Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
AP узнало о сокращении встреч лидеров НАТО из-за внутренних разногласий
Происшествия
Собянин сообщил об уничтожении еще 10 летевших на Москву беспилотников
Происшествия
В Волгограде возбудили дело после угроз пассажира захватить самолет
Происшествия
В Брянской области три человека пострадали при ударе дрона по автомобилю
Происшествия
Силы ПВО перехватили еще 19 дронов на пути к Москве
Мир
В Грузии высмеяли отказ Молдавии от российского газа
Мир
Президент Приднестровья прибыл в Кишинев на фоне угроз властей Молдавии
Армия
Силы ПВО за день сбили 230 беспилотников ВСУ над регионами России
Происшествия
Средства ПВО уничтожили еще 16 летевших на Москву дронов
Происшествия
Красноярская пятиклассница сломала позвоночник после кувырка в школе
Происшествия
Девушка спрыгнула с Благовещенского моста в Санкт-Петербурге
Происшествия
Четыре беспилотника сбиты на подлете к Москве
Общество
В Петербурге могут установить бюст любившего Россию черногорского правителя
Мир
Что произошло за неделю с 9 по 15 ноября. Главное
Общество
Открытое горение ликвидировано в автоцентре Омска
Мир
Турецкая партия обвинила Зеленского в посягательстве на суверенитет страны
Армия
В ДНР уничтожили расчет БПЛА батальона ГУР Украины
Мир
Советник Зеленского посетовал на невозможность заменить мосты в Киеве паромами

«Иероглифы русских каллиграфов напоминают суши русских поваров»

Каллиграф и дизайнер Маюко Огава — о медитации над рисовой бумагой
0
 «Иероглифы русских каллиграфов напоминают суши русских поваров»
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александра Сопова
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Урок каллиграфии стал популярным подарком в Москве: кто учится рисовать японские, кто китайские иероглифы, кто идет дальше и делает композиции из русских шрифтов. Бакалавр изящных искусств Маюко Огава на своих мастер-классах учит видеть в букве образ и настроение. После мастер-класса на фестивале «Арт-Овраг» в Выксе с Маюко встретилась корреспондент «Недели».

— Чем каллиграфия притягивает людей?

— Это два разных вопроса в зависимости от того, говорим ли мы о японцах или об иностранцах. Для японцев каллиграфия — не только традиция, но и часть образования. Когда дети поступают в школу, у них в расписании есть урок каллиграфии — так же, как математика. Это часть культуры. Для иностранцев наши иероглифы — чаще всего абстракция, но через искусство каллиграфии они могут почувствовать единство с мирозданием, с космосом. Время, посвященное каллиграфии, похоже на медитацию. Вы погружаетесь не только в японский язык, но и в размышления, проводите время в молчании и сосредоточенности. 

— Что можно почерпнуть из короткого курса каллиграфии или одного мастер-класса?

— Во-первых, это позволяет прикоснуться к культуре. Узнать, из каких элементов состоят иероглифы, пощупать руками традиционные материалы — тушь, рисовую бумагу, кисточку. Тушь натуральная — никакой химии. Новая кисточка слишком жесткая — я сразу покажу, как ее размять. Дети и взрослые напишут свои имена по-японски, узнают, что в нашем языке нет звука «л», а есть только средний между «л» и «р» и нет сочетаний по два согласных подряд, поэтому вместо «Света» получится «Сувета». Во-вторых, это просто удовольствие, новый опыт, развлекательный и веселый. Потренировавшись на бумаге, дети рисуют иероглифы на футболках, они остаются на память всем участникам.

— Если что-то не получилось, когда пишешь иероглифы, есть ли возможность исправить ошибку?

— Да — на новом листе бумаги. Если не нравится результат — начни сначала. Никаких черновиков карандашом не делают, каждая попытка — как выстрел: либо попал, либо нет, пулю в ствол не вернешь.

— Для японцев каллиграфия — искусство?

— Конечно! Вы компонуете новые формы. Всегда, когда человек пишет иероглифы, да и любые буквы, отражают его личность, и написанное должно быть красивым. Графику используют, например, в оформлении интерьера, ее пропорции позволяют соразмерить разные пространства. 

— Есть ли в каллиграфии свой авангард и свой модернизм?

— Современное искусство тяготеет к простоте. Так и в каллиграфии: все меньше отражаются диалекты японского языка, люди стараются как можно яснее выразить то, что хотят сказать. Простота и лаконичность модны в каллиграфии так же, как в других искусствах.

— Насколько смысл рукописных иероглифов глубже, чем у печатного текста?

— Каллиграфия может передавать эмоции. В устной речи есть интонации, и в рукописи каллиграф может передать радость, грусть, разочарование. На письме отражается и характер пишущего, и его состояние в момент работы — если сегодня он несчастен или возбужден, ценители каллиграфии сразу заметят это. Если вы ведете дневник, то одно дело — печатать его на компьютере, а другое — писать от руки на бумаге: тогда текст расскажет о вас больше.

— Может ли смысл иероглифа меняться в зависимости от того, в каком стиле он написан?

— Может, только не знаю, как объяснить это иностранцам, — долгая история. Стиль вы выбираете сами — это область свободы. Мы ведь используем иероглифы с раннего детства и чувствуем их почти бессознательно, а для иностранца вид иероглифа не ассоциируется с его предыдущим опытом. Поэтому, если вы начнете заниматься каллиграфией, это будет отличаться от японского искусства, как японская кухня в российских ресторанах отличается от нашей. Однажды я зашла в московский суши-бар: никогда бы не подумала, что суши могут быть десертом, а там и такое придумали. Это создание новой культуры — не русской и не японской. В каллиграфии тоже есть почва для смешения национальных характеров.

— А типографские шрифты, с вашей точки зрения, могут быть произведением искусства?

— Искусством может быть все что угодно, это зависит от точки зрения. Шрифт хорошего дизайнера — это красиво. Но когда пишешь от руки, то непросто комбинируешь готовые элементы, а создаешь новое целое.

— Вам нравятся шрифтовые композиции, которые нас окружают в России? Например, рекламные вывески, указатели?

— Когда как — зависит от композиции, от контекста, от настроения. Многие шрифты подходят для логотипов, но не для печати длинных текстов и наоборот. Иногда сам не можешь объяснить, почему тебе нравятся какие-то буквы.

— Вы много времени проводите в России — научились ли читать русские почерки?

— Это невозможно! Но они красивые. Однажды я даже попала к русскому врачу — движения руки великолепные, но я не узнаю ни одной буквы, не могу понять, где кончается один элемент и начинается другой. Это было прекрасно — с точки зрения искусства каллиграфии. Но не с точки зрения чтения.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир