Пианистка Иоанна претендует на «Георгия»
В программе шестого конкурсного дня фестиваля появился фильм, который с огромной долей вероятности принесет актерского «Георгия» исполнительнице главной роли Уршуле Грабовской. И, вполне возможно, этим список наград не ограничится.
«Иоанна» семидесятилетнего польского классика Феликса Фалька — доказательство тому, что деление кино на «молодое» и «старое» более чем условно. Этот нарочито старомодный фильм — кино высокой пробы, не укладывающееся в рамки заданной темы и, как всякое значительное произведение, не имеющее однозначных трактовок.
На первый взгляд Фальк делает то, что не раз уже делали до него. Варшава, 1939 год, гонения на евреев — все это, естественно, в памяти «Пианиста». Недаром пианино в квартире героини становится одним из самых важных объектов в картине.
И точно так же, как оскароносный фильм Романа Полански, «Иоанна» — больше чем просто картина о Холокосте. Собственно, Холокост как самая, наверное, драматичная страница в истории Польши является лишь фоном для рассказа о человеке, органично не способном жить иначе, чем по законам христианской морали. И о том, насколько эта мораль чужда проникнутому нетерпимостью, разделенному на «чужих» и «своих» обществу.
Иоанна — молодая женщина из интеллигентной семьи, в довоенной жизни — музейный сотрудник и преподаватель музыки — подбирает семилетнюю еврейскую девочку, чудом спасшуюся от облавы, в которой сгинула ее мать. Женщина прячет ребенка у себя, и это добавляет еще одну проблему к набору тяжелейших ситуаций, уже существующих в ее жизни. Муж пропал без вести, отец тяжело болен, работы нет, жилплощадь хотят отобрать, потому что слишком велика для одного человека…
Квартирный вопрос, по-видимому, испортил не только москвичей, но и жителей Кракова, поскольку некто, желающий завладеть принадлежащими Иоанне квадратными метрами, пишет на нее донос в гестапо. Чтобы спасти девочку, Иоанна отдается немецкому офицеру — интеллигентному, говорящему по-французски ценителю неброской, изысканной женской красоты. Так начинается новый виток несчастий в жизни женщины.
«Иоанна» — монохромный фильм, с удивительно скупым и искусным использованием цвета, с подробным, неспешным, но не затянутым повествованием, в котором автор не стесняется прибегать к клише и избитым сюжетным приемам. «Хороший» немец, не вовремя простудившийся и выдавший свое присутствие кашлем ребенок, подозрительные соседи, от которых не знаешь чего ждать, любящие и любимые родители, которым, однако, боишься доверить тайну. Но приемы эти, как ни странно, работают. Потому что в фильме есть главное, ради чего он снят: характер героини. Иоанна ведет себя так как ведет, не потому что храбра или склонна к самопожертвованию. Ее внутреннее «я» не допускает иной модели существования, ее добродетель инстинктивна, непафосна и не жаждет вознаграждения.
Но осознать, почему именно к ней мир столь несправедлив, она не в силах. И когда подпольщики заманивают Иоанну в ловушку и обривают голову за связь с немецким офицером, а все «приличные» люди, включая родителей, от нее отворачиваются, — одиночество Иоанны становится тотальным.
Фальк рассказывает свою историю без морализаторства и аллюзий, которые тем не менее естественным образом возникают в сознании зрителя. «Иоанна» — в значительно большей степени размышление о состоянии христианства в современном мире, чем вроде бы целиком посвященная этой теме другая польская картина из конкурса ММКФ — «Именем дьявола». В программе фестиваля фильм Фалька смотрится сколком европейской кинематографической традиции шестидесятых-семидесятых, тем «новым», которое и есть «хорошо забытое старое» и о котором самое время вспомнить.