"Без денег нам возвращаться нельзя"
Знаменитая биржа героев нелегального труда на пересечении МКАД и Ярославского шоссе в последние дни как никогда многолюдна - группки рабочих, ожидающих "хозяев", растянулись вдоль шоссе на три километра, вплоть до поворота на поселок Дружба. В последние недели сюда подтянулись гастарбайтеры с замерших городских и подмосковных строек, и конкуренция обострилась.
Обочина Ярославского шоссе пустеет только рано утром, да и то на 2-3 часа. Вечером и ночью вдоль дороги стоят проститутки, днем - гастарбайтеры из Средней Азии. Последние выползают на шоссе часам к семи утра и садятся на корточки в ожидании "хозяев". Так они называют работодателей - в основном москвичей, обустраивающих квартиры и дачи в Подмосковье. В четверг ближе к 9 часам утра им не повезло. На развязке притормозил милицейский "пазик", выскочившие из него милиционеры схватили с десяток не успевших убежать гастарбайтеров, запихнули в автобус.
- На принудработы повезли, гады. Конечно, мы же - рабы, - бессильно грозят кулаком вслед "пазику"смуглые мужики в засаленных куртках. - ОМОН приезжает по нескольку раз на неделе, везут на работы в свои фирмы в Щелково или Ивантеевку. То траншеи копать, то что-то разгружать. Понятно, что ни копейки не платят. Даже не кормят. С девчонками, которые здесь по ночам стоят, менты, кстати, примерно так же поступают.
Счастливчики, не попавшие в лапы милиционеров, рассаживаются вдоль дорожного отбойника и в ожидании "хозяев" не прочь поговорить.
- Мне на стройке 16 тысяч платили, дом высокий строили, - рассказывает свой трудовой путь Афсар. - Потом, говорят, кризис наступил, давай мы тебе 10 тысяч платить будем. Ну я и ушел. Здесь брат у меня - говорит, что-нибудь да заработаем, москвичи богатые.
Ближе к 9 часам их ожидания начинают оправдываться. На шоссе время от времени притормаживают солидные иномарки.
- Ломать, копать, таскать! - таджики с криками срываются с насиженных мест и чуть ли всей компанией пытаются залезть в окно боковой двери "БМВ".
Мужчина в черном пиджаке что-то говорит рабочим. Четыре человека живо залезают в разбитый "жигуленок", пристроившийся за кормой "БМВ". Процессия удаляется в сторону области.
- Пока работа есть, - с надеждой говорят оставшиеся. - Вот только кидать в последнее время стали все чаще. Приедешь, отработаешь, а тебя потом под зад коленом. Из-за этого мы теперь на фирмы не ездим: там охрана, с ней не поспоришь - так изобьют, месяц работать не сможешь. Или ментам звонят, что еще хуже. Лучше, конечно, у мелких частников подрабатывать.
Что гастарбайтеры будут делать, когда закончится работа, никто на импровизированной бирже пока не думает - здесь не привыкли к аналитике. Слово "кризис" для них тоже мало что значит. Потерю работы привычно списывают на плохих "хозяев" и "начальников".
- Домой уехать? Поезд до Душанбе стоит 4-5 тысяч, самолет - 13-15. Да и не купишь их - на Казанском вокзале армяне билеты скупают, а нам потом перепродают в два раза дороже, - жалуются мужики.
- Ну, может, депортируют за счет России, - успокаиваю таджиков.
- Не поедем! - твердо говорят они. - Нельзя нам без денег возвращаться. Семьи голодать начнут.