Бедный Филиппок
Двадцать лет назад, 2 февраля 1989-го, не стало народного артиста России Юрия Богатырева. Через месяц ему исполнилось бы сорок два. Накануне в филиале Бахрушинского музея на Тверском бульваре он развешивал картины для первой в жизни персональной выставки - Богатырев был еще и художником. Но присутствовать на ее открытии ему уже не довелось.
В тот день артист получил гонорар. В квартире на улице Гиляровского собрались приятели. Во время посиделок Юрий Георгиевич вдруг побледнел, начал задыхаться. Кто-то вызвал "скорую". Первая бригада помочь не смогла, а фельдшер второй сделал Богатыреву инъекцию препарата, не совместимого с алкоголем и с лекарствами, которые принимал актер. Смерть наступила мгновенно.
Теперь можно лишь гадать, сколько еще ролей он мог бы воплотить на сцене и экране. Например, для Богатырева сочинялся колоритный генерал Радлов в "Сибирском цирюльнике"...
Юрий Богатырев дебютировал в кино в 1970 году - в дипломной работе Никиты Михалкова "Спокойный день в конце войны". Режиссер знал артиста еще по Театральному училищу имени Щукина: "Уже тогда он не мог играть "средне" - мол, это проходная сцена, и бог с ней... Он не мог быть просто тупо органичным артистом. Ведь вот есть органичные артисты, которые очень хорошо произносят текст и все делают очень мило... Но он не мог".
%%VYNOS1%%А еще он был верен своему слову. Пообещал Никите Михалкову, что дебют на большом экране состоится только у него, и три года, пока будущий киномэтр служил во флоте, отказывался от съемок. Почти 24 миллиона зрителей фильма "Свой среди чужих, чужой среди своих" запомнили, как ротмистр Лемке (Александр Кайдановский) взывал к небесам: "Господи! Ну почему ты помогаешь этому кретину, а не мне!" - и спокойно, словно ребенку, отвечал ему чекист Егор Петрович Шилов: "Потому что ты жадный, а даже Бог велел делиться". Егора Шилова играл Юрий Богатырев.
Высокого, светлого, с прекрасной улыбкой (вот уж полное соответствие фамилии и внешнего образа!) артиста запомнили и профессионалы. А Юрий Георгиевич роли выбирал с точностью снайпера. У Анатолия Эфроса в 1974 году в телефильме "Таня" сыграл молодого инженера Андрея. В 1975-м в образе звезды немого фильма Максакова вошел в стилистику дореволюционного кино в "Рабе любви". Воображение потряс, став в 1976-м Ромашовым в экранизации романа "Два капитана". Сыграл подлеца так ярко и убедительно, что зрители и сегодня на форумах рассуждают о том, как им жалко мерзавца Ромашку... И в том же году покорил всех в романтическом образе Мартина Идена...
Самым насыщенным в короткой жизни артиста стал период с 1977 по 1981 год. Удивляешься, что все это воплотил, порой даже снимаясь параллельно, один человек. Богатырев был Сергеем Павловичем Войницевым, прекраснодушным мужем Софьи в "Неоконченной пьесе для механического пианино". В девятисерийной экранизации Виктора Титова по "Открытой книге" Каверина снялся в роли Андрея Львова. В фильме Ильи Авербаха "Объяснение в любви" сыграл на всю долгую жизнь влюбленного в свою жену Зину писателя, доброго и нелепого Филиппка. Он мечтал о роли Обломова, но в фильме Никиты Михалкова "Несколько дней из жизни И.И. Обломова" стал все-таки убедительным рационалистом Андреем Ивановичем Штольцем. А в 1981 году Юрий Георгиевич перевоплотился в Стасика - смешного зятя героини Мордюковой из фильма "Родня". Кто видел, никогда не забудет, как Стасик в майке с олимпийским мишкой "оттанцевал" тещу за всех обиженных зятьев СССР...
За 5 лет - 16 фильмов, и что ни роль, то главная. Такой темп оказался ловушкой. Внешне - вроде бы все признаки творческого подъема. Но на самом деле у актера началась черная полоса. Он располнел, часто болело сердце, лучшим антидепрессантом стало популярное народное средство...
После его ухода Елена Соловей вспоминала: "Он, как ребенок, легко обижался на ерунду. И, как ребенок, быстро прощал обиду, никогда не помнил ее. Он был человеком, задержавшимся в детстве. Мне кажется, что у него не было внешней и внутренней защиты. И он всегда мечтал о несбыточном". Играло против артиста и умение перевоплощаться - Богатыреву хотелось и популярности, и похвал, а его редко узнавали на улице. Но больше всего ему хотелось просто любви.
Атлетическая внешность, за которой угадывалась нежная душа, обаятельная улыбка и легкий нрав привлекали поклонниц, но в реальной жизни у него не было ни большого романа, ни своей семьи. История женитьбы на актрисе Надежде Серой так и осталась неразгаданной. Фиктивный это был брак или нет, теперь уже не выяснить. Кривотолки о нетрадиционной сексуальной ориентации Богатырева, конечно, были. Хотя их нельзя и сравнивать с сегодняшними шумными саморазоблачениями или сенсациями в "желтой" прессе. Но артист переживал свою непохожесть, "инаковость" очень серьезно, да и статья УК была суровой, и стукачи могли карьеру испортить.
Дружил Богатырев с Ией Саввиной. Не скрывал своей нежной влюбленности в Ольгу Яковлеву - старался не пропускать ни одного ее спектакля на Малой Бронной. Друзья знали и о его чувствах к партнерше по МХАТу Анастасии Вертинской. Но чаще всего он чувствовал себя одиноким, говорил, что проживет коротко. Он что-то предчувствовал. Но кто всерьез обращает внимание на подобные слова, да еще сказанные во время застолья? Даже близкие друзья думали, что это кокетство...
