Боевика не пустили на построение
В понедельник произошел новый теракт с участием смертника. На этот раз объектом атаки стало здание ГОВД в ингушском Карабулаке. Два взрыва унесли жизни двух милиционеров. Боевики так активно используют смертников, что складывается впечатление: в живой силе у них недостатка нет.
Первый взрыв прогремел в 8.15, когда перед зданием карабулакского ГОВД проходил развод личного состава: отслужившие ночное дежурство милиционеры сдавали смену.
- Неожиданно к воротам подъехала серебристая "Лада" 12-й модели, - рассказала "Известиям" руководитель пресс-службы МВД Ингушетии Мадина Хадзиева. - Водитель припарковал ее метрах в 50 от въезда на территорию ГОВД и направился к входу. Однако попасть на территорию ему не удалось: двое постовых преградили дорогу и потребовали у подозрительного незнакомца документы. Сунув руку в карман, мужчина подорвал себя.
Двое сотрудников патрульно-постовой службы, стоявшие рядом со смертником, погибли на месте. Как выяснили "Известия", они оказались личными охранниками начальника карабулакского ГОВД. Еще трое милиционеров, стоявших неподалеку от места взрыва, получили легкие ранения. Между тем, наученные горьким опытом, ингушские оперативники не стали близко подходить к припаркованной серебристой "Ладе" с дагестанскими номерами.
- Автомобиль оцепили, причем милиционеры стояли на безопасном расстоянии, и вызвали саперов, - пояснила Мадина Хадзиева. - Но те подъехать не успели: ровно через час машина взорвалась. Пострадали семь милиционеров, исполняющий обязанности прокурора города Карабулак и один гражданский. К счастью, несильно - у сотрудника прокуратуры лишь порвался пиджак.
Как выяснилось, мощность взрыва шахидского пояса составила около трех килограммов в тротиловом эквиваленте, а начиненной взрывчаткой машины - аж пятьдесят килограммов. Следователи уже установили, что автомобиль был угнан из Донецкой области Украины. Как он пересек границу и попал в Ингушетию, пока неизвестно. Стоит отметить, что характер карабулакского теракта точь-в-точь напоминает недавний взрыв в Кизляре. Только там последовательность была иной: сначала взорвалась припаркованная "Нива", а затем уже - переодетый милиционером шахид в толпе своих "коллег". Тем не менее замысел террориста не удался, ведь он не смог подорвать стоявших на построении милиционеров.
Сейчас, когда взрывы загремели с небывалой даже для Северного Кавказа частотой, кавказские спецслужбы бросились проверять "неблагонадежных" граждан, которые так или иначе могут быть причастны к терроризму. Ведь не секрет, что многие шахиды и их пособники - родственники погибших боевиков. Только за последнюю неделю в России подорвались пять террористов-смертников. Значит ли это, что в распоряжении бандформирований большой человеческий ресурс и они не жалеют "живых бомб"?
- У нас в розыске сейчас находится несколько десятков боевиков, - сообщила "Известиям" Мадина Хадзиева. - Из года в год состав списка меняется: кого-то ликвидируют, кого-то задерживают, но общее количество остается неизменным.
И без углубленного изучения ситуации на Северном Кавказе становится понятно - это лишь вершина айсберга, случайно показавшаяся из-под воды. Представление о численности боевиков на Северном Кавказе у спецслужб весьма приблизительное. К примеру, главком внутренних войск МВД РФ Николай Рогожкин в 2008 году заявлял, что общее количество боевиков - 400-500 человек. При этом в том же году боевики потеряли убитыми, задержанными и сдавшимися более 550 человек. Только за первую половину прошлого года, по словам министра внутренних дел Рашида Нургалиева, удалось нейтрализовать уже более 700 боевиков. Получается, несмотря на все успехи, людей у террористов в избытке, и они могут их не жалеть?
- Очень сложно оценить, насколько многочисленны бандформирования, - поделился с "Известиями" глава ингушского отделения правозащитного общества "Мемориал" Тамерлан Акиев. - Организованные группы боевиков постоянно перемещаются по всему Северному Кавказу, из одной республики в другую. Проблема не в количестве террористов, а в том, что оно остается неизменным. На месте ликвидированных боевиков тут же появляются другие, словно из бездонного колодца. В основном бандподполье подпитывается из числа местных жителей, в частности родственников убитых боевиков. Правоохранительные органы почти не контролируют "неблагонадежные" семьи. Придет участковый раз в полгода, спросит: "Все на месте?", ему ответят: "Все". Вот и весь контроль. Спецслужбы борются с остаточными явлениями. Ловят и убивают рядовых исполнителей, марионеток, а нужно наносить удар по самой системе: по базам террористов, по обучающим лагерям для боевиков и по самим учителям. А этого пока не делается.