Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Армия
Силы ПВО сбили за ночь более 1,3 тыс. беспилотников над регионами России
Мир
США сократили помощь Грузии в 27 раз после возвращения Трампа в Белый дом
Происшествия
На Камчатке за несколько часов произошло три землетрясения
Мир
Войска Йемена отошли от Баб-эль-Мандебского пролива для защиты Адена
Мир
В Европарламенте заявили о признаках несостоявшегося государства на Украине
Общество
Защита сестер Хачатурян потребовала прекратить уголовное преследование
Мир
UnHerd оценил последствия отказа ЕС от договоренностей с Россией
Мир
В Венгрии заявили об отсутствии информации о владельце найденных миллионов долларов
Общество
В 2027 году в России вырастут доплаты к пенсиям и детские пособия
Общество
В ОП предложили ввести устный экзамен по обществознанию для девятиклассников
Спорт
Трусова завоевала серебро на этапе Гран-при по фигурному катанию в США
Мир
Хуситы заявили об атаке на нефтепровод в районе Эр-Рияда
Здоровье
Ученые связали нерегулярный сон с ухудшением психического здоровья
Экономика
Китай заменяет людей роботами на фоне угрозы сырьевого суперцикла. Что может пойти не так
Происшествия
Жителя Камчатки приговорили к 14 годам колонии за госизмену
Здоровье
Ученые связали повышенную чувствительность к холоду с изменениями жировой ткани
Общество
Россиянам рассказали о количестве рабочих и выходных дней в декабре
Мир
Юрист оценил перспективы допуска молодежной сборной России на ЧМ по хоккею

Кандинский стал фастфудом

Московской версии «Синего всадника» не хватает адаптации к российским реалиям
0
Кандинский стал фастфудом
фото: Владимир Суворов/ИЗВЕСТИЯ
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Одна из самых красивых выставок сезона открылась в Музее личных коллекций на Волхонке. Группа «Синий всадник», Кандинский и малоизвестные в России экспрессионисты — это событие, хотя выставка не готовилась специально для Москвы.

В начале ХХ века Мюнхен был одной из художественных столиц Европы. Не такой, может, популярной, как Париж, но тоже уважаемой. Сюда приезжали учиться иностранцы, в том числе и русские. Ради местных учителей юрист Василий Кандинский отказался от профессорства в эстонском Тарту и уехал в Баварию.

Выставку «Кандинский и «Синий всадник» в московском музее личных коллекций готовил мюнхенский музей в Доме Ленбаха (Ленбаххаус). Водоворот красок и танец линий начинается с «Фаланги», первой группы, созданной Кандинским, а завершается его абстрактными работами. Среди 60 картин полотен Кандинского — половина. Это событие, ведь Кандинского у нас мало. Большую часть жизни он провел за границей, в СССР собирать его было некому.

Группу «Синий всадник» назвали по одноименному альманаху (планировался ежегодник, вышел же один номер) и выставке, прошедшей в Мюнхене в 1911 году. Поводом для их появления стали трения в Новом художественном обществе Мюнхена, созданном при участии Кандинского и Явленского. Вторую выставку этого общества, где показывали и Брака с Пикассо, пресса сочла скандалом. Боясь, видимо, резких оценок, оргкомитет третьей выставки отклонил абстрактные работы Кандинского. За них вступился экспрессионист Франц Марк. Вместе художники решили делать журнал и выставки.

Компания собралась пестрая, но талантливая. Что ни имя, то классик сегодня — на Волхонке есть Пауль Клее, Август Маке, Алексей Явленский, Габриела Мюнтер… Единство стиля было не так важно, как принципы: художественная свобода, апология поиска ценились выше всего. Порой трудно найти общее между ярко-желтым «Тигром» Марка и сумрачными «Кактусами» Клее, почти реалистичным «Портретом с яблоками» Маке и разрушающим привычную логику цвета «Портретом Веревкиной» Мюнтер. А в «Синем всаднике» 1911 года участвовали еще Матисс и Руссо, Делоне и Кампендонк… Показать их Москве было бы важно для понимания контекста. Но выставку открывают символистские работы Ленбаха и Франца фон Штука: в честь Ленбаха назван музей, у Штука учился Кандинский.

Пейзажи запечатлели живописный баварский Кохель, где жил Марк, и Мурнау. В августе 1908-го Кандинский, Явленский, Мюнтер и Веревкина приехали сюда на этюды. Понравилось так, что Мюнтер, получив наследство, покупает здесь дом. Кандинский проживет в нем пять лет. Эти годы — важнейшие и для экспрессионизма, и для абстрактной живописи. В Мурнау писался трактат «О духовном в искусстве», ключевой текст своего времени, здесь обдумывался «Синий всадник». Виды Мурнау и Штафельзее стали хрестоматийными, они кажутся родными даже тем, кто в не был в баварских Альпах. На них оттачивалось новое зрение, по новому осмыслялись интенсивность цвета и четкость линии, понималось беспредметное.

В 2012 году ГМИИ имени Пушкина (в его составе и Музей личных коллекций) отмечает столетие. Говорят, главные выставки к юбилею проходят сейчас. Если это так, юбилей выглядит по-деловому и не особенно пышно. Есть одна настоящая удача — «Парижская школа», сделанная концептуально и спорно (а это плюс). Собирающая очереди выставка Дали из музея в Фигейрасе — из тех, что вряд ли бы попала в программы национальных музеев мировых столиц, поздний Дали интересен лишь из коммерческой перспективы.

«Синий всадник» же не сложносоставной проект, но лишь собрание Мюнтер, оставшееся после отъезда Кандинского. Ленбаххаус сейчас закрыт на реконструкцию (ее проводит бюро «Форстер и партнеры»), его выставка гастролирует по миру. Она была в Японии (откуда по дороге домой заехала в Москву) и Голландии, Америке (где также участвовали Центр Помпиду и Метрополитен) и Германии. В Баден-Бадене выставка выглядела посолиднее — на треть больше работ плюс фотографии, сделанные Мюнтер во время совместных путешествий с Кандинским.

Московской версии «Синего всадника» не хватает адаптации к русским реалиям, отчего она чуть похожа на фастфуд, пусть и качественный. Да и каталог зияет пустыми страницами — большинство репродукций публикуются в нем без комментариев.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир