Москва своей политикой способствует продолжению боевых действий в Сирии
Предложенный спецпредставителем ООН и Лиги арабских государств по Сирии Кофи Аннаном план прекращения противостояния между правительством президента Башара Асада и оппозицией начал действовать. Тем не менее замдиректора Human Rights Watch Кэрролл Богерт в интервью «Известиям» рассказала, что для его реализации нужны дополнительные меры.
— Сейчас все ждут, сработает ли план Кофи Аннана, направленный на примирение враждующих сторон в Сирии. Каков ваш прогноз?
— Да, Россия делает многое, чтобы инициатива Аннана оказалась успешной. Но проблема Москвы — нелогичность ее позиции в Совбезе ООН. Дело в том, что ваша страна была очень расстроена резолюцией ООН по Ливии, позволившей начать военные действия против Муамара Каддафи. Поэтому сейчас Россия противодействует даже тем решениям Совбеза, которые предлагают не военную экспансию, а более мягкие меры. Такие, как финансовые санкции, эмбарго, ограничения на выезды властных лиц Сирии за рубеж, иски в Международный уголовный суд. Хотя ведь подобные меры могут быть использованы не только против режима сирийского президента Башара Асада, но и против оппозиции. Но чем больше Россия сопротивляется жестким мерам Совбеза, тем ситуация в Сирии ближе к войне. И получается парадокс: Москва хочет избежать войны, но своей политикой способствует именно продолжению полномасштабных боевых действий. Если план Аннана сработает — прекрасно. А если стабильного перемирия не выйдет — что тогда будет делать Совбез ООН? Понятно, что никто не желает войны. Однако ничего не делать — тоже не выход. Надо поддержать меры, ведущие к миру.
— Но Россия предлагает враждующим сторонам Сирии сесть за стол переговоров. По сути, Москва не хочет только одного: внешнего вмешательства во внутренние дела суверенного государства.
— Никто не хочет вмешательства, если можно без него обойтись. Но давайте тогда найдем какое-то решение. Пока что в Нью-Йорке складывается впечатление, что позиция России заключается в слове «нет», что бы ни предлагалось.
— Китай тоже говорит «нет».
— Все знают, что Россия — главная в данном вопросе.
— А насколько значительна роль России на Ближнем Востоке сейчас?
— Думаю, что ваша страна теряет там влияние. В той же Сирии сжигают флаги России. То есть их носят для Сергея Лаврова, когда он приезжает, но это не означает, что там все любят вашу страну. История идет своим ходом, а Россия пытается помешать этому движению. И если Асад всё же уйдет, а вероятность такого исхода очень велика, то Россия проиграет на этом направлении.
— Чтобы принять верное решение по Сирии, нужна достоверная информация о происходящем там. Однако ее нет. Есть масса противоречивых точек зрения.
— Действительно, найти достоверные сведения оттуда очень сложно. И в первую очередь потому, что правительство Сирии не разрешает свободно работать внутри страны иностранным журналистам и международным организациям, например Human Rights Watch. Кстати, Россия сейчас давит на сирийское руководство, чтобы оно начало пускать в страну журналистов и правозащитников. Это очень положительный шаг. А если говорить о нас, то мы очень тщательно подходим к поиску информации, опрашиваем сотни людей.
— Но в самой Сирии Human Rights Watch не работает?
— Нет, но у нас есть свои источники, это в основном сирийские правозащитники, живущие в стране. Плюс к этому мы опрашиваем очень большое количество беженцев. Знаете, перед нашим офисом в Бейруте стоит целая очередь из желающих показать видеозаписи, сделанные в Сирии. Не буду скрывать, очень сложно проверить, насколько правдиво это видео, а использовать неподтвержденную информацию мы не можем. Но это не значит, что внутри Сирии не происходит кровопролития.
— Вы не раз говорили, что за всё происходящее в Сирии несут ответственность власти Сирии, так как именно они должны были сохранить мир в стране. Значит ли это, что вы снимаете ответственность с оппозиции?
— Нет, конечно, оппозиция тоже несет вину за происходящее. Human Rights Watch провела целое исследование по этому вопросу, а также отправила открытое письмо об этом основным группам противников Асада. Но все же именно правительство отвечает за защиту населения своей страны.
— Вы считаете, что мировое сообщество обязано вмешаться, чтобы прекратить беспорядки в Сирии. А вы не рассматриваете тот вариант, что Сирию хотят разрушить, чтобы создать на ее месте плацдарм для удара по Ирану?
— Такие идеи, безусловно, существуют у Саудовской Аравии, у Катара, в некоторой степени — у США и других стран. Но у большинства нормальных людей есть искреннее желание положить конец насилию в Сирии. Напомню, там уже погибло порядка 10 тыс. человек.
— Причем с обеих сторон.
— С обеих, да, но больше всё же со стороны противников Асада. Армия вооружена лучше. И в любом случае многие страны, я не говорю уж про гуманитарные организации, совершенно искренне хотят прекратить насилие. Поэтому я не считаю, что правильно говорить, будто реальная цель Совбеза ООН — создать в Сирии плацдарм для удара по Ирану. Никто не хочет войны. Что, все американцы поддержали войну в Ливии? Ничего подобного. Ее поддерживал президент Обама вопреки желанию большинства американского народа. И в сирийские дела США не хотят вмешиваться, тем более перед выборами.
— Какие меры могут сработать для прекращения насилия?
— Правительство Сирии опирается на поддержку России, самого мощного своего друга. Видно, что ваша страна играет очень значительную роль. И если российское правительство может сказать Дамаску, что пора положить конец насилию, то оно должно это сделать!
— Но сирийское руководство не раз заявляло, что оно и радо бы прекратить войсковые операции, но солдат и полицейских продолжают убивать, поэтому приходится отвечать на враждебные действия.
— Надо вспомнить, как всё началось в марте 2011 года. Тогда именно сирийские власти начали разгонять мирные демонстрации, стреляя по ним и выставляя против них танки. Весной и летом не было вооруженного сопротивления. Асад сам создал такую ситуацию, когда против его режима стали выступать с оружием в руках. Если бы Россия уже тогда надавила бы на Асада, сейчас в Сирии было бы намного спокойнее.
— В самой Сирии многие считают, что сопротивление
правительству оказывают наемники из-за рубежа и вообще вся эта война —
большая провокация врагов Сирии.
— Разумеется, в
такой ситуации всегда возникает масса конспирологических теорий. И
провокации там, скорее всего, есть, но это не главная причина
беспорядков. Началось всё именно с репрессий в отношении демонстрантов
со стороны сирийского правительства.
— Если это так,
то давление на Асада имеет смысл. Но если его самого провоцируют, то
требования прекратить войсковую операцию приведут лишь к усилению
террора и провокаций со стороны противников Асада.
—
Есть масса доказательств, что это не были лишь заговоры и провокации.
Понятно, что нельзя верить всему, что выложено на YouTube, однако у
Human Rights Watch есть масса достоверных свидетельств об избиениях и
пытках мирных граждан властями.
— А сирийская оппозиция способна пойти на перемирие?
— Она очень разрозненна, непонятно, с кем там разговаривать.
— Но как тогда заставить ее тоже прекратить огонь?
— Вначале правительство должно вывести войска. Оно несет главную ответственность за происходящее.