Экономия – дело недешевое
Вопрос о повсеместном внедрении энергосберегающих технологий давно уже относится к числу приоритетов в модернизации российской экономики. Еще в ноябре 2009 года был подписан закон «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», устанавливающий стимулы для перехода на более экономичные стандарты энергопотребления как в промышленности, так и на уровне частных лиц.
Стоит отметить, что интенсивность реализации государственной политики по энергосбережению на протяжении нескольких последних лет идет по нарастающей. И это как минимум говорит о том, что тема не превращается в очередную кампанейщину, а будет и дальше разрабатываться довольно последовательно, подкрепляясь серьезными финансовыми и административными ресурсами.
Государственный подход
Очередным шагом стали решения Межведомственного координационного совета по реализации госпрограммы «Энергосбережение и повышение энергетической эффективности на период до 2020 года», состоявшегося в начале марта. На реализацию госпрограммы в 2012 году предусмотрено выделение 6,412 млрд рублей.
А экономить в России есть что. По мнению ректора Национального исследовательского университета МЭИ Сергея Серебрянникова, потенциал энергосбережения на сегодня оценивается в 40–45% от текущего потребления электроэнергии в РФ. По его словам, наибольший вклад в энергосбережение могут внести крупные производства (металлургия, нефтепереработка, цементное производство, сами производители электроэнергии), жилищно-коммунальная сфера (как жилые дома, так и административные здания).
Одним из важнейших направлений в снижении энергопотребления в России должно было стать более широкое использование энергоэффективных ламп освещения. Однако продекларированная руководством страны задача постепенно отказаться от использования стандартных и неэкономичных ламп накаливания пока что так и не привела к заметным результатам.
Лампы преткновения
В соответствии с федеральным законом привычные электролампочки постепенно должны исчезнуть из обихода россиян. С 2011 года перестали производиться лампы накаливания мощностью 100 Вт и более, с 2013 года «под раздачу» попадут лампы мощностью 75 Вт и более, а с 2014-го – мощностью от 25 Вт. Но на практике решение прекратить выпуск ламп накаливания мощностью 100 Вт и выше привело к тому, что на рынке появились лампочки мощностью чуть меньше запретных 100 Вт, например 95 Вт. Такие вот житейские хитрости производителей.
Политика России, направленная по постепенный отказ от использования ламп накаливания к 2014 году, на самом деле не является исключительно национальной инициативой. Аналогичным образом давно уже действуют в большинстве зарубежных стран. Так, к 2013 году ведущие страны мира перейдут к использованию только энергосберегающих ламп: традиционные лампы накаливания будут запрещены в Великобритании, Евросоюзе, Австралии и США.
С точки зрения общеэкономической статистики борьба с лампами накаливания вполне может привести к определенной экономии электроэнергии. Но вот станет ли это выгодным или хотя бы безубыточным для потребителя – большой вопрос. Тем более что любой человек, имеющий опыт использования такой продукции в быту, с уверенностью скажет, что заявленный срок службы таких ламп в 7–8 тыс. часов остается пока лишь мечтой. Перегорают они, увы, ничуть не реже своих «родственников» с вольфрамовой спиралькой.
Несмотря на существующий дисбаланс между стоимостью и надежностью энергосберегающих ламп и возможностями снижения расходов на потребляемую электроэнергию, стоит все же ожидать постепенного замещения привычных российскому потребителю ламп накаливания. Более того, заметно заявляет о себе еще одна тенденция: компактные люминесцентные лампы (КЛЛ), являющиеся, помимо всего прочего, еще и источником серьезной экологической опасности, заметно проигрывают в экономичности светодиодным лампам. Правда, последние, хотя и служат достоверно дольше, все же серьезно «кусаются» по цене, которая порой достигает 600–700 рублей за лампу… При этом средняя цена обычной бытовой КЛЛ мощностью 20 Вт (аналог ЛН мощностью 100 Вт) и цоколем Е27 составляет сейчас порядка 100–200 рублей.
По данным Департамента системного анализа и стратегического планирования Минпромторга России, два года назад на российском потребительском рынке на долю КЛЛ приходилось 26%, 72% занимали лампы накаливания и лишь 2% – светодиодные источники освещения.
Сегодня российские супермаркеты предлагают энергосберегающие лампы более 40 зарубежных производителей, однако лидеров только три – Osram, Philips, General Electric. Среди российских марок наиболее известными являются «Старт», «Космос», «Лисма», «Аладин», а также продукция Калашниковского электролампового завода.
