, покойник был человек, но больше про него сказать вроде бы и нечего), да еще с сотню незаинтересованных лиц публично погрустили в «Живом журнале» (тогда еще живом). Почему незаинтересованных? Потому что лиц, заинтересованных в существовании премии «Русский Букер», можно пересчитать по пальцам одной увечной руки.

Вручение в прошлом году премии «Букер десятилетия» было в этом контексте воспринято как поминальное застолье. Лучшим романом десятилетия была названа трогательная, милая и на редкость бессмысленная книга довольно известного литературоведа, тоже покойного — а какие, спрашивается, тосты поднимают на поминках?

И вот, публикация на прошлой неделе лонг-листа «Русского Букера» похожа на то, как если бы покойника, всеми уважаемого, несмотря на альцгеймера и паркинсона, что-то невнятно в последние годы жизни бубнившего себе под нос, пересказывавшего одну и ту же столетней давности историю, никому не интересную, но слушали же, или делали вид, что слушали, чтобы не приставал, — так вот, с облегчением похоронили (да как! по первому разряду! одних только речей на три часа!), потом хорошенько помянули, а он возьми да и вылези из могилы: «Расскажу-ка я вам, дорогие мои, один случай…»

Нет-нет, в отличие от записных либералов, я как раз за то, чтобы цвели все цветы. Но то цветы: цветы могут быть красные или белые, оранжевые или даже голубые — какие угодно, пусть цветут, но тех, кто тепл, а не горяч и не холоден, Господь извергнул из уст своих. Мы люди простые, нас просто тошнит.

Проблема премии «Русский Букер» в том, что за ней не стоит и никогда не стояло никакой концепции. Или, если использовать модный англицизм, не ясно, про что она. «Большая книга» — про великодержавность, про традицию, про респектабельность. «Национальный бестселлер» — про литературное хулиганство, про молодость, про левизну. Премия Андрея Белого — про запереться впятером в башне из слоновой кости и поплевывать вниз очистками от семечек (употреблять слова «эксперимент», «развитие языка», «поиск новых приемов»). Про что премия «Русский Букер»? Никто вам не скажет. Ни про что.

«Русский Букер» ­­— премия без концепции, без лица, без характера, без цвета, разве что не без запаха, но цветы так точно не пахнут.

И вот, «Русский Букер» возвращается. Восстает из могилы со списком из 24 лучших романов — не за один год, за два (учитывая прошлый, который был пропущен). Вещи, вышедшие в прошлом году и уже плотно забытые («Загул» Зайончковского, «Легкая голова» Славниковой, «Анархисты» Иличевского). Досадная неудача Захара Прилепина («Черная обезьяна»). Простая графомания (Ахмедова, Былинский). Модная графомания (Быков). Но больше половины — новые произведения писателей, которые написали свои главные вещи 20, 30 и 40 лет назад (Волос, Гордин, Лимонов, Мелихов, оба Поповых и так далее). И это, говорят нам, 24 лучших книжки за два года. Да если бы это было правдой, лавочку «русская литература» на этом можно было закрывать.

По какому-то недоразумению попали в список две пристойные книги — «Немцы» Александра Терехова и «Франсуаза» Сергея Носова, — но понять, почему, по какому принципу — невозможно. В короткий список они точно не попадут, потому что обе были в коротком списке «Национального бестселлера».

Публика недоуменно молчит, точит осиновые колы и лихорадочно чистит чеснок. Упокойте «Русский Букер», тяжко мертвецу среди людей живым и страстным притворяться, да и неприлично в конце концов, тут люди кушают.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир