Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Сенаторы-республиканцы предложили выделить Украине $129 млн
Мир
МВФ оценил дефицит финансирования Украины в 2027 году в $32–34 млрд
Мир
В Ормузском проливе после атаки произошло возгорание танкера
Происшествия
В Алтайском крае 31 населенный пункт остался без света из-за аварии на ЛЭП
Мир
Си Цзиньпин встретился с премьер-министром Канады в преддверии саммита АТЭС
Мир
В Токио заявили о якобы нарушении самолетами РФ воздушного пространства Японии
Армия
Российские десантники заняли опорный пункт ВСУ на ореховском направлении
Мир
Папе римскому Льву XIV попали в глаз брошенными из толпы четками
Происшествия
Три человека погибли при столкновении двух автомобилей в Ингушетии
Мир
В Гамбурге свидетель описал арендаторов яхты для подрыва «Северных потоков»
Мир
Вэнс исключил затягивание войны с Ираном более чем на два года
Мир
В Италии оппозиция призвала заблокировать сайт «Миротворец»
Общество
Умерла мать основателя группы «Ласковый май» Валентина Кузнецова
Мир
Посол КНР в РФ прокомментировал предстоящую встречу Си Цзиньпина и Путина на АТЭС
Мир
Болгария добилась исключения двух российских банков из санкционного списка ЕС
Мир
Лавров рассказал о нецензурной оценке Саакашвили со стороны Стубба
Мир
Поверенный в делах Украины в США заявил об ограничениях работы Starshield для ВСУ
Мир
Ле Пен намерена прекратить помощь Украине в случае избрания президентом Франции

Как завещал великий Лем

На русском языке выпустили посмертный сборник эссе Станислава Лема "Мой взгляд на литературу". Легендарный польский фантаст в очередной раз объяснил поклонникам, почему он ушел из художественной литературы и как следует относиться к его прежним футурологическим выкладкам в начале XXI века
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

На русском языке выпустили посмертный сборник эссе Станислава Лема "Мой взгляд на литературу". Легендарный польский фантаст в очередной раз объяснил поклонникам, почему он ушел из художественной литературы и как следует относиться к его прежним футурологическим выкладкам в начале XXI века.

Главная претензия читателей и почитателей Лема к своему кумиру состоит в том, что около пятнадцати лет назад он перестал писать фикшн. Автор занимался чем угодно - сочинял критические и научно-популярные колонки и эссе, ругался на страницах периодики с литературоведами о важности прототипов в творчестве Достоевского, высказывал свое отношение к семиотике, публиковал предисловия и послесловия к произведениям Уэллса и Филиппа Дика (в сборник вошли все эти тексты). Выступал как автор сценариев для компьютерных игрушек, наконец. Но о том, чтобы самому создать художественный текст, даже не думал.

Несколько лет назад в интервью газете "Известия" Лем довольно резко заявил, что "не выносит science fiction, считает ее жанром второстепенным, инфантильным и лишенным какой бы то ни было интеллектуальной ценности". И с грустью добавил, что будущее вызывает у него скорее грусть и страх, чем желание творить: "Темп изменений столь огромен, что мы уже давно перестали их контролировать. Книжный рынок также не избежал этого безумного ускорения. Новинки беспощадно вытесняют все старое. Мне уже не надо лезть в толпу из материальных соображений, а морализировать среди грохота и визга будет, наверное, бесполезно. Слишком много и книжек, и авторов".

В эссе "Моим читателям", которое открывает сборник, он назвал несколько причин, по которым перестал писать художественные тексты. Там они сформулированы мягче, чем в устной беседе, но смысл тот же - не хотел делать то, что уже когда-то делал, только ради рассказывания истории. А продолжение "Соляриса" невозможно по определению, поскольку Лем хотел "образно представить встречу человека с явлениями, настолько отличными от земных, что они остаются до конца нерасшифрованными, так как космос в действительности - такая бесконечность, всю глубину которой невозможно измерить нашими человеческими, земными - среди людей и на Земле возникшими - мерами. Потому в этих книгах я стремился к "антропологическому эксперименту" со скрытым вопросительным знаком: что будет с человеком, если он столкнется с чем-то, что превосходит его понимание?". Если написать продолжение, то философский роман девальвируется до уровня очередной космической одиссеи, которых Лем на дух не выносил.

Но поскольку автор всерьез относился к тому, что когда-то сделал, то даже "среди грохота и визга" Лем продолжал работать очень много. Хотя все новое носило вспомогательный характер. Тексты, собранные в "Моем взгляде на литературу", нацелены на то, чтобы по возможности скорректировать прежние футурологические концепции, которые в начале XXI века стали выглядеть, по меньшей мере, наивно ("То, что произошло с моими футурологическими построениями при встрече с действительностью, немного напоминает автомобильную катастрофу", - признался Лем в интервью), или разъяснить, что имел в виду, когда писал "Непобедимого" или рассказы о пилоте Пирксе.

Такой вышивкой по канве собственного литературного наследия Лем занимался последние годы. Остается только сказать спасибо, что автор ограничился комментариями к текстам, не пытаясь заново переписать то, что стало классикой ХХ века.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир