"Американцы идут на компромисс только тогда, когда чувствуют силу соперника"
Заявление Барака Обамы о готовности вести переговоры по Договору о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ), с одной стороны, обнадеживает. О том, что пора искать замену нынешнему договору, срок действия которого истекает уже в декабре этого года, Москва говорила Вашингтону последние несколько лет. Но - без какой-либо реакции. С другой стороны, поводов для чрезвычайного оптимизма тоже пока нет. Потому что не слишком понятно, какой именно смысл в этот новый договор готов вложить Обама.
Реакция официальной Москвы на это заявление, естественно, позитивна.
- То, что мы услышали от представителей новой администрации США относительно будущего российско-американских отношений, вызывает в Кремле положительную реакцию, - сообщила пресс-секретарь президента России Наталья Тимакова. - Дмитрий Медведев готов к самой тщательной совместной работе по всей повестке двустороннего сотрудничества, в том числе по вопросам разоружения.
- Мы готовы к переговорам, которые позволят сохранить режим ограничений и сокращений наступательных вооружений, мы удовлетворены, что новая администрация в Вашингтоне уделяет такое приоритетное внимание этой проблематике, - заявил во вторник глава МИД Сергей Лавров. Эксперты же напоминают: все предыдущие разоруженческие договоренности, включая и СНВ от 1991 года, базировались на Договоре об ограничении ПРО, из которого, несмотря на все протесты России, США вышли при президентстве Буша-младшего. Таким образом исчезла логика взаимного паритета наступательного и оборонительного потенциала.
- Если исходить из того, что будет предложено сокращение потенциалов до тысячи боеголовок, то эта цифра достаточно условная, - пояснил "Известиям" генерал-полковник Леонид Ивашов, президент Академии геополитических проблем. - Попросту говоря, их тысяча спокойно достанет нашу территорию, поскольку у нас такой ПРО нет, а вот из нашей тысячи - не факт, что все долетят. Надо все-таки помнить, что американцы подарков никому не преподносят, в том числе и нам, и предлагают то, что и так уже спланировали. Поэтому нам нельзя просто так согласиться на ограничение боеголовок.
Ивашов напоминает о существовании в США концепции "Глобального быстрого удара" - директива о ее разработке была подписана Джорджем Бушем в 2003 году. Суть концепции - в мощной кратковременной атаке обычными, неядерными средствами с помощью крылатых ракет. Из-за такого изменения акцентов наступательной доктрины сокращение ядерного потенциала выгодно прежде всего самим США. Тем более что, как показывает опыт, снятые в рамках взаимных ограничений с носителей ядерные боезаряды американцы не уничтожают, а складируют. Поэтому, полагает Ивашов, вопрос о новом СНВ нужно рассматривать в целом комплексе других тем - от ПРО до крылатых ракет морского и воздушного базирования, которые, кстати, американцы предпочитают держать за рамками ограничительных договоров.
Получается, что новый разоруженческий компромисс фактически невозможен?
- Американцы идут на компромисс только тогда, когда чувствуют силу соперника, - полагает Ивашов. - Кодом англосаксонского мышления является выгода. И если у нас будут серьезные доводы, причем не обязательно в сфере стратегических вооружений, то цель достижима.
О чем договаривались до сих пор
Договор о сокращении наступательных вооружений (СНВ-1) был подписан Михаилом Горбачевым и Джорджем Бушем-старшим в 1991 году. Он предусматривает серьезное взаимное сокращение ядерных потенциалов: стратегических носителей ядерного оружия - до 1600 у каждой стороны, а общее количество ядерных боезарядов - до 6 тысяч. В 2001 году стороны заявили о выполнении договора. Договор СНВ-2, предполагавший более масштабные ограничения, не действует. Россия вышла из него после отказа США от выполнения договора по ограничению ПРО от 1972 года.
В 2002 году был подписан договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов (СНП). Он ограничивал число ядерных боеголовок у каждой стороны до 1700-2000 единиц. Но, во-первых, он не предполагает механизма взаимного контроля, а во-вторых, допускает, что до заданных уровней ядерные боезаряды могут быть сокращены лишь к моменту истечения времени действия этого договора, то есть к концу 2012 года.
Так что сейчас главным ограничителем ядерных потенциалов по-прежнему остается СНВ-1 - установленные им предельные уровни носителей и боезарядов пока в силе.