При этом исчезновение с прилавков отечественных магазинов ламп накаливания отнюдь не будет означать мощного рывка в производстве их конкурентов из числа ламп нового поколения. Скорее всего, последние просто значительно подорожают. Дело в том, что возможности отечественной промышленности по выпуску достаточного количества КЛЛ и светодиодов, хотя и возросли в последние 2–3 года, все же серьезно отстают от реальной потребности в источниках освещения на нашем рынке. По данным экспертов компании Philips, если представить, что в одночасье Россия должна будет отказаться от ламп зарубежного производства, то для полного перехода на энергосберегающие лампы необходимо будет построить более 60 заводов общей стоимостью около $1,3 млрд.
Так что, скорее всего, в выигрыше опять окажется китайская электроламповая промышленность, являющаяся не только основным экспортером такого рода продукции в нашу страну, но и главным производителем комплектующих, из которых изготавливаются «условно российские» лампы на наших предприятиях. Напомним, еще в 2005 году в Поднебесной была принята программа Green Light, в рамках которой в производство энергосберегающих ламп было вложено свыше $2 млрд. Сегодня наши восточные соседи выпускают более 3 млрд энергосберегающих ламп в год, что соответствует 80% мирового производства.
Так что практически выпускаемые у нас КЛЛ и светодиоды, по сути, являются сборочным производством из китайских комплектующих. И строить заводы полного цикла в России никто не собирается – нет ни достаточного количества квалифицированной рабочей силы, ни оборудования, ни соответствующих производственных навыков. Даже если гипотетически предположить, что найдется инвестор, готовый вложить несколько сот миллионов долларов, итог, скорее всего, окажется предсказуемым: более высокая цена по сравнению с китайской продукцией или даже более низкое качество.
А между тем сам по себе этот рынок вполне привлекателен. По разным оценкам, в 2007 году объем мирового светодиодного рынка оценивался в $4,2 млрд. А спустя всего пять лет он увеличился до $9 млрд. При этом наибольший прирост демонстрирует сегмент общего освещения. И это, подчеркнем, именно светодиодный рынок, по сравнению с которым люминесцентные лампы считаются уже товаром морально устаревшим.

Что за горизонтом
Вместе с тем новые проекты по промышленному выпуску люминесцентных и светодиодных ламп в России запускаются с завидной регулярностью. К примеру, в Самарской области, которая, по версии фонда «Петербургская политика», относится к числу наиболее благоприятных по привлечению инвестиций в инновационную промышленность, не так давно было запущено производство люминесцентных светильников нового поколения. И сегодня там выпускается более 80 видов люминесцентных светильников, которые, не уступая в качестве светодиодным аналогам, дешевле их в 5 раз.
Довольно крупный проект по производству светодиодных светильников для промышленных нужд может быть в обозримой перспективе запущен в Свердловской области. Там по инициативе группы местных промышленников и ученых УрФУ рассматривается возможность создания аналога ОЭЗ «Титановая долина», которую по аналогии предлагается назвать «Фотоновой долиной». Суть проекта в том, что местным специалистам удалось решить проблему перегрева светодиодных светильников, которая зачастую являлась основной причиной их выхода из строя. Благодаря этому удалось создать источники освещения, которые выдерживают нужные температурные параметры светодиодов. Теперь они могут работать заявленные 100 тысяч часов, не теряя при этом в яркости.
Еще один пример удачных инвестиций в эту сферу – создание филиала одного из крупных китайских производителей КЛЛ, фирмы «Дуэт» в Забайкалье. За 2 года построены административное здание, гостиница, 5 корпусов под производственные и складские мощности, станция технического обслуживания и автономная котельная, а количество персонала составило более 80 человек.
Есть пример и кооперации с отечественными производителями. К примеру, в Санкт-Петербурге реализуется проект по созданию крупного предприятия по производству светодиодных светильников, в создании которого принимают участие компания «ОптоГан», «Роснано» и группа ОНЭКСИМ. Суммарные инвестиции в проект составляют более 3,3 млрд рублей, а ожидаемый объем выручки – примерно 6 млрд рублей уже в 2013 году. Мощность предприятия составит порядка полумиллиона светодиодных светильников в год. При этом в особой экономической зоне «Нойдорф» будут изготавливать чипы и модули для светильников, а собирать их станут на других площадках.
