Альберт Лиханов: Крик о помощи должен быть профессиональным
Прозаик Альберт Лиханов, автор известных текстов о детях, вот уже 20 лет возглавляет Российский детский фонд. Вчера писателю исполнилось 75 лет. Корреспондент "Известий" Екатерина Пряхина побеседовала с юбиляром.
известия: Посмотрела справочную информацию о вас и обнаружила после имени Альберт в скобочках еще и "Глеб". У вас псевдоним?
альберт лиханов: Нет, оба имени настоящие. Глебом меня крестили, по святцам, сразу после рождения. Глеб убиен был мальчиком, хоть на иконах и рисуют братьев с бородками. А на самом деле ему не было и четырнадцати. Борису семнадцати не было. Так что первые русские святые - это два ребенка-страстотерпца. А это очень многое значит...
и: Вы всю жизнь посвятили детям - и литературе. Почему так сложилось?
лиханов: Страдать только на бумаге - мне неловко как-то. Может быть, это максималистская установка. Но для себя я сформулировал так: сначала Детский фонд вышел из моих книг. А теперь уже книги мои выходят из фонда. Я перенасыщен материалом и эмоциями - историями, которые здесь западают в душу в неисчислимом количестве.
и: Тяжело пропускать все через себя?
лиханов: Особенно тогда, когда сделать ничего не можешь. Ведь прежде чем что-то сделать, надо деньги найти. Я себя давно чувствую профессиональным попрошайкой - выпросить, вымолить...
и: Вы начинали в восемьдесят девятом. Можно сказать, фонд стал первой детской благотворительной организацией в стране, ведь деятельность его предшественника - Детского фонда имени Ленина - была остановлена еще в 1938 году.
лиханов: Я избалован советскими временами. Мы получали огромное количество денежных переводов от людей. Нам очень многое удавалось. Например, подарили детским домам полторы тысячи автобусов. Когда эти две колонны машин выходили с ЗИЛа и грузились на вагоны, чувство было - просто мороз по коже...
и: Сейчас возможно такое?
лиханов: Увы, нет. Но фонд действует. Сейчас у нас около 30 проектов. Работаем строго под отчет, под пристальным наблюдением. Сегодня нам нужна помощь государства. Работая вместе, мы могли бы реализовывать крупные проекты. К сожалению, сейчас все они застопорены и никак не продвигаются, больше разговоров.
и: Но что все-таки удается делать?
лиханов: Работы по горло. Своими силами продвигаем собственные проекты. Один из новых - "Детский туберкулез". Туберкулезом болеют дети бедных. Мокрая обувь, плохая одежда, недоедание - вот вам условия, которых достаточно, чтобы ребенок оказался в группе риска.
и: Речь идет о маргинальных семьях?
лиханов: У нас и в нормальных семьях такое сплошь и рядом. А если родителям не платят зарплату? Если они работают в бывших колхозах, где вместо денег морковкой расплачиваются? В детских противотуберкулезных санаториях с финансированием все в порядке. Есть лекарства, детей лечат, они там живут по полгода, учатся. Но у этих детей нет одежды, нет обуви. А ведь речь идет о семьях, где дети уже больны или склонны к страшному заболеванию, уже состоят на учете. Сейчас мы создаем банки вещей для этих детей.
и: С вещами недавно у чиновников вышло нехорошо. Все оказалось на помойке.
лиханов: Ради бога, вещи нужны неношеные! Поэтому мы принимаем только деньги! Мы ведь все это проходили, когда, следуя санитарным требованиям, мы сначала сдавали старые вещи в химчистку.
и: Это намного дороже, чем закупить партию новых.
лиханов: Конечно! Крик о помощи должен быть профессиональным. Так, недавно мы собирали помощь детям-погорельцам. В первую очередь - деньги, мы открыли счет. Потом нужны мыло, шампуни и прочее. Компания-производитель выделила партию этих товаров, мы отвезли их в Нижегородскую область. Но мы раздаем помощь адресно: конкретной семье конкретная упаковка, под расписку. Мы не бросаем вещи на складах, как у нас это делается в "пожарных" ситуациях. В Москве на складах при всех храмах лежат горы тряпья. Стоптанная обувь, поломанные костыли. Помощью должны заниматься профессиональные организации.
и: Какие специалисты работают с фондом?
лиханов: Медики, психологи, педагоги. Например, когда произошел конфликт в Цхинвале, мы выяснили, что там существует школа-интернат на 120 детей и что вся школа разбежалась. Мы всех собрали, оказали медицинскую и психологическую помощь. За три года мы их не бросили, постоянно возим сюда, лечим. Кстати, по нашей "наводке" РЖД заново отстроили этот интернат.
и: Я знаю, что вы много помогаете детям Беслана.
лиханов: Мы направляли туда бригаду психологов. Выявили детей, оставшихся полными сиротами. Каждому открыли счет, положили по 50 тысяч. Ведем каждого из этих детей. Например, я пишу письма в вузы, и детей принимают учиться. Это меняет их статус и надежды на будущее. Потому что во взрослой жизни мы не сможем им помочь.
и: То есть стремитесь не просто помочь разово, но влиять на судьбы?
лиханов: Мы собрали детей, получивших огнестрельные ранения во время чеченской войны. Каждому открыли счет. Среди этих ребят есть мальчик, которому оторвало руку и выбило глаз. Дом его семьи был разрушен. Мы им купили квартиру в Казани, мальчика приняли в университет. Сейчас он - кандидат наук по ядерной энергетике. Вот что значит финансы и поддержка, которая приходит в нужное время.
и: Сейчас у людей есть потребность помогать. Но многих останавливает опасение нарваться на нечестных просителей.
лиханов: Многие, прикрываясь этим недоверием, просто не хотят вообще ни в чем участвовать. Это всего лишь обоснование какого-то внутреннего отчуждения. Человек, который хочет помочь, - помогает.
и: А совсем скромные пожертвования вы принимаете?
лиханов: Мы восстанавливаем сгоревший в мае дом Паустовского в Тарусе. Требуется всего два миллиона рублей. Вот с мая на этом счету набралось 600 тысяч. Будем рады любому взносу.
и: Вообще, для писателя большая занятость бывает и опасна. Ведь когда писать? Литературу вы не отложили?
лиханов: Нет, не могу. Недавно вышла новая моя повесть - "Джордж из Динки-джаза". Это про войну, я ведь дитя войны. Понимаете, я по себе знаю детские переживания, когда голодно, холодно. Денег на кино нет, а там такой фильм идет! Так что прорывались в кинотеатр за бесплатно... Написал роман "Слётки", про нынешнее молодое поколение, которое растет в маленьких городках неприкаянным. Слётки - это птенцы, вылетающие из гнезда. Кто посильнее, взлетают, но многие погибают. Еще не так давно вышли две повести - как парный портрет - "Мальчик, которому не больно" и "Девочка, которой все равно". О детях, которые больны, часто необратимо, и о детях, переживших насилие. Сейчас обнародованы цифры: в прошлом году 109 тысяч детей подверглись насилию. Больше тысячи - убиты. Так происходит на протяжении многих лет. Народ потерял какой-то важный смысл...