Производство ракетных двигателей остановлено из-за долгов завода
Руководство ракетно-космической отрасли вынуждено спасать московский металлургический завод «Серп и молот» (СИМ) от банкротства, чтобы не лишиться производства уникальных комплектующих для двигателей ракет и разгонных блоков. Только это предприятие, представляющее ценность для застройщиков благодаря площади и расположению, — 50 га у метро «Римская» — способно выпускать металлическую ленту прецизионной (особо точной) обработки, используемую в пневмогидросистемах двигателей.
— Осенью прошлого года СИМ за неспособность платить по счетам перевели в режим минимального энергопотребления, производство остановилось и поставщики двигателей — Усть-Катавский вагоностроительный завод и воронежское КБ «Химмаш», в свою очередь, остановили производство компенсаторов базовых блоков, — рассказывает высокопоставленный источник в Роскосмосе. — После этого Владимир Поповкин написал вице-премьеру Дмитрию Рогозину, что прервана заложенная еще в советское время цепочка производства двигателей ступеней ракет «Союз» и под угрозой пилотируемая программа: «Союзы» выводят на орбиту одноименные космические корабли с космонавтами.
Гендиректор СИМ Сергей Пареньков рассказал «Известиям», что предприятие оказалось в финансовой яме из-за кризиса 2008 года.
— В 2006–2007 годах мы провели аудит и совместно с крупными акционерами завода — департаментом имущества города Москвы (ДИГМ) и Банком Москвы, утвердили программу развития. Ее основными задачами было закрытие неконкурентных и экологически грязных производств, модернизация остающихся уникальных технологий и застройка освободившейся земли. Один участок планировалось отдать под строительство жилья, а другой — под выставочный комплекс, — пояснил он.
Проект осуществлялся под эгидой столичного правительства, а инвестором должен был выступить Банк Москвы, рассказал Пареньков. Предполагалось, что за передачу большей части своей территории завод получит компенсацию и на эти деньги модернизирует производство уникальных комплектующих для космической и атомной отраслей.
— В 2008 году были подписаны все документы, начался вывод производств и освобождение помещений, но реализовать дальнейшие планы помешал кризис, — говорит Пареньков. — Компенсацию мы не получили и вынуждены были нести расходы по содержанию всей территории, что негативно отразилось на финансовом состоянии.
В 2010 году завод возобновил реализацию программы, но тут сменились руководители и столицы, и Банка Москвы — банк перешел под контроль ВТБ.
В настоящее время, говорит Пареньков, завод плотно работает и с городом, и с ВТБ.
— Мы планируем, что в первом полугодии этого года все документы будут подписаны, программа возобновится и завод получит компенсацию на модернизацию, — рассказал он.
Производство гендиректор СИМ надеется возобновить в марте.
В Банке Москвы «Известиям» рассказали, что текущая задолженность завода по кредитам просрочена: СИМ должен этому банку около 170 млн рублей, заем был предоставлен несколько лет назад году на сумму 550 млн рублей.
— Сейчас идет большая программа по реформированию завода, и в ее рамках мы обсуждаем с банком варианты реструктуризации долга, — пояснил Пареньков.
— Банк Москвы — миноритарий завода и не может влиять на его хозяйственную деятельность, — отметили в пресс-службе банка. — В состав совета директоров предприятия, который состоит из 24 членов, от Банка Москвы входят всего три представителя.
Банку Москвы, по данным его представителей, в СИМе принадлежит 19,9% акций, а согласно отчетности самого завода — 18,372%. Другими крупными акционерами являются ДИГМ — 17,198% и ЗАО «МЕТА-СТ» (компания объединяет российских физических лиц, в том числе бывших и нынешних менеджеров завода) — 38,2%.
Пресс-секретарь Дмитрия Рогозина Лидия Михайлова не смогла рассказать о реакции вице-премьера на обращение Поповкина. Собеседник в Роскосмосе утверждает, что Рогозин среагировал и вопрос был поднят на военно-промышленной комиссии правительства.
Правительству не раз приходилось вмешиваться в ситуацию, когда остановка производства угрожала цепочке создания компонентов для ракетной техники. Самый известный пример — Байкальский ЦБК. Владимир Путин открыто заявил в 2010 году, что комбинат, несмотря на протесты природоохранных организаций, продолжит работу, так как в его продукции, а именно в специальных видах целлюлозы, нуждается ракетно-космическая промышленность.
