Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Средства ПВО за ночь сбили 293 дрона над Калужской областью
Мир
В МИД РФ обвинили страны Запада в пиратстве на государственном уровне
Мир
В Литве решили отказаться от приема мигрантов по программе Евросоюза
Армия
ВС РФ поразили объекты ВПК и логистики ВСУ в Киеве и трех областях Украины
Мир
Президент Монголии объявил о своей отставке
Мир
Мерц занял последнее место в рейтинге немецких политиков
Мир
В МИД РФ назвали надуманными причины отказа Зеленского от поездки в Москву
Мир
В ГД сообщили о возможном сроке для Каллас в РФ за слова об участниках СВО
Мир
В Гамбурге свидетель описал арендаторов яхты для подрыва «Северных потоков»
Происшествия
Силы ПВО сбили более 50 беспилотников при атаках на промзоны Уфы и Салавата
Мир
Вэнс исключил затягивание войны с Ираном более чем на два года
Мир
В Италии оппозиция призвала заблокировать сайт «Миротворец»
Общество
Умерла мать основателя группы «Ласковый май» Валентина Кузнецова
Мир
Посол КНР в РФ прокомментировал предстоящую встречу Си Цзиньпина и Путина на АТЭС
Мир
Болгария добилась исключения двух российских банков из санкционного списка ЕС
Мир
Лавров рассказал о нецензурной оценке Саакашвили со стороны Стубба
Общество
Адвокат предупредил о рисках для руководителей после продажи бизнеса
Мир
Вэнс заявил об отсутствии нужды у американцев строить бункеры

Опера спасения

Как Валерий Гергиев и Чечилия Бартоли спасали библиотеку Мариинского театра
0
Опера спасения
Итальянская оперная певица Чечилия Бартоли. Фото: Erinc Salor
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Чечилия Бартоли выступила в Санкт-Петербурге после семилетней паузы. Местная публика то ли пресытилась высоким искусством, то ли устала после зимы: рева и стоячих оваций было меньше, чем в Большом зале филармонии в ноябре 2004 года. Но виновата в этом только сама публика: 45-летняя Бартоли столь же свежа и прекрасна ― и еще более опытна.

Ее мастерство настолько безупречно, что порой воздействует отдельно от музыки. Чечилия успевает «ловить» оркестр быстрее, чем оркестр ― ее (что для обычного вокалиста звучит как оксюморон). За последние годы она к тому же победила свои переходные ноты: тончайшей настройкой мышц гортани Бартоли научилась контролировать самые неудобные для ее голоса высоты, коих так много в меццо-сопрановой музыке Россини. И разумеется, с Чечилией была ее фирменная кристальная чистота интонирования.

Репертуар она избрала проверенный годами: этот комплект моцартовских и россиниевских хитов Бартоли поет с начала 1990-х. Аккуратная Chi sà Моцарта ― идеальная ария для акустического саундчека, с которого примадонна начинает сольный вечер во всяком незнакомом зале, ― юркая и не перегруженная сложностями. В арии Секста из «Митридата» уже пошел процесс установления контакта с публикой, а не с залом, и к моцартовскому мотету Exultate Чечилия чувствовала себя как дома, свободно оперируя всем своим вокальным и актерским арсеналом.

В антракте госпожа Бартоли успела не только сменить мужской костюм моцартовской эпохи на зеленое платье, закрепленное за Россини (у Чечилии стойкие ассоциации цветов и композиторов), но и завить свои пышные волосы. Меню второго отделения ― две виртуозные арии Розины и Золушки с интермедией в виде печальной песни Дездемоны ― разогрело публику, но оставило чувство голода, которое не смог утолить и бисовый «Ратаплан» Марии Малибран, и повтор быстрой части арии Золушки (слегка жаль, что повтор был абсолютно точным ― и в вокальном плане). В итоге зал «не согласился» на прощальную жестикуляцию Чечилии и заставил ее выходить на один раз больше, чем планировала сама певица.

Главная интрига вечера заключалась, конечно, в этом необычном тандеме ― Бартоли и Гергиев. Если верить интервью десятилетней давности, именно Валерий Абисалович был тем единственным русским музыкантом, с которым Чечилия мечтала спеть. Мечта сбылась благодаря предприимчивости маэстро: он призвал Бартоли, чтобы поддержать библиотеку Мариинского театра (о которой на самом концерте не было сказано ни слова).

Гергиев воспринял совместное выступление отнюдь не как подыгрывание диве. В весьма обильных промежутках между вокальными номерами маэстро стремился показать, что Мариинский оркестр способен играть то, что почти не играет ― классицистский и раннеромантический репертуар. В результате ― яркий, но не совсем безупречный Моцарт и слегка склеившееся в маслянистой акустике Мариинского концертного зала скерцо из Октета Мендельсона. Зато оглушительно драматичная увертюра к «Вильгельму Теллю» пронеслась очищающим вихрем. Маэстро и его оркестр, хотели они того или нет, остались верны своим идеалам «бури и натиска».

Аккомпанировал Гергиев весьма аккуратно, все время заставляя мариинцев играть тише. Весь концерт он выглядел привычно сдержанным и озабоченным какими-то делами, но в итоге солнечный напор Чечилии победил: римская примадонна и осетинский дирижер повернулись друг к другу, смеялись и были счастливы ― прямо во время стретты арии Золушки.

Все прежние концерты Бартоли в России были полностью укомплектованы импортным аккомпанементом. Теперь Гергиеву удалось смешать русско-итальянские карты: мариинцы стали первым отечественным оркестром, с которым Чечилия вышла на сцену. Дело за малым: пригласить госпожу Бартоли спеть в репертуарном спектакле Мариинского театра. Что там у нас еще нужно спасать в петербургском музыкальном хозяйстве?

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир