Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
FT назвала новую угрозу для производства дронов на Украине
Мир
Эксперт Солонников назвал атаку на судно угрозой морской блокады Калининграда
Мир
Около 60 тыс. пенсионеров в Румынии подали в суд из-за снижения пенсий
Происшествия
Силы ПВО сбили три беспилотника ВСУ над Севастополем
Мир
Посольство России назвало актом цензуры блокировку Google-аккаунта GFCN
Мир
В раде заявили об использовании русского языка большинством депутатов
Мир
В ЕС предложили увеличить расходы на оборону на 232%
Спорт
В Швейцарии возбудили уголовное дело после драки хоккеистов
Наука и техника
Эксперт объяснил причины сближения ChatGPT с традиционными поисковиками
Спорт
«Балтика» всухую обыграла «Оренбург» и одержала пятую победу в сезоне
Спорт
«Зенит» проиграл «Рубину» и потерпел первое поражение с сентября
Спорт
Мудрик обвинил главу Украинской ассоциации футбола во лжи
Спорт
Чемпиону мира по санному спорту Павличенко отказали в нейтральном статусе
Общество
Во Владикавказе после взрыва газа частично обрушился подъезд жилого дома
Общество
Во Владикавказе ввели режим ЧС после взрыва газа
Происшествия
Похитившего ребенка в Свердловской области мужчину ликвидировали
Общество
Сын Владимира Устинова рассказал о болезни отца и смерти матери
Мир
Nvidia выбыла из тройки самых дорогостоящих компаний

Разговоры с поляками о России

В воскресенье президент Польши Лех Качиньский и его супруга Мария будут похоронены в усыпальнице польских королей в Вавельском замке Кракова. Сейчас Варшава, где родился Качиньский, прощается с ним и "первой леди". Вместе с жителями польской столицы дань уважения яркому политику отдал и специальный корреспондент "Известий"
0
13 апреля. Молодая Варшава скорбит по погибшим (фото: АР)
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

В воскресенье президент Польши Лех Качиньский и его супруга Мария будут похоронены в усыпальнице польских королей в Вавельском замке Кракова. Сейчас Варшава, где родился Качиньский, прощается с ним и "первой леди". Вместе с жителями польской столицы дань уважения яркому политику отдал и специальный корреспондент "Известий".

- Простите, я слышала, как вы сейчас по телефону говорили, и поняла, что вы из России. И что вы, кажется, журналист. Можно вам рассказать одну историю?

Элегантная пожилая варшавянка говорит по-русски почти без акцента. В руке у нее - букетик белых тюльпанов.

- К президентскому дворцу идете?

- Ну да. Вот цветы несу для пани Марии и для пана Леха. Хотя при жизни никогда его не поддерживала. Но разве сейчас это важно?

Мою собеседницу зовут пани Малгожата. Всю жизнь преподавала в школе русский язык. Сейчас на пенсии.

- Я в последние годы с нашим русским себя как белая ворона чувствовала. Не в моде он стал. Все английский выбирают. Кто не английский, те - немецкий. Даже мой внук отказался русский учить. Ничего, говорит, нам эти русские хорошего не сделали, зачем нужен их язык? Мне так обидно стало... А после этой авиакатастрофы у него как будто глаза открылись. Пришел ко мне и говорит: "Бабушка, а ведь русские - нормальные люди. Хорошие. Как они нам сочувствуют, как помогают!". Вот эту историю я и хотела вам рассказать.

Почему-то поляки не ожидали, что на смоленскую трагедию мы отреагируем именно так. Что в России объявят день траура. Что польское посольство на улице Климашкина засыплют цветами. Что премьер Владимир Путин обнимет премьера Дональда Туска - на том самом страшном поле под Смоленском.

- А какой реакции вы ждали? Как себя должны были повести те русские, чей образ раньше был у вас в голове?

Этот вопрос я задавал, наверное, раз десять. Не отвечают. Поляки - деликатные люди. Обижать не хотят.

Впрочем, многое и так понятно. Зловещий образ России, который рисовали многие политики и средства массовой информации, повлиял на восприятие и страны, и народа. Чего ждать от людей, которые правду о Катыни скрывают, "зачистки" в Чечне устраивают, "оранжевую революцию" пытались задушить, со свободолюбивой Грузией воевали?

И вдруг наступает момент истины, просветления, озарения. Мифы рушатся, клише разбиваются. И внук пани Малгожаты делает для себя удивительное открытие: "а ведь русские - нормальные люди!".

