Исчезающая профессия - рыбак
И нерпам с тюленями не навредить, и рыбаков без добычи не оставить. На этом "лезвии ножа" балансировали общественные слушания в поселке Усть-Луга по проекту комплексного экологического обследования заказника "Кургальский". Чиновники предложили разделить территорию заказника на зоны промысловые и не промысловые. Рыбаки не видят в этом смысла, так как, по их мнению, никакого урона нерпам и другим ценным обитателям охранных зон они не наносят.
Проблема лова рыбы артелями Кургальского полуострова живет на страницах "Известий" с весны 2009-го. Тогда постановлением губернатора Ленинградской области было отменено действие паспорта Кургальского заказника. Оставалось в силе лишь Положение о заказнике, согласно которому промысловый лов рыбы здесь запрещен. В результате артели рыбаков, состоящие из местных жителей, автоматически потеряли статус частных предприятий, а стали браконьерами. Летом 2009-го, после протестов рыбаков, Валерий Сердюков отменил свое постановление.
Как в воду смотрели
- Нам продлили аренду промысловых участков, - рассказывал тогда "Известиям" бригадир рыбацкой артели ООО "Хангелода" Сергей Артамонов, - но главное, что нужно сделать, - привести в порядок всю документацию по Кургальскому заказнику. Чтобы новых запретов не последовало.
Бригадир как в воду смотрел. Не прошло и года как чиновники администрации Ленобласти продолжили свои законотворческие изыскания. Они получились все с тем же запретительным уклоном.
На общественных слушаниях, прошедших на прошлой неделе в Усть-Луге, рыбакам была представлена идея разделения водного пространства заказника на зону экстенсивную, где рыбачить можно, и особо ценную, где нельзя.
- Разделение получилось довольно странным. Деревню, где много дач чиновников, отнесли к территории, на которой тюлени якобы не обитают, и там вести лов можно. В других местах нельзя, хотя нерп там не больше, чем в соседних бухтах. Такое впечатление, что делалось это по чьему-то заказу - но не тюленей и не рыбаков, а дачников, - сообщила "Известиям" Люция Паркова, председатель некоммерческого партнерства "Южный берег", объединяющего артели рыбаков.
Если вернуться к истории вопроса, заказник образовался еще в 1975 году, и тогда власти учли, что у местных жителей (в основном это малые народности: водь, ижоры, ингерманландские финны) испокон веков занятие было одно - рыболовство. Рыбаков не трогали: наука следила за составом воды и состоянием рыбных промыслов, государство контролировало соблюдение квот по вылову. Успешно дейст-вовал рыболовецкий колхоз "Балтика". Но "Балтику" обанкротили, и рыбаки стали "частными предпринимателями", их артели теперь - ООО.
И порт, и заказник
И вот апрель 2010-го. Общественные слушания по поводу нового Положения. Под слушания многие рыбаки взяли себе выходной. Собрались к пяти вечера. Беглый опрос рыбаков корреспондентом "Известий" показал: большинство не в курсе, что им вновь грозит "запрет на профессию". Впрочем, добра от слушаний, как и от решений чиновников, собравшиеся не ждали.
- Да плохо все, - говорит рыбак, представившийся Володей, - с одной стороны на нас Усть-Лужский порт давит, с другой - заказник.
О том, что с началом строительства порта рыбы стало гораздо меньше, судачат во всех рыбацких деревнях.
- Была бы сейчас прежняя рыба, мы бы сами себя "на вы" называли, - присоединяется другой Владимир - Верещагин, на баркасе за рыбой он ходит 28 лет.
В Ленобласти рыбак - одна из исчезающих сегодня профессий. Молодежь не идет, труд тяжкий, а рабочий день ненормированный: то с 6 утра до 10 вечера, то в шторм на берегу сидишь. Заработок зависит от улова. В сезон корюшки рыбаки могут по 30-40 тысяч рублей зарабатывать. Но это после месяцев "безрыбья", да и большая часть заработка уходит на закупку снастей.
…На слушаниях собралось человек 40 рыбаков и примкнувшие к ним жители. Представительница Балтийского фонда природы Анна Юрьевна размеренно зачитывала с экрана ноутбука, каким природным богатством в виде нерп, водорослей и птиц мы обладаем. Минуте на пятнадцатой рыбаки возмущенно загудели: "Вы что, издеваетесь!", "Давайте по существу!".
Зреющий конфликт пытался загладить глава отдела особо охраняемых природных территорий комитета по природным ресурсам Ленобласти Федор Стулов.
- Именно в заказнике, по сведениям ученых, самое большое биоразнообразие на территории Ленинградской области! - взывал он к рыбакам.
Стулов сообщил, что за 10 лет резко упала численность кольчатой нерпы - сейчас их всего 50 особей, а с тюленями вообще беда.
Но у рыбаков мнение другое: их работа не столько вредит биоразнообразию заказника, сколько мешает кому-то организовать здесь свою вотчину. "Регион стал интересен, когда тут началось строительство порта (из-за этого, кстати, и исчезает нерпа), - сразу и земля вздорожала", - бросил кто-то реплику из зала.
Продолжение следует
Слушания завершились с туманными перспективами для обеих сторон. Чиновники обещали учесть требования рыбаков, главное из которых - разрешить лов. А представители профсоюзов выразили уважение к желанию властей сохранять флору и фауну, но одновременно и большое недоумение по поводу того, что власти не озаботились сохранением людей.
- Думаю, мы с рыбаками заключим соглашение, что они будут применять орудия лова, исключающие поимку нерпы, - резюмировал "Известиям" итоги обсуждения Федор Стулов, - и прекращать лов на короткие периоды - весной, когда происходит гнездование птиц, и осенью, когда они готовятся к отлету. В остальное время лов рыбы будет разрешен. Мы попросим рыбаков, чтобы они, если к ним в сети попадется нерпа или редкая птица, сообщали об этом наблюдающим за заказником специалистам.
Но рыбаки ждут, когда будет окончательно снят запрет на их профессию.
- Все поколения жителей рыбацких деревень жили за счет морского промысла, - отмечает Люция Паркова. - Масштабы рыбной ловли всего-то несколькими артелями не таковы, чтобы они могли нанести ущерб природным запасам. И орудий лова, способных нанести вред тюленям, у рыбаков нет. Мне кажется, зонирование заповедника проводят в угоду высокопоставленным дачникам. Поэтому мы будем добиваться, чтобы, подчеркну, местные жители могли заниматься рыбным промыслом. И это должно быть узаконено раз и навсегда.