Лыжница Наталья Коростелева: Подвиг Майдич мне не повторить
В ночь на пятницу на размокшей трассе Уистлера женская сборная России из рук вон плохо выступила в лыжной эстафете 4х5 километров. Впервые в современной олимпийской истории наши девушки довольствовались на зимних Играх восьмым местом и добавили негатива без того не безоблачному настроению болельщиков. Однако по окончании даже столь неудачного финала лидер российской команды Наталья Коростелева не стала уклоняться от общения с корреспондентом "Известий", а подвела предварительные итоги Олимпиады и высказала собственное мнение, где и почему мы уступаем заграничным лыжникам.
Об эстафете. У нас был отличный настрой на гонку, все девочки выходили бороться. Я разговаривала перед эстафетой с нашим стартером Ольгой Завьяловой, она хорошо себя чувствовала. Однако, как ни печально это звучит, наша команда сервисеров серьезно промахнулась со смазкой на первых двух этапах, которые Оля и Ира (Хазова – "Известия") бежали классическим ходом. А когда лыжи не едут, очень сложно что-то изменить.
Завьялова после гонки сказала, что как ни толкалась со спуска, ничего не могла сделать при таком скольжении. Впрочем, лично у меня никаких вопросов к смазке нет. На моем этапе (четвертый, свободный стиль – "Известия") лыжи работали превосходно. Я боролась практически до финишной черты, но преодолеть более полутора минут отставания в такой скоротечной гонке нереально. Это же командное состязание, тут ничего нельзя сделать в одиночку.
О медалях. Конечно же, судя по предолимпийским стартам и прогнозам, в Уистлере мы недобрали наград. Однако Олимпиада еще не кончилась, а спаду наших результатов есть объяснение. Я уже рассказывала "Известиям, что на стыке прошлого и нынешнего годов сборную скосила настоящая эпидемия, которая не позволила нам плавно набирать спортивную форму. Почему не убереглись от гриппа и вирусных инфекций, вопрос не ко мне.
Я сама пострадала от простуды и только под занавес Игр наконец-то прихожу в себя. Появляется былая легкость, поэтому, возможно, рискну пробежать 30 километров. Если же тренеры не включат меня в заявку, конечно, расстроюсь, но сильно горевать не буду. Все-таки домой возвращаюсь не с пустыми руками, а с бронзовой олимпийской медалью. Да и брат (Николай Морилов – "Известия") тоже порадовал наших родителей бронзой.
О скандалах. Слава богу, на этой Олимпиаде сборная России избежала больших проблем. Наверное, основной негатив был выплеснут задолго до нашего вылета в Ванкувер. Болельщики должны понимать, что я имею в виду. Если же говорить о недоразумении, которое случилось со мной в ходе спринтерской гонки, этот инцидент, надеюсь, исчерпан. Допинг-офицеры перестарались и повели меня на анализ до окончания соревнований, что противоречит существующим правилам. Когда разобрались, принесли извинения.
Что касается обвинений полячки Юстины Ковальчик в адрес норвежских лыжниц, якобы страдающих бронхиальной астмой, я на ее стороне. Не должно быть двойных стандартов. И если уж кто-то борется за чистоту спорта, то и сам должен быть вне всяких подозрений. Мне лично не очень понятно, как девушки с таким тяжелым диагнозом выигрывают золотые медали. Смешно и грустно, когда первую шестерку в дуатлоне (7,5+7,5 км классикой и "коньком" – "Известия") вместе с Ковальчик составили пять "астматичек". И ведь с точки зрения медицины к ним не подкопаешься!
Другой скандал связан со словенской лыжницей Петрой Майдич, упавшей с обрыва в спринтерской гонке, сломавшей четыре ребра и повредившей легкое. Я не представляю, как она с такой невыносимой болью умудрилась выиграть бронзовую медаль. Думаю, Петра совершила подвиг, на который у меня бы, наверное, не хватило сил. Я подъезжала к краю обрыва – дух захватывает, когда представишь, как она туда летела! Думаю, претензии словенской лыжной федерации к организаторам Олимпиады вполне уместны. Но даже если словенцы не добьются извинений, я все равно готова снять перед ними шапочку.
Обидно, что в России в подобных или других обстоятельствах спортсмен зачастую оказывается один на один со своими проблемами. Его никто не хочет, да и не умеет защищать. Упал на плохо продуманной лыжне? Сам виноват. Нашли допинг? Отмывайся…
О перспективах. Сейчас только и слышно что об Олимпиаде в Сочи. Мол, здесь мы на несколько шагов отступили, зато в 2014 году отыграем свое. У меня лично большие сомнения по этому поводу. Увы, на Играх-2010 в Ванкувере Россия начала пожинать плоды безвременья 90-х годов прошлого века, когда в стране сотнями (если не тысячами) закрывались спортивные школы, талантливые тренеры и спортсмены нищали и либо бросали неблагодарную работу, либо разъезжались за рубеж, методики и медицинское обеспечение приходили в упадок, а для молодежи культом становилось пиво и прочие удовольствия. Так что вы теперь хотите от потерянного поколения, отдельные представители которого все-таки пытаются чего-то добиться на энтузиазме?
Наверное, я вас сильно разочарую, если скажу, что и сегодня мало что изменилось в отношении к детскому спорту, без развития которого немыслимы олимпийские достижения. А для примера возьму свою семью. Я уже рассказывала "Известиям", что мои родители работают в детско-юношеской школе пермского клуба "Прикамье". Пока работают. Потому что в ближайшее время школа будет закрыта, и на улице окажется не только группа педагогов, но и сотни их учеников. Среди которых, возможно, есть потенциальные олимпийцы. Я не уверена, что положение может спасти даже наш с братом визит с медалями Ванкувера к мэру Перми или к губернатору Пермского края. Клуб и школа обречены из-за недостатка средств на их финансирование. А спорт правительству края не интересен.
Кто мне сможет ответить: это государственный подход?