Наконец, стоит упомянуть и еще об одном достаточно крупном производстве энергосберегающих ламп на базе концерна КЭМЗ в Кизляре (Дагестан). Оборудование стоимостью более миллиона долларов, закупленное в Китае, позволяет выпускать до 3 млн ламп в год, что не только полностью покрывает потребности в таких источниках освещения самой республики, но и дает хорошие возможности для экспорта в другие российские регионы и даже за рубеж.
Солнечная экономия
Есть примеры довольно оригинального подхода к вопросам энергосбережения. Так, в столице вынашивают планы по оборудованию остановок общественного транспорта возобновляемыми источниками энергии на основе солнечных батарей. Это позволит освещать их в ночное время без дополнительных затрат на электричество. Как рассказал вице-мэр столицы Николай Лямов, такие остановки появятся на улицах Москвы уже в этом году.
Еще дальше решили пойти ученые Забайкальского госуниверситета, получившие не так давно грант президента страны для молодых ученых. Одно из направлений их исследований – использование возможностей гелиоэнергетики для энерго- и теплоснабжения жилых домов. Как бы неожиданно это ни звучало, но Забайкалье – самый солнечный регион России: ясных дней на протяжении года тут больше, чем в Сочи!
Кстати, в Краснодарском крае солнечная энергия будет обогревать и освещать целый вокзал. Причем немаленький… К концу этого года в Адлере будет построен новый шестиэтажный пассажирский вокзал, который будет полностью обеспечиваться электроэнергией от солнечных батарей.
Один в поле не воин?
И все же частным образом или даже президентскими грантами решить задачу энергосбережения в государственном масштабе не удастся. Не являются панацеей и отдельно взятые программы, предусматривающие финансирование тех или иных региональных инициатив. Как известно, деньги рано или поздно кончаются, а без создания условий, при которых разрабатывать и внедрять технологии энергосбережения будет банально выгодно всем участникам процесса, эта система никогда не станет самодостаточной.
Поэтому, помимо прямых инвестиций в сферу энергоэффективности, необходимо предусматривать и меры по созданию более гибкой ценовой политики на энергоресурсы. За примерами из международной практики далеко ходить не нужно: в том же Китае на государственном уровне закреплены преференции для производителей «чистой» энергии, использующих для ее производства возобновляемые ресурсы. Это позволяет привлекать в отрасль дополнительные инвестиции, параллельно делая такую энергию дешевле для потребителей…
В России же подобный потенциал государственной поддержки находится пока в зачаточном состоянии. А между тем, как отмечается в исследовании голландско-российской компании Lighthouse, изучившей рынок энергосбережения России по заказу Международной финансовой корпорации (IFC), Россия имеет огромный потенциал для инвестиций в энергосбережение. Прежде всего экспертами было отмечено, что потребление энергии в российской промышленности превышает уровень аналогичных предприятий других стран на 40–220%. В результате потенциальная экономия от внедрения энергоэффективных технологий для российской промышленности была оценена в $24,2 млрд ежегодно. Кроме того, энергетический сектор переживает этап реформирования, и цены на энергоносители продолжат расти в будущем, что делает инвестиции в энергосбережение более привлекательными.
Следует также учесть, что стоимость энергоносителей в разных регионах России значительно отличается, поэтому потребность в инвестициях в энергосбережение в одних регионах ощутимо выше, чем в других. Инвестирование же в данную сферу чаще осуществляется компаниями из собственных средств, а не за счет привлечения заемного финансирования, что связано с высокими процентными ставками по кредитам.
Как отметили эксперты, в настоящее время можно назвать три основных препятствия для внешнего финансирования энергосберегающих проектов со стороны финансовых учреждений (в первую очередь банков и лизинговых компаний). Первый барьер – недостаток долгосрочных финансовых ресурсов. Второе препятствие – отсутствие опыта оценки инвестиций в энергосбережение со стороны банков и, как следствие, завышение рисков при оценке соответствующих проектов. Третий тормозящий фактор – недостаток опыта подготовки и реализации инвестиционных проектов в сфере энергосбережения у местных компаний, а также отсутствие (или недостаточное развитие) компетентных консультационных и энергосервисных компаний. Решение этих проблем сможет дать решению проблемы энергосбережения в нашей стране по-настоящему заметный стимул…