Потаенное судно

Двести девяносто лет назад русский крестьянин-изобретатель Ефим Никонов написал прошение Петру Первому - начать разработку проекта военной подводной лодки. И царь откликнулся: на Адмиралтейской верфи было создано опытное производство. Дело было примерно так...

Солнце вылезло из-под Невы. Петр Алексеевич потянулся, аж в спине хрустнуло, сбросил одеяло и включил компьютер. Камментов на блог и писем на мыло набросали уйму. "Бью челом... не дают дьяки пекарню открыть..." Это после. "Боярские сынки, коих ты послал учиться в Швейцарию, Бурсалиев, Темлюк и Аримджанов, на кобылах скача вперегонки, сбросили в пропасть проезжавшего мимо часовщика Константина Вашерона, из-за чего поставка прехитрых механизмов для кунсткамеры..." Петра перекосило, угол рта задергался. "Потаенное судно..." А вот это интересно! "Бью челом... не дают дьяки ходу изобретению... а я, поддерживая идею модернизации... подводное потаенное судно... могущее поджечь хоть десять, хоть больше противных нам кораблей с под днища оных. А еще я удумал скафандр, который... в будущем... а так же и к Марсу. Ефимий Никонов, бондарь шестого разряда".

...- Кланяйся, клепка бочарная, - шептал сзади Апраксин, ведавший Адмиралтейским приказом, но Никонов стоял столбом: со страху переклинило.

Петр прохаживался мимо него. Читал выкатку с принтера, поглядывал, губу покусывал. Потом взял бондаря за щеку, притиснул лицо к своему.

- А шестнадцать пудов говяжьего сала зачем?

- Так это, доски пропитывать, - прошептал Ефимий.

- А три ящика "Хеннесси Парадайз"? Чего им пропитывать станете? Викторию отмечать рано.

- Так это не я, это господин Апраксин вписали. Говорят, на пре... на пре...

- На пре... на пре... - передразнил царь. - На презентацию, что ли?

Никонов кивнул и сглотнул.

- Ах вот что... Ну, это я после разберусь.

Апраксин тревожно и выжидающе молчал.

- "Для стягивания просмоленных досок потребно нанотрубок аршин сто или хоть восемьдесят..." Да ты знаешь, почем эти трубки? Нельзя дюралем? Никелем? У нас никеля и алюминия много.

Стоявшие удаленно хозяева сибирских плавильных заводов закивали и захлопали по карманам шуб в поисках авторучек.

- Что там дальше? "Для таковых целей создать многажды укрупненный Приказ по излаживанию, испытанию и внедрению потаенных судов ("Роспотсуд"), путем совокупления в оном..." А вот это уж точно не ты, дурак, писал, - глаза Петра загорелись. - Кто надоумил? Говори!

Но Никонов уже не слышал Государя. Как стоял - так и рухнул смоленой доской. Очнулся он оттого, что Апраксин вливал ему в рот что-то крепкое и шибко духовитое из фляжки.

- Повезло, очень смеялся батюшка твоему афронту. Велел все испрошенное выдать, окромя нанотрубок. И коньяк разрешил... Но уж если ты, обрубок, не изладишь потаенного судна - пеняй на себя. Я тебя сам под воду... без скафандра...

...Готовое судно стояло у воды, темнея смоленым бочком, сияя никелированными ободьями. Из рубки торчало усатое лицо испытателя, потомственного вилючинского водоходца. Поодаль стояли летописцы, записывали каждое слово. Царь приехал не один, а с Катей.

- А как назовем-то потаенное судно? - спросила она, оглядывая диковину. - Известное дело: как назовешь - так и поплывет.

- Может, "Булава"? - предположил знатный летописец Залитовкин.

- Нет, "Булавой" мы во славу российского воинства другое изделие назовем, - мечтательно сказал Петр. - Ну, Катенька, бери топор, руби канат.

Катя умело жахнула. Судно заскользило по стапелям и раздвинуло без плеска серую воду. Покачавшись под крики "ура" на малой невской волне, оно вдруг издало утробный звук и, не мешкая, затонуло. От удара о дно корпус лопнул. Водоходец едва успел вынырнуть.

Никонов привычно упал.

Петр постоял еще минуту в мертвой тишине. Потом сказал:

- Будете повторять, пока сия посудина не поплывет. Изобретателю позора и пытки не учинять.

Никонов разом очнулся.

- Батюшка, царь, отец... Все дело-то в нанотрубках, без них, вишь, синергия не происходит, будь она неладна. Дозволь допустить дополнительный бюджет...

- Слышь, как тебя там... Ефимий. - Царь склонился к самому уху мастера. - Ты понимаешь, их у нас пока что нету.

- Нету? - прошептал Никонов.

Царь кивнул. И добавил ласково:

- Давай пока никелем, а?

...Апраксин сидел за столом, анализировал происшедшее на Госассамблее. Левой рукой он прикладывал пятак к синяку на скуле. Правой кушал квашеную капусту. Никонов стоял дрожа. Начальник достал из шкафчика штоф, налил коньяку в пузатый бокал, погрел в руке, подвинул в сторону Ефимия.

- В прежнее время я бы тебя, - медленно выговорил Апраксин изобретателю, словно жерновом смолол. - Я бы тебя... Чего она не плывет, проклятущая? Шестое испытание!

- Причина каждый раз иная, - прошептал изобретатель. - В этот раз комплектующая оказалась китайская... подсунули, ворюги. Больно, Федор Матвеевич? А я хотел спросить: чего это такое - реплика?

Апраксин обтер усы, посмотрел изобретателю в глаза: нет, не издевается. Просто не знает. И чокнулся с ним своим бокалом.

...Солнце падало в Неву. Петр Алексеевич устало подписывал указы. "За беспершпективностью пресечь денежное довольствие изобретателю Никонову Е., а прожекту потаенного судна боле ходу не давать..." Петр подумал и приписал от руки: "Никонова вернуть в бондари, на Астраханские верфи, не укорять и не пороть. От него еще много будет пользы. Модель последнего образца запереть в сарае, на утешение и урок потомкам".

Почти век спустя Фултон предложил Наполеону свой проект, сильно смахивающий на никоновский. Корсиканец ничего не понял. Первую военную лодку создали американцы. Вскоре и мы их догнали. Обычное дело.