Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Россия и Иран договорились расширить сотрудничество в сфере надзорной деятельности
Мир
Ушаков заявил о важности предстоящей встречи Путина, Си и Трампа на саммите АТЭС
Армия
Бойцы ВС РФ поразили используемый для перевозки грузов ВСУ локомотив
Мир
Трамп заявил о сдержанном применении Россией силы на Украине
Мир
Премьер Эстонии выступил за бессрочное закрытие границы с Россией
Общество
Глава Минпросвещения назвал недопустимым сокращение стихотворений классиков
Авто
Подорожание годовых полисов ОСАГО принесло страховщикам 20 млрд рублей
Мир
Минтранс сообщил о переходе под флаг России более 130 судов с начала лета
Общество
Орешкин назвал санкции против Татьяны Ким признанием ее успеха
Мир
Мишустин отметил открытость России к экономическому сотрудничеству
Спорт
В Госдуме призвали наказать виновных за недопуск сборной России к ЧМ-2027
Армия
Глава ДНР сообщил о наступлении российских войск на дружковском направлении
Авто
В России намерены стимулировать локализацию автомобильных камер и радаров
Спорт
Путин поздравил теннисистку Мирру Андрееву с победой на Итоговом турнире WTA
Мир
Ушаков заявил об ожидании рекордных объемов взаимной торговли РФ и КНР в 2026 году
Мир
Совет ЕС одобрил выделение Украине нового транша в €8 млрд
Мир
Литва предложила США разместить военную базу на территории страны
Общество
Роскомнадзор сообщил об отсутствии планов по блокировке Steam

Лирический Ташкент

Среди миллионов советских граждан, переправленных в начальный период войны в глубокий тыл, было немало людей творческих профессий. В эвакуации писались книги, снималось кино, работали театры, сохранялись музейные коллекции. Продолжали свои занятия и художники. Например, в Средней Азии базировались несколько художественных вузов, эвакуированных из Москвы и Ленинграда
0
Меер Аксельрод. Портрет военного. 1942 год
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

На выставке "Рахмат, Ташкент!", открывшейся в Музее Востока, мало что напоминает о войне, но ее отзвуки различимы, поскольку все эти произведения создавались в эвакуации.

Среди миллионов советских граждан, переправленных в начальный период войны в глубокий тыл, было немало людей творческих профессий. В эвакуации писались книги, снималось кино, работали театры, сохранялись музейные коллекции. Продолжали свои занятия и художники. Например, в Средней Азии базировались несколько художественных вузов, эвакуированных из Москвы и Ленинграда. Правда, о полнокровном учебном процессе говорить все же не приходилось: многие студенты добивались снятия брони и уходили на фронт. Зато усилиями их педагогов и отдельных представителей старшего поколения появился на свет весьма примечательный слой искусства, который и сегодня нельзя назвать досконально изученным.

Заглавие выставки позаимствовано из стихотворения Анны Ахматовой, в котором она благодарила Ташкент и другие узбекские города не просто за приют, а еще и за "волшебные дни". Странная вроде бы формулировка, если учесть, что быт эвакуированных был полон лишений и невзгод - об этом свидетельствуют многочисленные письма и мемуары. Но там же, в письмах и мемуарах, нередко можно обнаружить признаки душевного подъема. Необходимость каждодневной борьбы за выживание (голод и болезни были тогда суровой реальностью) не отменяла вдохновения. Иначе как вдохновенными не назовешь работы Александра Лабаса, Владимира Фаворского, Амшея Нюренберга, Меера Аксельрода и ряда других художников, оказавшихся не только вдали от дома, но еще и в непривычном пейзаже и - даже шире - в незнакомой цивилизации. Эта новизна захватывала, заставляла иначе смотреть на окружающую действительность.

Так что не стоит удивляться тому, что холсты и акварели тех лет в большинстве своем лишены трагизма и мрачных колоритов. Разумеется, есть исключения - скажем, произведения знаменитого Роберта Фалька, даже самые камерные и интимные, исполнены тихой тревоги. Да и у прочих авторов "эхо войны" иной раз отзывалось в портретах раненых солдат или просто в драматических особенностях композиции. Но общее впечатление от выставки оказывается на удивление светлым и позитивным. Виды Ташкента, Бухары, Ферганы, Самарканда писаны и рисованы с таким неподдельным увлечением, что на ум приходит скорее Серебряный век с его культом красоты, нежели истинные обстоятельства, при которых эти работы возникали.

Та же Ахматова говорила когда-то о Пастернаке, что он пишет будто бы про революцию, а на самом деле - про погоду. Здесь нечто похожее. Казалось бы, художники должны ни на минуту не забывать о героическом противостоянии врагу, вносить свой творческий вклад в победу - а они словно очарованные странники изображают минареты, восточные базары, караваны верблюдов и завсегдатаев чайханы. Но подобные упреки выглядели бы разновидностью казенного ригоризма. Для художников сама возможность ощущать приливы вдохновения и работать так, будто и нет никакой войны, была личной победой над обстоятельствами. Такой эффект зовется несломленным духом. "Искусство в эвакуации" приближало победу по-своему, необъяснимым и загадочным способом - если угодно, через ноосферу. Разумеется, слово "подвиг" здесь совершенно неприменимо, зато можно говорить о настоящем творчестве, без скидок на тяжелые условия существования. А это и есть всегдашний долг художника перед обществом.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир