Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Средства ПВО за ночь сбили 293 дрона над Калужской областью
Мир
В МИД РФ обвинили страны Запада в пиратстве на государственном уровне
Мир
В Литве решили отказаться от приема мигрантов по программе Евросоюза
Армия
ВС РФ поразили объекты ВПК и логистики ВСУ в Киеве и трех областях Украины
Мир
Президент Монголии объявил о своей отставке
Мир
Мерц занял последнее место в рейтинге немецких политиков
Мир
В МИД РФ назвали надуманными причины отказа Зеленского от поездки в Москву
Мир
В ГД сообщили о возможном сроке для Каллас в РФ за слова об участниках СВО
Мир
В Гамбурге свидетель описал арендаторов яхты для подрыва «Северных потоков»
Происшествия
Силы ПВО сбили более 50 беспилотников при атаках на промзоны Уфы и Салавата
Мир
Вэнс исключил затягивание войны с Ираном более чем на два года
Мир
В Италии оппозиция призвала заблокировать сайт «Миротворец»
Общество
Умерла мать основателя группы «Ласковый май» Валентина Кузнецова
Мир
Посол КНР в РФ прокомментировал предстоящую встречу Си Цзиньпина и Путина на АТЭС
Мир
Болгария добилась исключения двух российских банков из санкционного списка ЕС
Мир
Лавров рассказал о нецензурной оценке Саакашвили со стороны Стубба
Общество
Адвокат предупредил о рисках для руководителей после продажи бизнеса
Мир
Вэнс заявил об отсутствии нужды у американцев строить бункеры

Уральцы познали россиниевскую легкость

В новой постановке Екатеринбургского оперного театра монахиня, паж и графиня сливаются в любовном экстазе
0
Уральцы познали россиниевскую легкость
Фото предоставлено пресс-службой Екатеринбургского театра оперы и балета
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

29 февраля музыкальный мир отмечал 55-ый день рождения Джоаккино Россини. По «нормальному» летоисчислению маэстро исполнилось 220, но високосный день сильно скостил число законных юбилеев, выпадающих на его долю.

В нашей стране центром торжеств оказался Екатеринбург. Как ни странно, в провинциальном театре, где, по словам директора Андрея Шишкина, всегда ходили стабильно только на русскую народно-эпическую классику, все билеты на 6 представлений никому не известного «Графа Ори» раскуплены.

Андрей Шишкин рассказал «Известиям», что авантюрная идея поставить в столице Урала нечто западное, легкое и комическое возникла как раз благодаря преобладанию мощных русских премьер: нынешний сезон начинался с «Князя Игоря», а следующий, 100-ый, откроется «Борисом Годуновым». «Граф Ори» был предложен режиссером постановки, москвичом Игорем Ушаковым. Опера не ставилась в России с 1838 года, и нотный материал пришлось добывать в Германии. Еще один «прыжок в неизвестность» касался языка: Россини писал «Ори» для Парижа, так что уральцам впервые в истории театра пришлось петь по-французски.

И хотя к прононсу претензии предъявить можно, но в целом авантюра — наперекор всем ожиданиям — удалась. Спектакль вышел легким, раскрепощенным и довольно стильным. Точный и не страдающий самовлюбленностью дирижерский жест Павла Клиничева обеспечил такую степень синхронности происходящего на сцене и в яме, какую редко услышишь в Большом и даже в Мариинском. Граф Ори (Дмитрий Трунов), графиня (Наталья Мокеева) и Паж (Надежда Бабинцева) выдержали испытание и колоратурами, и регистровыми крайностями, которыми чреваты партитуры Россини. Трунову приходилось не просто брать верхнее до пару раз за спектакль (как это бывает в «нормальном» романтическом репертуаре), а постоянно работать на границе первой и второй октав. Его легкий тенор, слегка терявший объем на самых верхах, все же блестяще справлялся с изысканной вокальной пыткой, задуманной Россини.

В местной газете художник Алексей Кондратьев и костюмер Ирэна Белоусова долго доказывали преимущества разделения двух этих профессий. Сцена доказала обратное: качественные и по-своему стильные декорации почти никак не соотносились с происходящим на сцене и с одеяниями героев. Но и это не сильно мешало — благо что декорации были не слишком подвижны, а на сцене происходило многое.

В благословенной Турени живут одни женщины, ибо мужчины под знаменами крестоносцев ускакали в Палестину. Дамы делают все сами — охотятся, пилят огромные бревна, рыбачат. Рядом с ними лишь небольшая шайка мужчин-бездельников, которым нечего делать, кроме как пить вино и приставать к прекрасному полу. В общем, вполне прозрачный намек на будни современного мегаполиса.

Добиваясь признания графини де Формутье, граф Ори переодевается сначала в святого отца, затем в монашку. Россини любил заигрывать с церковью: наверное, срабатывала генетическая память итальянца о папессах и святейших оргиях. Собственно, вся опера об этом: как легко и естественно уживаются в нас официальная мораль и природная «аморальность». «Граф считает нужным предупреждать жену о своем возвращении: внезапная радость может быть опасна» — эту проходную ремарку хочется назначить эпиграфом оперы. Во всех, кто дышит — в святых отцах и благородных графинях, в пропойцах и монахинях — живет жажда, скажем так, тактильного контакта.

Эту идею Ушаков блестяще проводит в кульминационном трио из второго акта. Граф, переодетый монашкой, думает, что пристает к Графине, а на самом деле обнимает собственного пажа. Про гендерные различия приходится забыть: в этом мире нежность монахини к своей патронессе, приставания кавалера к красавице и ухаживания графа за своим пажом едва ли не равноправны. Ушаков наполнил протяженную сцену виртуозной работой шести рук. В какой-то момент это «лапанье» в сочетании с дивной музыкой перестает быть веселой скабрезностью. Оно становится смыслом милого и по-своему гармоничного мира, в котором люди с итальянской страстностью хотят ощущать друг друга и при этом умудряются не нарушать строгий «общественный договор».

Именно поэтому в финале все остаются довольны, хоть граф и уходит ни с чем. Счастлив остался и Россини. «Соно феличе», — на чистом русском объявил густо загримированный под композитора актер, слушавший оперу из ложи. Актеру, правда, сильно не доставало россиниевских килограммов, зато достался полноценный букет от суетливой капельдинерши.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир