Не ссорьтесь, девочки!
В новогодние дни на российские книжные прилавки доставили мемуары пожилой, мало кому известной француженки Жинетт Ришер, проведшей полтора десятилетия своей жизни в свите королевы французской эстрады Эдит Пиаф. Судя по предисловиям к изданию (одно из которых принадлежит самому Шарлю Азнавуру), женщина долго терпела - разумеется, от скромности, - но все-таки не выдержала и написала книжку с удивительно ясным названием "Моя подруга Эдит Пиаф".
Более года назад воспоминания Жину (так называла Эдит свою подругу-прислугу Жинетт) вышли во Франции, а теперь в издательстве "РИПОЛ классик" появился их русский перевод. Мсье Азнавур рассуждает так: "Кто она, эта Жину? Не певица, не актриса, не журналистка. Парижским воробушком прилетела она к Эдит и пятнадцать лет прожила в тени величайшей из женщин". Далее верный друг Пиаф, седовласый Шарль, подчеркивает, что Жину "никогда не позволяла себе рассказывать журналистам о личной жизни Эдит, о ее любовных историях". Но, видимо, собственная безвестность и откровения сводной сестры Пиаф - Симоны Берто по прозвищу Момона (написавшей в начале 90-х подробные мемуары "Эдит Пиаф") - так допекли тихо проживающую в Канне Ришер, что она решила изменить своим нравственным табу и рассказала о подруге, перед которой преклонялась, примерно с той же степенью интимности, что и ненавистная ей Момона.
Вообще, читая книгу Жину, непроизвольно улыбаешься и вспоминаешь фразу героя Леонида Маркова в фильме "Гараж", адресованную одновременно его гражданской жене и дочери: "Не ссорьтесь, девочки!" В книге Берто про Ришер, по-моему, не упоминается ни разу. В воспоминаниях Жину о Момоне говорится однажды - в приговорном стиле ("злой гений, вездесущая Момона с извращенной и злобной душой"). В остальном и та и другая вроде бы хотят повествовать только об Эдит и о ее роли в их судьбе. Но бабская толкотня локтями за право считаться "любимой женой", то есть в данном случае - ближайшей подругой любвеобильной французской звезды, сочится из каждой главы упомянутых мемуаров.
Иногда становится совсем смешно. Например, когда Жину рассказывает, как по указанию Эдит не отпирала дверь рвавшемуся в квартиру певицы Иву Монтану (Пиаф тогда решила покончить с данным романом). То же утверждала раньше и Момона - только в роли привратницы, естественно, была она... В ситуации, когда трагически погиб в авиакатастрофе самый любимый мужчина Пиаф - боксер Марсель Сердан, по счастливой случайности рядом с ним в самолете не оказалась Жину. Это следует из ее книги. Берто же утверждала, что лететь с Серданом должна была именно она. Пикантно и то, что Жину поминает об аферизме и финансовой нечистоплотности Момоны, без зазрения совести тянувшей из Эдит деньги и даже обкрадывавшей ее. Однако, по некоторым свидетельствам, Жину, считавшаяся кем-то типа секретаря Пиаф, сама получила отставку за несколько лет до смерти певицы, будучи заподозренной в воровстве.
В общем, "Моя подруга Эдит Пиаф" - то, что надо для игры "найди десять отличий". Впервые знакомиться с образом Пиаф по таким рассказам не слишком логично, но для страстных поклонников Эдит подробности от Жину, полагаю, имеют коллекционную ценность. Ришер, не наделенная особым художественным потенциалом и интеллектом, не ставит задачу как-то анализировать творчество Пиаф или образы знаменитых людей из ее окружения. Да и слава богу! Она, в сущности, говорит привычным ей языком горничной, давно "допущенной к телу". Ее книга про то, кто, с кем, когда, почему. Плюс подборка щекотливых деталей, призванных убедить читателей в том, что автор действительно была весьма близка со своей героиней.
Хроникеры Пиаф могут еще раз сверить по мемуарам Жину сроки и причины романов Эдит, адреса ее парижских квартир, графики гастролей, корни ее наркомании, причины страхов и тяги к спиритизму. Можно даже различить какие-то черты характера Пиаф. Особенно если верить фразе Ришер: "Утверждаю, что только Маргарит Монно (автор музыки к более чем 50 песням из репертуара Пиаф. - "Известия") и я были ее настоящими подругами". Желательно, впрочем, учитывать, что "настоящая подруга" Пиаф Жину почему-то почти не упоминается ни в одном подробном биографическом труде об Эдит. Например, в таком, как подробнейшая работа "Эдит Пиаф" Пьера Дюкло и Жоржа Мартена. Вероятно, Ришер все же находилась слишком в тени...