Ворошилов запретил в районе народные гулянья
"Захоронили 100 бочек с ипритом, а нашли 24". Военно-химический полигон в Кузьминках (карта)
В 1937-1938 годах на поиски химического оружия на территории артиллерийско-газового полигона в Кузьминках наложили свой отпечаток сталинские репрессии. Некоторые фигуранты той "экологической" экспедиции, боясь за свои жизни, с большим рвением искали врагов народа, чем опасную химию.
Поводом для раскопок послужило постановление Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) "О генеральном плане реконструкции Москвы" от 10 июля 1935 года. Точнее, последовавшее пару лет спустя письмо главы советского правительства (предсовнаркома) Вячеслава Молотова, который обеспокоился тем, что в будущие границы столицы попал секретный химполигон. Разобраться в этом вопросе поручили тогдашнему наркому обороны - Климу Ворошилову. Тот подключил своего зама - маршала Александра Егорова и командующего Московским военным округом маршала Семена Буденного.
Солдаты начали поиски химоружия в октябре, имея на руках опись захороненного имущества - она сохранилась. О первых результатах Ворошилову доложили Буденный и член Военного совета, корпусной комиссар Троянкер еще 22 октября (см. фото). За перечнем бочек и боеприпасов, начиненных химоружием, следует вывод: "химия" спрятана "врагами народа и предназначалась для диверсионных целей... Прошу назначить по этому делу специальную комиссию".
К этому времени главный враг народа в погонах - маршал Тухачевский - был уже 4 месяца как расстрелян, и военным, на чьем полигоне было закопано столько химии, что ею можно было отравить весь город, несложно было найти козлов отпущения.
"Т. Егорову. Необходимо назначить спец группу т.т. (товарищей. - "Известия"), которым поручить самым тщательным порядком изучить это дело. Договоритесь с товарищем Фриновским (замнаркома внутренних дел СССР. - "Известия") о выделении необходимых т.т. в комиссию. КВ" - в тот же день наложил резолюцию Клим Ворошилов на письмо Буденного и Троянкера.
Работы прекратились 20 декабря. Начальник химуправления РККА комдив Степанов в письме маршалу Егорову отмечал, что весной 1938 года надо "провести еще раз тщательную разведку территории специальным отрядом". Тогда же Ворошилов отправил Молотову письмо с перечнем "врагов народа", закопавших химоружие, но о продолжении работ умолчал. Хотя в конце и сделал пометку, что "эта территория должна быть взята под особое наблюдение, и пользование ею людьми (заселение, устройство общественных гуляний, постройки и проч.) необходимо категорически запретить".
Документов, подтверждающих окончание работ по обеззараживанию территории полигона в 1938 году, нет.