Долгожданный уик-энд
15 марта 1967 года в "Известиях" было опубликовано постановление ЦК КПСС, Совмина СССР и ВЦСПС "О переводе рабочих и служащих предприятий, учреждений и организаций на пятидневную рабочую неделю с двумя выходными днями".
История вопроса уходит в 20-е годы прошлого века. За сорокачасовую рабочую неделю советское правительство боролось всегда, а вот с рабочими днями происходила постоянная чехарда. В 1929 году было введено непрерывное производство, год преобразован в 72 рабочие пятидневки. Пять дней отводились под праздники. По такому табелю-календарю предполагалось наличие не только 29-го, но и 30 февраля. Рабочие и служащие разделялись на пять групп, в каждой определялся выходной день по скользящему графику, что и обеспечивало "непрерывку".
Несовершенство реформы было очевидно: она усложняла личную, общественную и семейную жизнь из-за несовпадения выходных дней у разных групп населения. Так что уже в декабре 1931 года вернулись к шестидневной рабочей неделе с фиксированными выходными днями - 6, 12, 18, 24 и 30-го числа каждого месяца. Летом 1940 года, за год до начала войны, была введена семидневная рабочая неделя.
И вот март 1967 года. Страна шагает к юбилею: в ноябре грядет 50-летие Великого Октября. Народу заранее - подарок: полноценный двухдневный отдых после трудовой пятидневки. Правда, нововведение не касалось непрерывных производств (там сохранялся скользящий трехсменный график). Постановление не распространялось и на учебные заведения (школы, техникумы, вузы): увеличивать учебную нагрузку в будни за счет свободного дня сочли невозможным. Вроде бы правильно, но опять нестыковка: родители отдыхают, а дети трудятся, и с семейными планами на уик-энд неувязка.
Завершить переход на пятидневку по стране надлежало за 8 месяцев, к 7 ноября. И здесь в передовиках оказались рабочие Ивановской области - как в 1905 году, когда в Иваново-Вознесенске был создан первый в России Совет рабочих депутатов. 20 марта в "Известиях" напечатана полоса "Текстильный край страны", и в ней, в частности, рассказ об эксперименте с двумя выходными днями, который пришел на ивановскую землю чуть раньше постановления и уже принес свои плоды. Врачи зафиксировали снижение заболеваемости на здешних предприятиях и окрестили ивановский пятидневный график "графиком здоровья".
Как бы то ни было, новшество быстро внедрилось в сознание и быт народа. И кто мог предположить тогда, что через десятки лет этот народ начнет изнывать от череды праздников, от вынужденных десятидневных зимних каникул, когда иссякают все ресурсы отдыха - и физические, и финансовые. В унылом застолье под последнюю рюмку "шумит камыш, деревья гнутся" - и "график здоровья" резко падет вниз.
Были в той мартовской неделе и другие громкие материалы - "гвоздь" в каждом номере. Искрометные путевые заметки Сергея Образцова "Страны и люди" после зарубежных гастролей его театра (эмоциональные афоризмы великого кукольника: "Кто это выдумал теорию о северной холодной крови? 36,6 у всех людей на всем земном шаре" или "Нет свойств таланта или моральных свойств, присущих такому-то народу и не присущих такому-то"). Рассказ Ираклия Андроникова "Неутомимый Малышев" - о знаменитом ученом из Пушкинского дома в Ленинграде, за 15 лет нашедшем и собравшем воедино три с половиной тысячи старинных рукописей. А вот сообщение о кинодебюте молодого артиста Олега Янковского (в кинотрилогии "Щит и меч" - белокурый эсесовец Генрих Шварцкопф).
Внимание задержалось на "заметках из блокнота" нью-йоркского корреспондента "Известий" Станислава Кондрашова - "Дорога к водопаду", невольно вернувших меня к главной теме сегодняшнего обзора. Очерк начинался фразой: "Итак, долгий уик-энд". Наш неутомимый, вдумчивый и пытливый коллега решил дать себе двухдневную поблажку - отправился на авто в путешествие к Ниагаре. Вроде бы и впрямь забылся: "И такая свежесть от падающей воды, от несчетных миллиардов брызг, от сверкающей алмазами водной пыли. И, щедро обнимая этот веселый праздничный мир, в котором душа человека вдруг откликается на зов природы, висит в небе радуга, затушеванная посредине вечным облаком водяной пыли". Но нет, не забылся. Ведь дорога - это неожиданные встречи с новыми знакомыми, журналистская потребность общения ведет к долгим разговорам, а в них не уйти от полемики и политики.
В разговорах не раз звучало вечное американское напоминание: мы вам во время войны оказали суммарную помощь по ленд-лизу на 10 миллиардов долларов. Те, что посовестливее, замечает Кондрашов, вздрагивали, когда в ответ слышали о 20 миллионах наших смертей и 450 тысячах американских.
...Уж какая тут Ниагара, отдых. Вот и выходит, что у настоящего журналиста уик-эндов не бывает.