Сегодня в Польше - небывалый всплеск интереса к России. Переключаю вечером в гостинице местные телеканалы. На первом бегущая строка сообщает: обе палаты российского парламента почтили память погибших в авиакатастрофе. На втором режиссер Кшиштоф Занусси беседует с ведущим о русской культуре, русской душе и русской истории. На третьем председатель Европарламента Ежи Бузек произносит с трибуны: "Нас глубоко тронула реакция россиян на трагедию".

Когда в последний раз польский политик публично хвалил Россию - да еще и перед европейской аудиторией? И происходило ли такое вообще, если не брать в расчет советские времена? Но тогда это было не совсем искренне.

А польских журналистов, толпящихся у входа в сейм и опознавших во мне россиянина, больше всего волновало, действительно ли Владимир Путин не мог сдержать слез, рассказывая Дмитрию Медведеву о посещении места трагедии.

- Нет, ну не верю я! Железный Путин, неужели он может плакать? - недоумевает бойкий худощавый репортер.

- А почему нет? Он что, не человек?! Значит, такое он там увидел, в Смоленске, - решительно возражает коллега постарше.

Я поддержать их разговор не могу и честно признаюсь, что не видел телесюжет, о котором идет речь.

Впрочем, тему уже сменили. И вновь заговорили о самом наболевшем. О том, что нельзя хоронить Леха Качиньского и его жену в Кракове, в Вавельском замке.

- Там лежат короли, военачальники, герои нации. При чем здесь Качиньский? Он что, герой? Да, очень жалко, что президент трагически погиб. Но это не повод хоронить его в Вавеле, - горячится молодая блондинка с микрофоном в руке. По-английски она говорит не очень, постоянно сбивается на польский, но суть понятна.

Вот уже два дня в Варшаве все только и говорят, что о Вавеле. И я не встретил ни одного человека, который приветствовал бы это решение. Даже у президентского дворца, где вокруг портретов Леха и Марии Качиньских ковер из цветов и тысячи поминальных свеч.

Пан Збигнев, отставной военный лет шестидесяти, принес сюда "знич" - свечу в виде большого фонаря. Передал мальчику-волонтеру, который нашел для "знича" свободное место среди сотен других поминальных фонариков. Молча постоял минуту, перекрестился. Извинился за "плохой русский, который не использовал лет двадцать". И только после этого стал отвечать на мой вопрос про место захоронения президента.

- Нехорошо это, нескромно. Те, кто принимал это решение, оказали памяти Качиньского плохую услугу.

- А кто принимал?

- Я не знаю точно. Говорят, что его брат Ярослав. Ну и церковь, конечно. Епископы не стали возражать семье покойного. А зря.

- А где президента надо было бы похоронить?

- Здесь, в Варшаве. Он варшавянин, любил этот город. Пан Лех был обыкновенным политиком, со своими плюсами и минусами, достоинствами и недостатками. А из него хотят сделать второго Пилсудского. Но ведь все равно не сделают!

В тот же день в спор о Вавеле вступила "тяжелая артиллерия". Легендарный режиссер Анджей Вайда заявил: "Место для похорон выбрано неверно, в спешке, под влиянием эмоций. Это решение может вызвать самый глубокий раскол в польском обществе со времен 1989 года".

Только, похоже, уже поздно. Решение объявлено, приглашения на похороны разосланы, прилетят президенты и премьеры, короли и королевы. Назад пути нет.

А жаль. Немного обидно за поляков. Несколько дней они демонстрировали всему миру поразительное единство нации перед лицом общей беды. И вот - новый раскол. Пройдет неделя траура, начнется избирательная кампания, и спор о месте погребения снова разделит людей. Одни кандидаты станут обвинять, другие - оправдываться. И не суждено будет Леху Качиньскому стать символом примирения нации.

Но пока об этом мало кто задумывается. До похорон остались считанные дни, и Польша скорбит. На каждом здании а центре Варшавы - бело-красные национальные флаги с траурными ленточками. Такие же флаги и флажки - на машинах и на куртках прохожих.

У президентского дворца - по-прежнему толпы людей. Кажется, здесь побывал уже каждый варшавянин. Теперь настала очередь жителей других городов.

Стал накрапывать дождик, но никто зонтики не достал. Так и стояли люди у ограды, смотрели на портреты президента, его жены и спутников. А по лицам текли то ли слезы, то ли капли апрельского дождя.

Пассажиры не оказывали давления на пилотов? "Черный ящик" Ту-154 расшифрован

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир