"Ручное управление" для моногородов
В наступающем году правительство намерено выделить внушительную сумму - 10 миллиардов рублей - на проекты по развитию моногородов. В кризис моногорода оказались миной замедленного действия: понятно, что может взорваться, но не очень понятно когда. Безусловным символом этого стал Пикалёво.
До начала лета об этом городке в Ленинградской области мало кто знал. Теперь - имя нарицательное.
Бунт в Пикалёве (его кульминацией стала перекрытая федеральная трасса) "подсветил" сразу несколько тем, которые до этого находились по большей части в тени. Первая - это конечно же сами моногорода. Термин, кстати, раньше тоже употреблялся по большей части специалистами, а теперь, после Пикалёва, стал абсолютно общеизвестным.
Таких населенных пунктов - целиком и полностью зависящих от одного предприятия - в России более 300. И в них живет более 10% российских граждан. Моногородам, наследию еще советской экономики, проблем добавилось после перераспределения полномочий между уровнями власти. Школы, детские сады, поликлиники и прочая "социалка" - теперь это, как правило, забота муниципалитетов, а их бюджеты в моногородах трещат по всем швам. Те же пикалёвцы уже в начале декабря, во время "Прямой линии" премьера Владимира Путина, жаловались: у них закрыли инфекционное и родильное отделения в больнице, профтехучилище и отделение Пенсионного фонда. А главное - по-прежнему совершенно не ясно, что будет дальше.
На вопрос "что делать с моногородами?" окончательного и однозначного ответа пока нет. Часть из них включена в перечень тех населенных пунктов, которым по решению правительства в 2010 году будет оказана массивная поддержка из федерального бюджета. Цель этой программы - найти внутри самих моногородов другие, не связанные с градообразующим предприятием рабочие места и соответственно источники дохода для проживающих там людей.
Проблема в том, что малый и средний бизнес идет в моногорода неохотно: если вдруг перестанут платить зарплату на основном заводе, все остальные очень быстро прогорят. А федеральная поддержка все же не может быть вечной. Тем более что некоторые моногорода будут пытаться выселять, как в свое время выселяли поселки вокруг выработанных и заброшенных шахт. А это процесс и болезненный, и затратный.
Вторая важная тема, болезненно "всплывшая" после Пикалёва, - отношения власти и граждан. Пикалёвцы хоть и не от хорошей жизни, но показали опасный алгоритм: если тебе плохо, то надо перекрыть федеральную трассу, тогда приедет большой начальник и все решит. В итоге на то, чтобы погасить волну недовольства в остальных моногородах, местным властям пришлось потратить немало сил.
Хотя по идее те же силы должны были быть потрачены совсем на другое: на то, чтобы устранять причину, а не следствие. Не зря Владимир Путин в том же Пикалёве устраивал публичную порку не только хозяевам завода, но и губернатору: "Почему здесь все забегали, как тараканы, перед самым моим приездом? Почему здесь раньше не было людей, способных принимать решения?" В общем, в "автоматику" "ручное управление" так и не перешло, и это проблема отнюдь не одного Пикалёва.
Хроника встревоженного Пикалёва
Пикалёво жил благодаря трем градообразующим предприятиям, исторически связанным в единую технологическую цепочку, но сейчас принадлежащим разным собственникам.
Из-за остановки этих трех предприятий (спровоцированной планами "Базэл-Цемента" изменить технологическую цепочку) жители города остались и без работы, и без денег - задолженность перед работниками превысила 40 миллионов рублей.
С 15 мая во всем городе отключили горячую воду.
2 июня жители Пикалёва в знак протеста перекрыли федеральную трассу Новая Ладога - Вологда. 4 июня в Пикалёво прилетел премьер-министр Владимир Путин. Он фактически заставил собственников предприятий подписать соглашения, гарантирующие возобновление работы заводов.
В декабре Путин признал: государство не может все время присутствовать в подобных процессах, нужно искать решения более фундаментального и общего характера.