Саркози попросил прощения у россиян

Театральные юбилеи (особенно юбилеи худруков) в приличных театральных домах России принято отмечать капустниками. В не очень приличных могут устроить на сцене какой-нибудь торжественный вечер с выступлениями чиновников разного ранга, щедрыми дарами от сильных мира сего и ответными раболепными речами юбиляра в адрес дарителей. В одном из самых интеллигентных театров обеих наших столиц конечно же разыграли капустник.

РАМТ вообще чурается всякого официоза. Тут стараются жить скромно, но по возможности достойно, а юбилеи проводить так, чтобы все потом вспоминали с придыханием – как хорошо посидели. Есть в этом театре какая-то сугубо московская домашняя теплота. На капустнике в честь Алексея Бородина она была разлита в воздухе. Тут не все шутки были удачными, но все - добрыми. А ведь неудачная добрая шутка, как известно, гораздо лучше неудачной злой.

Особенно позабавило начало вечера, где поздравить режиссера пришли (точнее, приехали в виде монументов на колесиках) Николя Саркози, Елизавета II, Барак Обама и наш сиятельный дуумвират. "Саркози", разумеется, не преминул вспомнить про «день Бородина» и попросил у худрука РАМТа и всех россиян прощения за своего «низкорослого предшественника». "Елизавета" принялась было благодарить юбиляра за оперу «Князь Игорь», но вовремя спохватилась. "Барак Обама" выехал на сцену в виде африканского божка в сопровождении ковбоя, к которому прилагались шляпа и сигара. Он тоже рассыпался перед режиссером в комплиментах. Молчаливее всех оказался наш "Дмитрий Медведев". Не успел он раскрыть рот, как из-за его спины вышел "Владимир Путин" (без колесиков) и выразил Бородину признательность за применение нанотехнологий в театральном деле. Тут от избытка чувств большая четверка принялась водить вокруг "Путина" хоровод и петь «Как на Алешины именины испекли мы каравай»,  а "Путин", не растерявшись, пошел вприсядку.

Далее силами артистов нам попытались представить жизненный путь худрука. Попытаемся сделать это и мы – совсем вкратце. Бородин родился в… Китае. В городе Циндао. Иными словами, он родился в эмиграции. О представителях этой самой эмиграции в советские времена было принято говорить «из бывших». И Бородин по стати, по манере себя вести, да и по своим эстетическим предпочтениям действительно «из бывших». Глядя на него, хочется воскликнуть: «Побольше бы России таких русских людей!» Ведь сколько «бывших» не вернулось, растворилось в чужеземье или просто оказалось перемолото жерновами нашей беспощадной истории.

Ученик Юрия Завадского, возглавивший Центральный детский театр (позже переименован в Молодежный театр – РАМТ), он никогда не был расположен к театральному авангарду и поиску новых форм. Для тех, кто из «бывших», и даже для их потомков вообще характерна верность старым добрым традициям. Иногда она оборачивается замшелым консерватизмом, граничащим подчас с мракобесием. В случае с Бородиным обернулась совсем иным.

Как-то так случилось, что  театр наш распался с некоторых пор на две неравные части – небольшой артхаусный залив и бушующее море театральной попсы. Качественного же мейнстрима, который не претендует на «новые формы», но умеет просвещать публику, развлекая ее, в этом море практически нет. За мейнстрим как раз и отдувается Алексей Бородин. Чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на внушительный список поставленных им спектаклей, в котором вполне предсказуемые названия («Вишневый сад», «Король  Лир») соседствуют с аж тремя постановками по Борису Акунину. Бородин одним из первых почувствовал театральный потенциал этого автора. И не прогадал.

Ему вообще всегда была важна увлекательная сюжетная основа — «Отверженные» Гюго, «Алые паруса» Грина, «Большие надежды» Диккенса… Даже спектакль по водевилям Чехова он назвал немного на бродвейский манер «Чехов-GALA». Зрители на этом Чехове в финале чуть не визжат от восторга. Но венцом его жизни в режиссуре стал конечно же многочасовой «Берег утопии». Ведь что такое трилогия Тома Стоппарда, как не сценарий интеллектуального сериала, адаптированный для сцены. Бородин сумел поставить его, не впадая ни в мелодраматизм, ни в пафосное занудство. Поставить так, что хрестоматийные герои нашей истории превратились из идолов в людей, а их размышления о судьбах родины оказались не менее интересны, чем прихотливые любовные перипетии трилогии. Проще говоря, этот уроженец Китая с русскою душой наконец-то заставил русский театр влиться в мейнстрим.

Кстати, сам Стоппард поприветствовал юбиляра в телеэфире, который ведущий вечера упорно называл прямым...