«Иероглифы русских каллиграфов напоминают суши русских поваров»
Урок каллиграфии стал популярным подарком в Москве: кто учится рисовать японские, кто китайские иероглифы, кто идет дальше и делает композиции из русских шрифтов. Бакалавр изящных искусств Маюко Огава на своих мастер-классах учит видеть в букве образ и настроение. После мастер-класса на фестивале «Арт-Овраг» в Выксе с Маюко встретилась корреспондент «Недели».
— Чем каллиграфия притягивает людей?
— Это два разных вопроса в зависимости от того, говорим ли мы о японцах или об иностранцах. Для японцев каллиграфия — не только традиция, но и часть образования. Когда дети поступают в школу, у них в расписании есть урок каллиграфии — так же, как математика. Это часть культуры. Для иностранцев наши иероглифы — чаще всего абстракция, но через искусство каллиграфии они могут почувствовать единство с мирозданием, с космосом. Время, посвященное каллиграфии, похоже на медитацию. Вы погружаетесь не только в японский язык, но и в размышления, проводите время в молчании и сосредоточенности.
— Что можно почерпнуть из короткого курса каллиграфии или одного мастер-класса?
— Во-первых, это позволяет прикоснуться к культуре. Узнать, из каких элементов состоят иероглифы, пощупать руками традиционные материалы — тушь, рисовую бумагу, кисточку. Тушь натуральная — никакой химии. Новая кисточка слишком жесткая — я сразу покажу, как ее размять. Дети и взрослые напишут свои имена по-японски, узнают, что в нашем языке нет звука «л», а есть только средний между «л» и «р» и нет сочетаний по два согласных подряд, поэтому вместо «Света» получится «Сувета». Во-вторых, это просто удовольствие, новый опыт, развлекательный и веселый. Потренировавшись на бумаге, дети рисуют иероглифы на футболках, они остаются на память всем участникам.
— Если что-то не получилось, когда пишешь иероглифы, есть ли возможность исправить ошибку?
— Да — на новом листе бумаги. Если не нравится результат — начни сначала. Никаких черновиков карандашом не делают, каждая попытка — как выстрел: либо попал, либо нет, пулю в ствол не вернешь.
— Для японцев каллиграфия — искусство?
— Конечно! Вы компонуете новые формы. Всегда, когда человек пишет иероглифы, да и любые буквы, отражают его личность, и написанное должно быть красивым. Графику используют, например, в оформлении интерьера, ее пропорции позволяют соразмерить разные пространства.
— Есть ли в каллиграфии свой авангард и свой модернизм?
— Современное искусство тяготеет к простоте. Так и в каллиграфии: все меньше отражаются диалекты японского языка, люди стараются как можно яснее выразить то, что хотят сказать. Простота и лаконичность модны в каллиграфии так же, как в других искусствах.
— Насколько смысл рукописных иероглифов глубже, чем у печатного текста?
— Каллиграфия может передавать эмоции. В устной речи есть интонации, и в рукописи каллиграф может передать радость, грусть, разочарование. На письме отражается и характер пишущего, и его состояние в момент работы — если сегодня он несчастен или возбужден, ценители каллиграфии сразу заметят это. Если вы ведете дневник, то одно дело — печатать его на компьютере, а другое — писать от руки на бумаге: тогда текст расскажет о вас больше.
— Может ли смысл иероглифа меняться в зависимости от того, в каком стиле он написан?
— Может, только не знаю, как объяснить это иностранцам, — долгая история. Стиль вы выбираете сами — это область свободы. Мы ведь используем иероглифы с раннего детства и чувствуем их почти бессознательно, а для иностранца вид иероглифа не ассоциируется с его предыдущим опытом. Поэтому, если вы начнете заниматься каллиграфией, это будет отличаться от японского искусства, как японская кухня в российских ресторанах отличается от нашей. Однажды я зашла в московский суши-бар: никогда бы не подумала, что суши могут быть десертом, а там и такое придумали. Это создание новой культуры — не русской и не японской. В каллиграфии тоже есть почва для смешения национальных характеров.
— А типографские шрифты, с вашей точки зрения, могут быть произведением искусства?
— Искусством может быть все что угодно, это зависит от точки зрения. Шрифт хорошего дизайнера — это красиво. Но когда пишешь от руки, то непросто комбинируешь готовые элементы, а создаешь новое целое.
— Вам нравятся шрифтовые композиции, которые нас окружают в России? Например, рекламные вывески, указатели?
— Когда как — зависит от композиции, от контекста, от настроения. Многие шрифты подходят для логотипов, но не для печати длинных текстов и наоборот. Иногда сам не можешь объяснить, почему тебе нравятся какие-то буквы.
— Вы много времени проводите в России — научились ли читать русские почерки?
— Это невозможно! Но они красивые. Однажды я даже попала к русскому врачу — движения руки великолепные, но я не узнаю ни одной буквы, не могу понять, где кончается один элемент и начинается другой. Это было прекрасно — с точки зрения искусства каллиграфии. Но не с точки зрения чтения.